Мафиози и его одержимость 2 (ЛП)

- Разве ты не видишь? Смотреть на тебя так больно. Это ранит меня так глубоко, и это ранит больше, чем Валентин мог когда-либо причинить мне боль. Так что, пожалуйста, ради меня, остановись, - умоляла я.
Его боль была моей.
Точно так же, как моя была его. Мы были вытканы из одной нити. Сердцебиение, которое звучало в двух душах.
Я погладила ладонями его щеки. - Посмотри на меня, - приказала я. - Посмотри. На. Меня. Я не сержусь. Я не ненавижу тебя. Выкинь это из головы, Виктор.
В его глазах было столько стыда. - Я...не могу, - сказал он прерывающимся голосом.
Виктор так легко уткнулся носом в мою ладонь, в нежном прикосновении.
- Это...так...чертовски...тяжело.
- Посмотри на меня, - повторила я. Его глаза встретились с моими, и мой большой палец задел его бородатую щеку. - Любовь означает сдаться. Это значит, что мое сердце нуждается в твоем. Но, Виктор, нельзя иметь самую глубокую страсть и самую красивую историю любви без разбитого сердца.
Слезы текли по моему лицу, но я не отрывала от него глаз. Он, казалось, был заворожен моими словами. - И это именно то, через что мы прошли. У нас есть страсть. У нас есть любовь. А теперь у нас разбито сердце. Пора двигаться дальше. Как только ты упадешь, ты встанешь и начнешь снова.
Виктор поднял руку и провел пальцем по моей щеке. - Мы не слабые, и ты не неудачник, - прошептала я.
То, через что мы прошли, сделало нас сильнее. Виктору просто необходимо было это увидеть.
Я отпустила его и потянулась через кровать, чтобы открыть ящик тумбочки. Там я нашла то, что искала. Достав желто-белую бумагу, я протянула ее Виктору.
Он растерянно уставился на меня. Я выдохнула, чувствуя, как напряжение в груди сдавливает легкие.
Взяв его руку в свою, я провела большим пальцем по его ушибленным костяшкам. - Пожалуйста, сделай мне бумажного лебедя, - тихо попросила я.
Глаза Виктора расширились, и он посмотрел на бумагу, прежде чем убрать руку из моей хватки. Он не сказал ни слова; вместо этого он начал творить магию своими руками. Я наблюдала, как он молча манипулирует бумагой, и когда он закончил, в середине его ладони сидел маленький, красивый бумажный лебедь.
Точная копия того, которого он подарил мне ранее.
Тот самый, который испортил Валентин.
Виктор выпустил оригами в мою руку, и я улыбнулась, наблюдая за всеми эмоциями, играющими на его лице. - Новое начало, - сказала я.
Я видела, как у него сжалось горло, когда он с трудом сглотнул. Глаза Виктора заблестели. - Новое начало.
То, что когда-то было сломано…теперь починили.
Нежно сжав в кулаке бумажного лебедя, я наклонилась и поцеловала его в губы. В горле застрял комок, но я проглотила его. Его губы были мягкими под моими, и он на вкус был как всегда. Его запах...его вкус был… домом.
 
- Я люблю тебя.
Виктор застыл от моих слов лишь на мгновение. А потом я почувствовала, как все напряжение покидает его тело. Я слегка отстранилась, чтобы полностью рассмотреть его лицо.
- Я тоже тебя люблю.
Я знала, что он хочет сказать больше. Гораздо больше. Я знала, что для него это слишком. Но...все будет хорошо.
Я видела это в его глазах. Почти как возрожденная надежда. Я упивалась его красивым лицом. Избитый, но живой. Израненный, но все такой же преданный в сердце.
Боже, как я любила этого мужчину. Я не знала, что можно любить кого-то так сильно.
- Две недели. Нам осталось всего две недели, - заявил Виктор.
- Я тебе доверяю.
Он кивнул, прежде чем сделать глубокий вдох. Я смотрела, как тяжесть спадает с его плеч. Виктор больше не оседал и не терялся. Он расправил плечи, встретив мой взгляд темными глазами...глазами, которые напомнили мне Виктора, в которого я влюбилась.
Темные глаза, в которых таилась тайна—опасная тайна, что - то дикое. Это выражение на его лице...выражение, которого все, казалось, боялись, а я обожала.
Мое сердце грохотало в груди, когда он наклонился и взял мои губы так страстно, что у меня перехватило дыхание.
 Еще две недели. 
  
А потом мы уйдем отсюда.
 Свобода. 
   
Глава 23
  Виктор  
    
Карлос был в той же комнате, что и я. Он стоял прямо там, по другую сторону от меня. Очень немногие имели возможность находиться в одной комнате с Карлосом Мартинесом. И эти люди были разделены на две группы. Жертвы. И союзники.
Тебе повезло оказаться в одной комнате с Карлосом только в том случае, если он либо заставлял тебя пожалеть о том, что сделал первый вдох, либо заключал с тобой какую-то сделку.
Ты был либо его врагом, либо величайшим союзником.
Как и все мы, он был дьяволом, одетым в модный костюм.
Я слышал о нем много раз. Видел его однажды, восемь лет назад. Русские и мексиканцы не так часто пересекались. Никогда не может быть больше одного человека у власти—сидящего на троне огромного богатства и опасности. Я не мог точно представить себе Алессио и Карлоса, сидящих в комнате, смеющихся и обменивающихся шутками, как лучшие друзья. Ха, это было бы роковой ошибкой. Много лет назад мы решили держаться друг от друга подальше. Перемирие. Таким образом, два крупнейших картеля все еще работали гладко, не сталкиваясь головами. Если бы так случилось, то это была бы война.