Мафиози и его одержимость 2 (ЛП)

Она легонько коснулась моей груди, ее брови нахмурились, а губы дрожали от усилия сдержать крики. - Зачем ты это с собой делаешь?
Моя милая мышка была здесь. В моей комнате. В моем душе.
Должно быть, я сошел с ума. Мой разум играл со мной. Я не мог думать. Я слышал, как она говорит, но мои уши не могли полностью уловить ее слова. Шок мог только заставить меня молча смотреть на восхитительное видение передо мной.
 Как? 
Валери никогда не разрешали покидать свою комнату. И все же она была здесь...в середине ночи. Как маленькая сирена, она пришла сюда, чтобы соблазнить меня своими словами и своей прекрасной разбитой душой.
Я решил что это сон. Это мог быть только сон.
 Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. 
  
- Валери, - сказал я хриплым и тихим голосом.
Она молча смотрела на меня, ее пальцы ласкали усталые мышцы моей груди и плеч.
Сон.
Я не хотел просыпаться от этого.
- Позволь мне искупать тебя.
Мои глаза закрылись, ее голос был таким сладким и таким реальным для моих ушей. Это была музыка, симфония для моего разбитого сердца. Валери успокоила боль и залечила раны.
 Не будите меня. Пожалуйста. Я не хочу просыпаться от этого сна. 
  
В голове у меня стучало. Мои легкие сжались. Когда мои губы приоткрылись, чтобы заговорить, я услышал, как мой голос надломился под тяжестью моих эмоций. - Не оставляй меня.
      ***  
  Валери  
    
Слова Виктора заставили меня подавить рыдания. Не оставляй меня. Его голос надломился и звучал так...сломленно…так потерянно. Его плечи прогнулись, тело затряслось под холодной водой, которая просачивалась сквозь кости.
Я ненавидела видеть его таким.
Виктор Иваншов, в которого я влюбилась, был сильным человеком. Мощным. Тем, кто всегда контролирует ситуацию. Тем, кто любил играть в игры.
Когда-то давным-давно он был хищником, а я-его добровольной добычей.
Видеть его таким...таким маленьким, таким потерянным, раненым и окровавленным, мои легкие, казалось, сжались под давлением моих эмоций. Дышать становилось все труднее.
- Я не уйду, - пробормотала я, целуя его в подбородок. Его мышцы дергались под моими губами, и я снова поцеловала его, ожидая, когда он расслабится под моими прикосновениями.
Мои губы скользнули по его щеке, а рука скользнула ему за спину, переключая воду с холодной на горячую. Я подождала несколько секунд, прежде чем каскад воды стал достаточно теплым, чтобы мы перестали трястись. Зубы перестали стучать, а кости больше не мерзли. Я скользнула ближе к Виктору и обняла его за талию.
 
Прижимая его обмякшее тело к своему, я делилась с ним своим теплом. Его руки опустились на мои бедра, и я судорожно вдохнула.
С той ночи прошла неделя.
Когда я призналась Виктору в любви, я думала, что все кончено.
Когда он так нежно целовал меня и боготворил своими прикосновениями, признаваясь в своей любви ко мне, я думала, что мы ушли от того, что сделал с нами Валентин.
Но я ошибалась.
В ту ночь он проснулся с криком, дрожа и обильно потея. Он сказал, что это был просто кошмар. Виктор не сказал мне, что ему снилось, но я видела темноту в его глазах, агонию и то, как он смотрел на меня.…так беспомощно.
Поначалу мне снились такие же кошмары.
И теперь мой Виктор тоже страдал.
Каждую ночь он просыпался. Я бы успокоила его, но я знала…Я просто знала, что что-то изменилось, и сколько бы я ни шептала слова "Я люблю тебя", мой Виктор терялся в мыслях.
Он считал себя неудачником, я это видела.
Он видел себя бессильным; я чувствовала это—то, как его грудная клетка, казалось, проваливалась к сердцу в знак слабости.
Я сделала его уязвимым.
Виктор поклялся мне—беречь меня, лелеять, любить—украсть меня отсюда.
Он думал, что нарушил эти клятвы, позволив Валентину прикоснуться ко мне.
Если бы только он видел это так, как я.
Мой Виктор никогда не нарушал своих обетов. Я знала последствия жизни под крышей Валентина.
Клятвы Виктора...каждый раз, когда он так нежно прикасался ко мне, он выполнял свои обещания.
Он оберегал меня, пока я была в его объятиях.
Он лелеял меня, нежно целуя.
Он любил меня, молча глядя мне в глаза, как будто я была его самым драгоценным сокровищем. Его сердцем.
И каждый раз, когда он занимался любовью с моей душой, он похищал меня из этой адской дыры.
Если бы только...если бы только он увидел это так, как я видела.
Тогда он не был бы таким...таким далеким от меня, хотя он был так близко, его тепло просачивалось в мое тело.