Демон на одну ночь (СИ)
– Луи, а тебе следует научиться убегать при появлении взрослых незнакомых Иных, – нахмурился ведьмак, вдруг почувствовавший ответственность за легкомысленную девчонку и стремление защитить её от всех негодяев мира.
– На мне заклинание связывания жизней, наложенное папой, а защищающих чар столько, что любой мало-мальски опасный выпад в мою сторону тут же приведёт к целому ряду катаклизмов, главным из которых будет явление папочки и мамочки.
– А папочка у тебя, выходит, высший демон? – удивился ведьмак, поскольку никто другой не мог наложить указанное заклинание.
– Да, но я пошла в маму – потомственную Бабу Ягу, – похвалилась ведьмочка.
Значит, у неё русские корни: Бабой Ягой тёмных ведьм именовали только в России. Почему тогда она говорит на английском, как и те, что собрались в доме отца?
Из травы вынырнул убежавший котёнок: в его зубах болталась упитанная мышка. Он опасливо подступил к Луи, прижимаясь к земле, заурчал и сложил к его ногам охотничий трофей. Облизнулся, с сожалением подпихнул поближе пожертвованную мышку, и вопросительно уставился на ведьмака: дар принят? Котёнок явно был фамильяром, но Луи никак не мог сообразить, с чего вдруг ему оказаны такие почести.
Девушка смотрела на него, склонив голову на бок, и неожиданно проницательно заметила:
– Запутался в странностях происходящего? Это нормально, моя семья вообще необычная. Странность – это мы, но к нам можно привыкнуть, честное слово.
– Странность – это другое, – автоматически опроверг ведьмак, называвший "странностью" исключительно квантовое число, определяемое кварковым составом адрона. – Зачем вы явились к моему отцу?
– Мы явились к вам, – поправили его. – Мы пришли за прощением. Видишь, Эскель уже дань притащил.
...
За пологом невидимости, выстроенным высшими демонами, доктор Хэлл хмуро зыркнул на Габриэля, вглядывающегося в лицо молодого ведьмака с усиливающейся надеждой на благополучное завершение их экспедиции.
– Надеюсь, никто не рассчитывает, что прощение этого юнца будет оплачено свободой выбора моей дочери?!
– Прощение невозможно купить и оплатить, – улыбнулась Элен, на всякий случай крепче прижимая к боку руку мужа. С его точки зрения столетний возраст ведьмака впрямь пора юности, не поспоришь. – Но у оборотня Дэна из десятого «А» определённо появился серьёзный соперник за внимание Ванессы.
Спустя неделю
– Штатные психологи полицейского департамента уверяют, мне повезло, что старший Лазо питал к светлым не только ненависть, но и горькое чувство вины перед одной из нас, – рассказывала Аманда, искоса посматривая на верховную.
Та равнодушно передёрнула плечами, словно её это нисколько не касалось. Верховная не изменяла своей привычке не болтать о прошлом и не перетряхивать старые шкафы. Лишь благодаря Элен, случайно подслушавшей разговор верховной с её давним возлюбленным, Аманда знала, о чём она говорила с ним. «У тебя сын, жизнь и счастье которого для тебя дороже всего на свете. У меня нет детей, но судьба послала мне Аманду, которая дорога мне как родная дочь, – и ты не можешь отнять её у меня, не можешь дать ей погибнуть из-за старой, давно заплесневевшей ненависти!» – сказала верховная в той избушке в чаще европейского леса. Однако отстранённое выражение лица верховной, как обычно, не располагало к проявлениям нежности. После того, как разрушилось родовое проклятье, она стиснула Аманду в объятьях, с чувством поцеловала её в лоб и вернулась к иронично-поучающему стилю общения, словно ничего и не бывало.
В Нормандии окончательно прояснилась история с профессором Блэком. Наткнувшись в подземельях давно разрушенного замка на древнюю картину с необычным для XIII века сюжетом, он взялся искать истоки вдохновения художника. Профессор, надо отдать ему должное, был неплохим исследователем и добрался до папирусов расположенного неподалёку монастыря, построенного как раз в то время: монахи живописали гонения на ведьм и ту роль, что сыграли в них местные феодалы. Дальше Блэк прошёл по тому же пути расследования, что провели полицейские, и пришёл к тому же верному выводу, что возлюбленные аристократов Лорье погибали не от отравлений и болезней.
