Укротитель миров: магические твари (СИ)

Он высунулся из окна и крикнул:
— Открывай! Мы систему полива чинить приехали!
— Пропуск? — поинтересовался гвардеец.
— Какой пропуск? — очень натурально удивился Казимир. — Нам с утра начальство позвонило. Сказали — срочно в Каменку, там автоматический полив сдох. Два часа до вас добираемся!
Солдат чуть шевельнул плечом.
Теперь ствол автомата был направлен прямо на нас.
— Пропуск! — спокойно повторил он.
— Да не успели мы бумажки оформить! — возмутился Казимир. — Прораб позже подвезёт!
— Разворачивайте машину! — скомандовал гвардеец.
— А кто мне бензин оплатит? — не сдавался Казимир. — А время? Да ты начальству позвони!
Гвардеец молча вскинул автомат и дал короткую очередь поверх нашего грузовичка.
Чёрт!
Казимир плюхнулся на сиденье и моментально развернул машину. Кстати, для этого перед шлагбаумом была очень удобная площадка. Всех они тут заворачивают, что ли?
Я с облегчением следил в зеркало, как удаляется блокпост.
— Я здесь до ночи просижу! — зло шипел Казимир. — Пешком через поля прокрадусь, но узнаю, что они в этих теплицах выращивают!
— А документы? — напомнил я.
Мне совершенно не улыбалось торчать здесь до ночи, а потом красться тайком через картофельное поле.
Я не был настолько любопытен, и не горел желанием удобрять картошку своим драгоценным телом.
— Точно! — просиял Казимир. — Поехали к уряднику! Он-то мне всё объяснит!
От избытка чувств он вдавливал педаль газа почти в пол. Грузовичок ревел двигателем и подпрыгивал на ухабах.
Я ухватился за ручку.
— Осторожнее! Если угробим машину — вообще отсюда не выберемся.
Казимир фыркнул, но скорость сбавил.
— Чего ты так переполошился? — примирительно спросил я. — Ну, поставили колхозники охрану возле теплиц. Что они, права на это не имеют, что ли?
— Да на этом месте ещё два года назад никаких теплиц не было! — крикнул Казимир. — Здесь коровники стояли. И где они?
— Снесли, — предположил я. — А на их месте поставили теплицы.
— А зачем? — не успокаивался Казимир. — И откуда деньги на такие затеи?
Я покачал головой.
— Да тебе-то какая разница? Хорошо, что нас не задержали за нарушение границ частной собственности. Я-то без документов. Да ещё и на себя непохож.
— Коллективной собственности, — проворчал Казимир. — А на себя ты уже похож. Действие зелья прошло.
— Правда, что ли? — обрадовался я.
Повернул к себе салонное зеркало и с удовольствием уставился на собственную физиономию.
— А ты думал, я тебя к уряднику с Сенькиной рожей поведу? Ему тебя фотографировать, между прочим, на документ!
Вдоль широкой деревенской улицы стояли добротные деревянные дома в три, а то и в четыре окна по фасаду. Под высокими крышами лепились небольшие резные балконы чердачных комнат.
Попадались и свежие кирпичные постройки. Деревня выглядела жилой. Лаяли собаки, где-то заполошно кукарекал припозднившийся петух. Рыжий кот прижался к обочине, провожая наш грузовичок немигающим взглядом зелёных глаз.
Обычная деревня.
Полицейский участок располагался напротив одноэтажного магазина, на пыльной деревенской площади. Стены сложены из белого кирпича, на окнах — решётки, сваренные из арматуры и выкрашенные голубой краской.
На металлической двери висел большой замок.
Мы оставили машину напротив входа, а сами пошли вокруг дома.
Урядник жил здесь же, с другой стороны. У задней стороны дома раскинулся обширный огород, густо засаженный кустами малины, смородины и крыжовника. На равном расстоянии друг от друга шелестели густыми кронами яблони с чёрными кривыми стволами. Возле крыльца росла вишня, сплошь усыпанная ягодами. Ягоды ещё не созрели, их крепкие бока только начали розоветь.
Под водосточной трубой стояла большая пластмассовая бочка, полная дождевой воды.
— Иван Никифорович! — громко крикнул Казимир и повернулся ко мне.
