Жемчужинка (СИ)
Я ненадолго замолчал, а дочь терпеливо ждала продолжения.
- Я никогда не был святым. У меня была единственная законная жена, законная по правилам моего народа и моей религии, а любимых женщин было чуть больше. Да.
Я был любим и любил. Я люблю и, похоже, меня любят. У меня, на самом деле, было не так много любимых женщин, если, - я ухмыльнулся, - если учесть мои долгие годы. Я был всегда честен со своими женщинами. Но вот какая штука, моя бирюзинка, так бывает, встречаются, мужчины-однолюбы. Редко. Несколько чаще те, кто любит сразу нескольких. И каждой из них найдётся место в его сердце. И выделить какую-то одну просто не в состоянии. Если его любимые женщины начинают требовать от него выбора- я или она - его жизнь становится грустной до невозможности. Иногда трагично грустной.
Некоторые мои любимые уже ушли за кромку, но я всё ещё помню их и люблю. Не жаркой всепоглощающей страстью, а теплотой воспоминаний, той памятью, чувствами и счастливыми мгновениями, что дарили они мне.
- Я люблю принцессу Мими. Я люблю твою маму. Очень люблю. На этой планете живут ещё несколько женщин, для которых есть место в моём сердце. Пусть кто-то считает это кобелизмом, я смотрю на это иначе.
Некоторое время Жемчужинка молчала, сосредоточенно хмуря моську. Потом, прийдя к каким-то выводам, глянула на меня озорно, и с улыбкой выдала:
- Значит, ты, папа, был лучшим самцом?
- Был? - возмущенно выпучил глаза я, - Был?
- Ой! - она наигранно испуганно прикрыла ладошкой рот, - Прости, папа! Конечно есть! И на тебя тоже охотились? - доча возбуждённо посверкивала глазами.
- О-о… М-м-м… Хе-хе… Настоящие джентльмены никогда не распространяются о своих похождениях, тем более о победах! Запомни доча, как только кто-то из мужского пола начнёт трендеть о своих "победах" у женщин, то сразу такого в игнор, облить презрением и выказать ему своё - фи! Зачастую это просто банальный звездобол, а если правду говорит, то вдвойне подлец. Никчемушный человек.
- Поняла, - закивала она головой. А потом, через паузу, хитренько сожмурила глазки и опять за своё:
- Значит, ты у нас лучший самец?
- А ты спроси маму? Ты ведь знаешь, что она может принимать разные обличия, так отчего она для меня именно такая?
- Отчего?
- Вот и спроси у неё сама. Раз тебя начали интересовать такие вещи.
- Ну, папа…
- Хе-хе… Сама, сама узнавай.
- Тогда! Тогда… - дочь надула щеки и выпалила, - Расскажи, кто такие другие женщины, которых ты любишь, и которые живут на этой планете! Какие они, как познакомились, где? Без интимных подробностей. - тут же подстраховалась дочь.
- Ути какие мы слова знаем! Интимные подробности… От кого это?
- Из умных книжек, что вы мне с мамой надавали. Не уходи от темы!
- Да это три дня рассказывать придётся! - возмутился я.
- А ты слышишь? - направила дочь палец в потолок.
За стенами ещё со вчера мело и завывало, руку вытяни и не увидишь ладони, и всё никак не могло успокоится. Даже до сарая-мастерской добраться проблематично.
- Ну…
- Ещё пару дней так будет, - довольно улыбнулась дочь.
- Откуда знаешь?
- Знаю! - улыбаясь ответила она, - Тут, и тут, - дочь потыкала себя в грудь, а потом в лоб, - Чувства, ощущения, знания, - выпучила глаза и стала делать пассы руками, - Всё остальное, у-у-у… Магия, чародейство, колдовство…
- Короче, - хмыкнул я, - погоду можешь предсказать.
- Короче - да! Дня на три-четыре…
- Понятно. Давно?
- Да как-то недавно, раз и получилось!
- Ясно.
- Рассказывай… - подперла она щеки кулачками и придвинулась ко мне, - Очень внимательно слушаю.
И такая умильная моська, ну как такой откажешь…
…Разговор глубокой ночью…
- Наша девочка быстро растёт. Вот уже интересуется очень знаковыми вещами. Мужчина и женщина, взаимоотношения, любовь…
- Поправлю тебя, госпожа сердца моего, дочь растёт телесно, но разумом - взрослеет. Улавливаешь разницу?