В Америку вернулись не все члены команды спасателей Аманды: повелитель эльфов остался в европейских лесах и намеревался совершить кругосветное путешествие. Аманда горячо надеялась, что дальние страны и новые впечатления излечат её бывшего жениха от болезненного увлечения ею.
Вестей о старом ведьмаке по официальным каналам не поступало, зато о его сыне – сколько угодно. Все средства массового вещания Иных взахлёб кричали о регистрации в общей базе тёмного ведьмака, да не абы какого, а доктора физико-математических наук, профессора кафедры фундаментальной физики Женевского Университета, научного сотрудника ЦЕРНа. Европейское сообщество ИГР невероятно гордилось и задирало нос перед сообществами других континентов, так же как сообщество американских Иных повсюду хвалилось Элен Хэлл и её инновационным центром. Луи Лазо, наверное, стократно проклял своё решение выйти из тени.
– Свадьбу будете справлять в Нормандии? – спросила верховная, погрозив пальцем Эскелю, играющему с её вороном в дичь и охотника. Старый ворон играть не желал совершенно, но котёнок позабыл поинтересоваться его мнением и упорно подкрадывался к птице.
– Да, матушке Габриэля удалось переспорить мою матушку, так что как только отгуляют свадьбу Вэл и судья Кэмпбелл, мы дружно возвращаемся в замок Лорье. Одри в счастье: она ни разу не пересекала Атлантику и предвкушает волнующее знакомство с Европой. Как ты понимаешь, оба тёмных ведьмака тоже приглашены на торжество.
– Меня больше волнует ваше намерение венчаться в церкви, – сухо заверила верховная, скривившись от одной мысли о соборе и священнике.
За дверью кабинета ректора академии, в котором расположились подруги, послышался торопливый топот нескольких пар ног. Верховная небрежным жестом распахнула дверь, когда прибежавшие замялись на пороге, боясь побеспокоить старшую ведьму, и в кабинет робко вошли взлохмаченные, взбудораженные адептки академии, гася боевые заклинания в руках. Верховная вопросительно изогнула бровь, и группа пришедших выпихнула вперёд избранного глашатая.
– К-крокодилы в бассейне крыла второго курса, мэм, исполинские! – выпалила ведьмочка. – Чары и заклинания на них не действуют, ядовитые зелья – тоже, атаки боевых артефактов твари игнорируют! Они ползут к академии!!!
Старшие ведьмы переглянулись и дружно отпили по глоточку чая.
– Рекомендую: прекрасный горький шоколад с миндалём и солёной карамелью. – Верховная пододвинула подруге плитку шоколада. – Кусочек сахара в чай кинуть?
– Лучше мёда добавлю. Чем пахнут ваши крокодилы?
– Ч-что?! – вытаращились на них изумлённые глаза адепток, но под яростным взглядом старших девчонки выпрямились, взяли себя в руки, подумали, повспоминали и ответили: – Гнилой картошкой.
– Рада, что ваши мозги чуть-чуть функционируют даже в состоянии нервного потрясения, но крайне плохо, что они лишь поставляют информацию, но никак её не обрабатывают, – вздохнула Аманда. – Логика – сила, которая всегда должна быть с тобой! Может, пахнут всё-таки не картошкой, а грибами?
Лица студенток ведьминской академии отразили усиленную работу мысли. В их ясных очах промелькнул проблеск прозрения, сопровождаемый дружным воплем:
– Мухоморы?! В зоне бассейна распылили галлюциногенный настой?! Чтоб нам век привидениями по земле мотаться, узнаем, кто так напакостил – в порошок вонючий изотрём!
Девчонки поклонились и умчались, подруги вернулись к неспешной беседе.
– Лос-анджелесская академия ведьм приезжает по обмену в Атланту, с собой прихватывает лучших учениц ведьминской школы, – сообщила верховная.
– Дай угадаю: среди учениц Ванесса Хэлл, а возглавляет делегацию новый преподаватель академии, редчайший в мире специалист по тёмной магии? Луи уже присудили степень магистра?