Тайны затерянных звезд. Том 3 (СИ)

И это всего лишь бронескаф. То, чем я пользовался десятки раз за свою жизнь, даже несмотря на свою к ним нелюбовь.
Что уж говорить о целом гравикаре.
Была бы на моем месте Кори, она бы наверняка сейчас кайфовала. Вот уж кто-кто, а она точно получает удовольствие от пилотирования, по ней это сразу видно. Это чуть ли не единственное дело, занятие которым заставляет её безмятежно улыбаться, хоть она сама этого наверняка и не замечает.
Но я — не Кори, поэтому я просто ехал, без удовольствия, банально стараясь добраться до своей конечной точки как можно быстрее.
После того, как навигатор вывел меня из рабочего городка, я уже не смотрел на экран — дворец Мартинеса и так возвышался передо мной во всей своей красе. Он стоял всего в паре километров от рабочего городка, прямо посреди каменистого ничего, и вокруг, куда ни кинь взгляд, больше ничего не было. Вообще. Не то что других зданий — вообще ничего, даже более или менее крупных камней, за которые мог бы зацепиться взгляд. Создавалось ощущение, что Мартинес специально приказал убрать любое потенциальное укрытие в радиусе нескольких километров, чтобы наверняка предотвратить вероятные нападения.
Не удивлюсь, если так оно и было. Этот сукин сын — параноик до мозга костей, он даже среди людей, промытых на абсолютное к нему доверие, готов видеть заговорщиков. Собственно, возможно, это единственная причина, по которой он до сих пор жив.
— Кар! — внезапно раздался в комлинке немного нервный голос капитана. — Живой?
— Жив, цел, орёл! — ответил я, непроизвольно улыбаясь. — Еду в гости к нашему гостеприимному хозяину!
— И что собираешься там делать?
— Не знаю пока! Выпьем, поболтаем о женщинах, о машинах, может, попрошу его отключить зенитные батареи! — усмехнулся я.
— Ты неадекватен… — грустно вздохнула вклинившаяся в диалог Пиявка.
— Сами-то как?
— Пока что держимся, — ответил капитан. — У них нет никакого вооружения, чтобы нас сбить. Поэтому они просто торчат под кораблём и… Не знаю, камни, что ли, кидают? Несколько раз что-то прилетало.
— Так и оставайтесь. Скоро всё закончится, — заверил я капитана и отключился.
Так или иначе, скоро всё закончится…
Дворец Мартинеса стремительно приближался, и я уже рассмотрел, что его окружает высокий бетонный забор с железными шипами поверху.
Пошарив глазами по кабине, я нашёл свисающий с зеркала на цепочке радиобрелок, и, справедливо рассудив, что это именно что ключ от ворот, нажал на кнопку. И с удовольствием убедился в правильности собственных выводов, когда створки ворот начали разъезжаться в стороны.
Никакой охраны возле ворот у Мартинеса не было. Ни наблюдательных вышек с автоматическими пушками, ни вооружённых солдат, вообще ничего. Всё-таки в этом аспекте жадность пересилила паранойю, и бывший генерал сделал ставку на действие субмиссиона и высокий забор, чего, в условиях отсутствия оружия у населения Проксона, должно было хватить. Ну и отлично, мне же это на руку — ещё дольше останусь незамеченным.
Можно было бы попытаться проникнуть во дворец вообще скрытно, переодевшись в лохмотья гвардейца, и выдать себя за одного из них, но достаточно было всего минуту поразмыслить над вероятными сценариями развития этого плана, пока разговаривал со Стивом, и я его откинул. Я не знал планировки здания, а бродить в нём в поисках Мартинеса означало неминуемо привлечь к себе внимание, особенно, если забреду туда, где мне быть не положено. Я не знал никаких паролей-отзывов, которые скорее всего с меня потребуют, если я окажусь где не надо. Я вообще ничего не знал, по сути, и план скрытного проникновения больше напоминал нерешаемое уравнение, в одной части которого сплошь неизвестные, а в другой — моя жизнь.
Поэтому я решил пойти другим путём и уравнять свои шансы и шансы противников хотя бы немного.
Если о происходящем ничего не знаю я, то пусть о происходящем ничего не знают и они тоже.
