Мафиози и его одержимость 2 (ЛП)

Я бросил зажигалку на его тело и сделал шаг назад, наблюдая, как пламя ожило, танцуя вокруг его трупа. Запах горящей плоти заполнил мои ноздри. Его крики были слабыми, и они утонули, когда еще один взрывной звук пронесся по поместью. Валентин корчился на земле, когда его кожа начала тлеть, а плоть распадалась до костей.
Сжигание человека заживо… что за сладкая чертова пытка.
Я провел кинжалом по своим черным брюкам и наблюдал, как пламя полностью охватило его тело. Это был настоящее месиво.
- Игра окончена, Солоник.
Глава 28
  Виктор  
    
Смерть Валентина была сладкой на вкус, и это успокоило мою разгневанную душу. Я хотел остаться и смотреть, как его тело превратится в пепел. Я хотел увидеть его конец. Еще один взрывной звук зазвучал сквозь стены поместья, и я понял, что время уходит.
Я отступил на два шага от трупа, лежащего передо мной. Он больше никогда не сможет причинить боль моей Валери. Я отомстил за свою женщину единственным известным мне способом.
В глубине души мне хотелось, чтобы Валери увидела, что я сделал с Солоником. Чтобы она увидела, как горит его тело, и, возможно, это даст ей покой.
- Виктор, нам нужно идти, - настойчивый голос Егора прорвался сквозь мои мысли.
Я кивнул, бросив последний взгляд на пылающее тело Валентина. - Пойдем. Мне нужно забрать девушек.
Они, вероятно, были взволнованы и напуганы до чертиков. Я должен был сказать им, чего ожидать, но я не хотел рисковать.
- Я тебя прикрою, - благоговейно произнес Егор.
Я похлопал его по плечу в знак благодарности, не произнося ни слова. Я знал, что он прикрывает мою спину, и он знал, что я чертовски благодарен ему за это. Все это было бы невозможно, если бы рядом со мной не шел Егор.
Мы оставили тело Валентина позади и погрузились в хаос, как только вышли из комнаты. Крики людей—запах всепоглощающего пламени и горящей плоти—громкие выстрелы.
Проход для нас был свободен, пока мы не свернули в левое крыло особняка. А, черт.
Я собирался насладиться этим слишком сильно.
Люди Валентина в бешенстве бросились к нам. Мы с Егором синхронно убивали их. Я понял, что они догадались—все это время настоящим врагом был я.
  
Кровь была пролита, и тела безжизненно лежали на земле, нагромождаясь по мере того, как все больше людей подходило ко мне и Егору.
Хаос, а затем мертвая тишина.
Мы стояли посреди кровавой тропы, и я шел по мертвым телам. Краем глаза я заметил, что ко мне приближается еще один человек, один и без поддержки. Должно быть, он склонен к самоубийству. Егор схватил его прежде, чем он приблизился ко мне хотя бы на несколько шагов.
 
Егор ударом отбросил мужчину на землю, и он вонзил клинок в шею грязного ублюдка. - Не убивай его. Пока.
  
Я подошел ближе, потребность пролить кровь все еще бежала по моим венам. Егор издал насмешливый смешок, когда мужчина начал вырываться.
Его глаза расширились, когда я остановился перед ним. Его разбитые, кровоточащие губы приоткрылись, и он начал молить о пощаде. Был ли я мудаком из-за того, что смеялся? Да, так оно и было.
Я переживал из-за этого? Определенно нет.
Мне нравилось, когда они умоляли. Мне нравилось смотреть, как их жизнь исчезает из их глаз, зная, что у меня есть сила играть роль бога. Жизнь или смерть. Я держал их судьбу в своих руках.
Мужчина попытался вырваться из хватки Егора. Но ведь теперь ты не сможешь вырваться из лап дьявола, не так ли?
Как только на вас нацелились, ваши часы жизни начинали тикать.
 Тик. Так. Тик. Так. 
Егор схватил ублюдка за шею, удерживая его для меня. Мои губы изогнулись, наблюдая, как этот человек дрожит и молит о пощаде. Вот только мне нечего было дать.
Зовите меня Ангелом Смерти. Я прихожу только тогда, когда несу с собой вашу смерть.
Не было времени на покаяние и спасение. Разрушение кровоточило красным, и я всегда врывался с хаосом по пятам.
Адреналин гремел в моих венах, кровь сильнее пульсировала в моем теле, ревела в ушах. Это было почти оглушительно, и все, на чем я мог сосредоточиться...этот слабый человек.
Схватив его лицо руками в перчатках, я заставил его посмотреть мне в глаза. Посмотреть прямо в глаза смерти.
Он начал сопротивляться сильнее, но Егор поднял одну ногу и ударил его сзади по коленям. Он упал на пол, опустившись передо мной на колени.
Я присел. Ничего не нужно было говорить, потому что он уже видел как жизнь промчалась перед его глазами.
И все же.
Его губы скривились от отвращения, и он сплюнул мне под ноги, один зуб выпал из окровавленного рта.
- Да пошел ты...… пес Иваншова, - хрипел он с каждым тяжелым вздохом.
Страх на мгновение скрыл выражение его лица, но он хотел разозлить меня, его последняя попытка перед последним вздохом.
Я мрачно цокнул. - Ах. Ты не должен был так говорить.
Вытащив из-за пазухи свой гладкий клинок, я показал ему. Он тяжело сглотнул, и я почти почувствовал запах его страха. Я хотел сделать ставку. Обмочится он или нет?
Прижимая холодный металл к его щеке, я позволил ему почувствовать его остроту. - Я собирался дать тебе легкую смерть. Но теперь уже нет. Ты облажался, - сказал я, медленно проводя лезвием вниз по его шее, где пульсировала вена.