Здравствуйте, доктор! Записки пациентов (сборник)
С Ярославиными пятнами все само собой открылось. Заметила в приоткрытой тумбочке лекарство, на которое у нее аллергия. Врачи исключили его от греха подальше, а та купила и продолжила принимать — вот вам и пятна. Слава богу, худого не вышло из-за такого количества лекарств. Четыре симулянтки в одной палате, это же еще сообразить надо. Впредь постановим: хорошеньких и неустроенных распихивать по разным палатам. А на разгадку навела лесбияночка. Как же девочки к ней подобрели, когда выяснили, что она им не конкурент! Между собой цапались, а эту не трогали.
Решение она приняла такое — девочкам поможет шоковая терапия. Зашла в пятницу в палату и между делом, прослушивая и простукивая каждую, обмолвилась, что «Александр Владимирович-то женится скоро, вот радость, окрутили парня». Дала им два дня на размышления — и что же? В понедельник все прошло как по маслу. И «голова кружится меньше», и моча в норме, и кашель поутих. Больница — не плацдарм для любовных маневров. Поигрались и хватит, пора и честь знать. Но Александр Владимирович, конечно, дурачок. Такие хорошие девочки из кожи вон лезли, чтобы ему понравиться, а он…
Евгений Сулес
Следы на снегу
© Евгений Сулес, 2014
Когда я увидел Сатану?.. До этого еще далеко, прежде я успею потерять работу, старых подруг и друзей, у меня перестанет стоять, я начну спать с пидарами, чтобы достать денег, и…
Но заговорили о нем в первый же раз. Парень, принесший кайф, сказал: это белый Снег Преисподней, идя по нему, можно увидеть следы Сатаны, а увидев их, найти и его самого.
…Порошок был, действительно, как снег… белый-белый… как чистая простыня, как вата в бороде Деда Мороза, как соль. Соль мира… И ты уверен, ты убежден, что сорвешь все бабки и возьмешь весь кайф, купишь много-много кайфа и раздашь всем, сирым и малым, как манну небесную. Почему-то всегда кажется, что кайфа мало. Что кому-то не хватит. Но его очень много и хватит на всех. Придите и ядите, сие есть кровь моя моего завета, сие есть тело мое, порошок счастья, снадобье верных, — говорит Сатана. — И кто вкусит от древа сего, возжаждет снова!..
И мы поклялись, то ли в шутку, то ли всерьез, что пойдем по следу сатаны до конца, будем идти, пока не обрящем его.
Парень скатал дорожку, и мы отправились в странный путь, купили билет в один конец, билет в пустоту, в никуда, отправились в путь, где все время нужно только платить, отдать все, что имеешь, потому что обещанная встреча стоит дорого. Я знаю, о чем говорю.
Почему всегда все начинается так хорошо?.. Ты молод и красив. Ты умен и находчив. Ты заканчиваешь институт с отличием. Ты получаешь хорошую работу. На тебя сваливается наследство в виде двухкомнатной квартиры в центре Москвы. Девушки тебя любят, друзья уважают. И тех и других так много, вино льется рекой, жизнь орет на полную катушку из обоих динамиков «Panasonic» и кажется огромным райским пиром…
…В дверь постучали.
Это мой слуга, впустите его, — шепчет Сатана. — Он принес вам мою благую весть.
— Я принес Снег, — говорит слуга и достает пакетики. — Причащались ли вы сегодня царствия его?
— Я принес дым кадила из храма его, — говорит слуга другим голосом и бережно раскладывает траву. — Лучшие травы срезали серпами ангелы его и перемололи жерновами преисподней. Курите и ядите, вдыхайте и впускайте в себя дух царствия его, ибо он сладок и приятен! В мире нет большего счастья, чем то, что прислал вам владыка Снега. В мире нет больше счастья. Вкусите и увидьте, что мир пуст и безвиден и тьма над бездною! Я проведу вас долиной жизни и введу вас в царство Кайфа, в царство вечной Зимы, в Пустыню обетованную, где нет ничего, кроме счастья! Мы засыплем весь мир Снегом и будем почивать на нем! Пришло время Кайфа, отныне всем будет хорошо!
— Как нам называть тебя? — спрашиваем мы.
— Называйте меня Слугой, — отвечает он.