План был прост — устроить хаос. Хаос максимального уровня, какой я только смогу обеспечить. Стянуть всё внимание к одному, или, если получится, нескольким местам, а самому под шумок тихо проникнуть во дворец и найти Мартинеса, который, конечно же, при первых признаках опасности спрячется в самую глубокую нору, какую только сможет найти — слишком он труслив, чтобы оказаться в самом эпицентре хаоса.
  
И это был лучший план из всех, что мне удалось придумать за такое короткое время.
Поэтому, как только гравикар неспешным ходом пересёк линию ворот и въехал во двор, как только я быстро осмотрелся, запечатлевая в памяти всё, что в этом дворе располагалось — дворец с главным входом, к которому вела короткая лестница из пяти-шести ступенек, два гвардейца без оружия, куда-то идущие парой, небольшое здание неподалёку — казарма, что ли? — как только прикинул, куда двигаться…
Как только всё это произошло, я направил гравикар капотом точно на главный вход, сорвал с зеркала тот самый радиобрелок, утопил педаль газа до конца в пол и подсунул под её нижний край брелок, блокируя её в полунажатом состоянии.
Кар взревел, увалился на нос и начал набирать скорость, а я быстро открыл дверь, и выпрыгнул наружу, пока он разогнался до первой космической!
Принял удар в ноги, перекатился через бок, ещё раз — в плече отдалось болью, — вскочил на ноги и побежал вдоль стены дворца к углу — туда, где заприметил открытое окно на первом этаже.
— Э-э-эй! — раздалось за спиной так громко, что перекрыло даже вой приводов кара. — Какого⁈
Какого «какого» я не услышал — кар доехал до ступеней, проскрежетал по ним бампером, когда привода не успели отработать неожиданно возникшее препятствие, взлетел по ним и с диким скрежетом мнущегося металла врезался в главные двери! Приводы взвыли, пытаясь сдвинуть тяжёлую махину с места, вой нарастал, перешёл на ультразвук…
— Сейчас рванёт!!! — раздалось за спиной. — Ложись!!!
Я послушно упал на бетон, прикрыв уши ладонями и открыв рот, и в этот момент перегруженные привода не выдержали и взорвались. Над головой дохнуло жаром и пламенем, что-то приглушённо просвистело, а по стенам и окнам отчётливо прошлась дробь мелких осколков.
Жаль нигде ничего не зазвенело, разбиваясь — меньше пришлось бы бежать. С другой стороны, оно и не могло зазвенеть — стёклами давно уже никто не пользуется, предпочитая ему прозрачный поликарбонат, которому такие мелкие осколки всё равно что ничего. Его даже «Аспидом» не взять — иглы просто будут проходить насквозь, оставляя после себя крошечные дыры, и ничего кроме.
Поэтому, как только над головой перестали свистеть обломки, я вскочил, коротко обернулся посмотреть на дело рук своих, — прекрасную дыру на месте богатых красивых двустворчатых дверей, горелый остов гравикара, пожираемый голубым пламенем, и двух гвардейцев, один из которых зажимал рукой бок, а второй срывал с себя тлеющие тряпки, — и побежал к открытому окну.
Не успел я до него добежать, как изнутри высунулся ещё один гвардеец. Всё в том же тряпье, но уже без маски — видимо, в помещениях дворца воздух очищался.
— Что происходит⁈ — завидев меня, спросил он. Явно принял за своего то ли сослепу, то ли опираясь на то, что я тоже в маске.
— Нападение! — ответил я, размахивая руками. — Целая группа! По ходу, это те, с корабля! Надо срочно увести Мартинеса в безопасное место! Где он⁈
— Как всегда, наверное, на третьем… — неуверенно ответил гвардеец и нахмурился. — Погоди, а где твоя форма? Ты из какого крыла? Ты вообще кто?
— А, всего лишь твоя смерть, — ответил я, переходя на шаг и вскидывая «Аспид».
Всё-таки Мартинес хорошо надрессировал своих бойцов — параноик на то и параноик. Гвардеец, едва только завидев оружие, тут же попытался уйти обратно за стену, но не успел — слишком далеко высунулся в попытках рассмотреть, что происходит во дворе. Короткая плотная очередь настигла его на половине пути, голова чуть дёрнулась, и прозрачный поликарбонат открытого окна украсился несколькими сквозными отверстиями в окружении розоватого ореола — так мало крови забирали с собой из тела крошечные иглы.