- Пожалуй, - после секундной паузы согласилась она.
- Мы вступаем в сложный и ответственный период её развития. Мы с тобой, посланцы, девятый народ бацхвари, умные книжки и занимательные рассказики… Боюсь этого уже будет недостаточно для правильного формирования её как богини для людей. Ей нужно окунутся в человеческое сообщество. Мальчики, девочки, дяди и тёти, чужие люди. Со своими характерами, желаниями, историями. Жизнь не книжных героев. Ей это необходимо.
- Возможно, но не забывай, она не просто ребёнок.
- Я-то это очень хорошо знаю. Но что ты имеешь ввиду, госпожа моя?
- Многие вещи она постигает интуитивно, эмпирически. Сама Система, со всем своим объёмом знаний, скажем так, благоволит к ней. Ей нет необходимости пропускать через себя "вживую" абсолютно каждую "мелочь".
- Не спорю. Иногда даже меня, заслуженного и, без ложной скромности, успешного воспитателя многих девчонок и мальчишек, берёт оторопь. К Жемчужинке приходят знания, а точнее, осознания таких вещей, которые могут прийти лишь с жизненным опытом. Причём, довольно разнообразным жизненным опытом. Молчу уж про умения.
Но если ты, свет моих очей, доверяешь мне, как отцу, наставнику и воспитателю, то вот моё мнение: доче надо к людям.
Они некоторое время молчали. Он ждал, она решалась…
- Это невозможно, господин мой…
- Мёртвые Воды! Пф-ф-фф… Я найду стопятьсот способов преодолеть их без всякого вмешательства высших сил…
- Нет, господин мой, - прикрыла она ему рот ладошкой, - Нет. Не в этом дело. Приоткрою тебе завесу, чуть-чуть. Столько, сколько могу.
- Любая мелочь в кассу…
- Дочь не может покинуть Великий Архипелаг до своей инициации, как богини. Таковы условия, и даже я не могу их изменить. И её инициация произойдёт только после финальной битвы с той силой, что постарается её уничтожить.
- Уничтожить?! Ева, любовь моя! Это же наша дочь! Какое нахер уничтожить?!
- Я не в силах помешать этому! Ты думаешь, у меня сердце не болит!?
- Мля, что они там курят, твои создатели! Сидят там, измышляют рукожопые, игрушечные правила…
- Не кипятись, господин мой. Этого не изменить. Лишь могу подсказать.
- Слушаю тебя внимательно.
- За ней придут, когда Жемчужинке исполнится шестнадцать-семнадцать лет. Телесно, умственно или ментально, не знаю. Возможно, когда она подтянет эти кондиции воедино.
- Чёрт! Дочь уже где-то в районе тринадцати-четырнадцати лет. Уж мозгами и ментально - точно. Еще пара "мигающих" взрослений, и она точно впишется в рамки условий. Возможно, уже этим летом… И не замедлишь развитие ведь. Сука жизнь…
- Дальше тоже ничего хорошего, - она грустно улыбнулась, - Защитить дочь должен лично ты. Ну и Головастик на подхвате, раз уж тебе повезло заиметь такого пета. Но он может сражаться только против миньонов.
- Миньоны?
- Да, миньоны. Будет обязательно большой босс. Один, единственный, но биг-босс, и куча миньонов.
- Какой босс?
- Вот тут опять всё грустно… Тебе не получится подготовить некую локацию, противоположную природе босса. Ведь такая мысль у тебя сразу мелькнула, да, господин мой.
- Ты неплохо уже знаешь меня, госпожа моя, мелькнула.
- Увы. Времени от оповещения до начала атаки будет совсем немного. Сколько, снова не знаю, но совсем немного. Подготовить особые места, облегчающие оборону, можно, но… - она замялась, словно что-то вспоминая, - Спрячешься в лесу, на тебя нападёт какой-нибудь злобный древень с кучей зверей и растений. Залезешь в горы, и на тебя выйдут ледяные великаны. Или упадёт космический корабль с полчищами злобных механоидов. Уйдёшь в бесплодные пески - и подвергнешься нашествию мутантов и ифритов…
- Спрячусь в глубоких пещерах, и снизу выползет какая-нибудь хтонь лютая…
- Да.
- Скрыть дочь под кучей артефактов и заклятий?
Она покачала головой…
- Босс будет видеть свет её сердца, слышать его стук. Ни спрятать, ни скрыть.