Мы согласно киваем.
— Давали ли вы клятву идти по следу? — спрашивает Слуга.
— Да, — отвечаем мы, — давали, — и радуемся.
— Тогда знайте, что много клявшихся, но мало дошедших! Но тех, кто выдержит все испытания, кто отдаст все, что имеет, кто дойдет до конца, тех ждет награда! О времени же том так узнаете: ангел вострубит посередине неба, и язвы на коже вашей полопаются, и вытечет из вас весь гной и вся кровь ваша!
Сергей ушел и обещал достать денег. Но я не верю, у него где-то есть немного Снега, и он хочет приобщиться один. Но у меня тоже есть Снег, и я ему не сказал об этом. Пусть он ест свой, а я буду есть свой.
С солнцем творятся странные вещи. Иногда ночь не наступает несколько дней, и я не могу спать, а иногда она длится много суток подряд. Бывает, вечер опускается со среды по пятницу, а бывает, в один миг средь бела дня становится темно. Это как у Бога — один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день… Я теперь не расстаюсь с Библией и читаю только ее. Как много в ней истины. Не любите мира и того, что в мире… Это то, о чем говорил Слуга. В мире кончился кайф, и сатана сжалился над нами, и послал слуг своих верных, и дал им в руки зерна Снега. И пошли слуги по земле, от края ее до края, и сеяли Снег. И были те, кто ничего не понял и отверг сию благодать, а были избранные, как я, как Сергей, в ком Снег нашел пристанище и дал ростки и разросся до целого дерева…
За окном в воздухе повисли фиолетовые осенние листья.
— Я здесь, возлюбленный мой, — сказал сатана, — не оборачивайся, ты еще не готов увидеть мое лицо. Но ты уже близок, ты подошел к самому Сердцу Зимы и скоро войдешь в него. Завтра ты узнаешь о последнем испытании на пути. До встречи.
Синие листья опустились на землю.
Сергей все-таки пришел и принес немного Снега. Он ничего не сказал мне в укор, просто разделил свой Снег на две равные части и одну отдал мне.
— Я видел вчера свою мать, — сказал Сергей женским голосом. — Она говорила, что живет в раю, и что там хорошо и без Снега… Звала меня к себе.
— Это искушение, — ответил я.
— Не знаю… Но я не хочу больше, — он откинулся в кресле и отвернулся к окну. — Я устал. Радость ушла. Слуга нас обманул.
— Нет, это испытание. В самом Сердце Зимы снова будет радость. Он приходил ко мне, когда тебя не было. Я уже близок… Скоро, при дверях!..
Сергей не сказал больше ни слова. Потом я ушел.
Мы учились с ним на одном курсе. Вместе подрабатывали. Крыли крыши, делали ремонты, грузили всякую фигню… По окончании устроились в одну фирму. На втором курсе мы оба влюбились в одну и ту же девчонку, а потом подумали-подумали да плюнули на нее и остались друзьями. Он был хорошим другом. Я его любил.
На следующий день мне стало плохо на улице. Я очнулся в больнице. Обшарпанные белые стены, едкий запах…
Я стал кричать, звать людей, встать было тяжело. В дверь просунулось толстое лицо какой-то бабки в белом халате:
— Не кричи, милок, щас доктор придет.
Через минут пятнадцать пришел доктор, мужик лет тридцати пяти.
— Ну чего, пацан, — сказал он с ходу, — допрыгался ты, наркоман сраный. СПИД у тебя, понял? Козел…
— Да пошел ты!.. Какой, к черту, СПИД?..
— Обыкновенный. У тебя самый обыкновенный СПИД.
Я позвонил в Серегину дверь, все еще не понимая, что происходит. Я трезвонил минут пять, потом в досаде пнул дверь, и она открылась сама. Странный едкий запах, как в больнице, защекотал мне нос. Я окликнул Серегу. Никто не ответил. Я прошел в ванную, в туалет, в большую комнату… Никого не было. Зашел в маленькую комнату, где мы с ним расстались в последний раз.
Серега сидел в том же кресле, отвернувшись к окну. Точь-в-точь как тогда. Запах еще сильнее ударил в нос. Я подошел и дотронулся до его плеча. Оно было холодное и твердое.