— Урядник будет тебя расспрашивать — кто ты и откуда. Должность у него такая, сам понимаешь. Говори, что ты сирота, бродяга. Если и воровал — так только от голода. Понял? А я за тебя поручусь.
 
Казимир многозначительно похлопал себя по карману.
В кустах сирени дрались два воробья. Пух летел во все стороны. Ещё с десяток расселись вокруг на ветках и подбадривали бойцов звонким чириканьем.
— Иван Никифорович! — снова закричал Казимир. — Спишь, что ли?
Испуганные воробьи шарахнулись в сторону.
— Кто здесь? — откликнулся из глубины огорода хрипловатый голос.
Затрещали кусты. Ослепительный солнечный зайчик сверкнул под яблонями, и я зажмурился.
Затем из-за малинника показался урядник.
Крепкий, коренастый, возрастом слегка за пятьдесят. На голове — блестящая лысина. Густые седые усы делали урядника похожим на моржа.
Он был одет в голубую майку, перемазанную землёй, потёртые форменные брюки и высокие сапоги.
На плече урядника лежала тяпка. Её остриё было отполировано до блеска.
— Иван Никифорович! — обрадовался Казимир. — Здорово!
— Казимир Петрович? — удивился урядник. — Ты чего здесь? Два года не появлялся.
— Да вот, решил к тебе в гости заглянуть. Да и дело есть.
Урядник прислонил тяпку к крыльцу.
— Погоди! — сказал он и принялся, шумно фыркая умываться из бочки. Затем вытерся подолом майки и повернулся к Казимиру.
— Ну, давай обнимемся, Казимир Петрович! А это кто с тобой?
Урядник окинул меня внимательным взглядом.
— Это мой помощник, — сказал Казимир. — По его поводу я к тебе и приехал.
— Ну, проходите в дом. За чаем всё расскажешь.
— Давай лучше в твоём участке, Иван Никифорович.
— Ну, как скажешь, — кивнул урядник. — Погоди, я ключ возьму.
Он прошёл на веранду и снял с гвоздя ключ с привязанной к нему цветной верёвочкой.
— А ты чего в огороде делал? — спросил Казимир. — Картошку окучивал, что ли?
— Её, родимую, — откликнулся урядник. — Посадил пару соток. Уже по колено вымахала. А как твоя ферма?
— Работаю помаленьку. На будущий год расширяться собираюсь.
— Высоко ты взлетел, Казимир Петрович. Самому Императору брюкву продаёшь. Ну, идём!
Урядник со щелчком повернул ключ в замке. Потянул на себя железную дверь и пропустил нас вперёд.
В помещении участка было прохладно. Чуть поскрипывали под ногами деревянные полы.
— Сюда проходите!
Урядник открыл перед нами дверь крохотного кабинета. Здесь едва умещался письменный стол с парой деревянных стульев и толстый железный сейф в углу.
На столе, вытянув лапы, лежал толстый белый кот. Кот потянулся и взглянул на меня красными подслеповатыми глазами.
— Вот ты где, бродяга! — воскликнул урядник.
Я вздрогнул.
Но Иван Никифорович обращался к коту.
— Дрыхнешь тут в холодке, а я тебя с утра ищу! Ну-ка, пошёл на пол!
Кот лениво спрыгнул со стола.
— Ну, садитесь! Рассказывайте, что у вас.
Выслушав Казимира, урядник нахмурился.
— Свидетельство сделать несложно. Но ведь это нарушение закона получается. На самом-то деле твой парень у нас в деревне не жил.
— Я в долгу не останусь, Иван Никифорович, — подмигнул Казимир.
— Это само собой, — ухмыльнулся урядник. — Но всё же дело небыстрое. Двух свидетелей надо найти, чтобы подписи поставили. Да сфотографировать твоего парня. Вы ночевать-то останетесь? А я вечером зайду кое к кому. Есть тут подходящие люди.
Казимир замотал бородой.
— Никак не получится, Иван Никифорович! Давай ты всё сделаешь, а я через пару дней к тебе подъеду и заберу документ.
— Можно и так, — согласился урядник.
Он повернулся ко мне.
— Давай, парень, рассказывай — кто ты и откуда. Да смотри, не ври.
Я послушно рассказал ему ту же историю, которую рассказывал Казимиру. Промолчал только про Жана Гавриловича и графа Стоцкого. Незачем уряднику знать такие подробности.