Re: Перерождение задрота любящего жанр стратегии! Том 4 (СИ)
Так же обстояли дела и с магами Гвиневры. Многие из них падая от усталости с ног, флакон за флаконом проглатывали пополняющие источник зелье, но, того всё равно не хватало. Уже двое лежат у наших ног с посиневшими лицами и стеклянными глазами. У воинов Дункана дела тоже не очень. Реализовав весь свой арсенал, те прячась за спинами Предрассветных пик вернулись в город, где вместе с отстрелявшими весь боекомплект «артиллеристами» разместились под стенами. В месте где враг продолжал напирать. Захватив часть стены, между моей башней и вратами, маги Силистины, подымая землю, создавали спуск позволяющий своим бойцам на заднице спускать прямо на улицу шедшую в городе прямо к вратам. Заходя Нивградским бьющимся защитникам прямо во фланг. Понимая что подобное допускать нельзя, снимаю мешающееся под ногами у дроу ополчение, а затем вместе с Дунканом и Менестрелями направляю то на устранения прорывающихся в город Силистинцев. Постепенно, тяжёлые, кровавые бои докатываются и до моей башни, где на винтообразной лестницы уже во всю слышится чужеземный диалект, а вместе с ним и приближение врага. Те немногие бессмертные, отлично справляются и стойко сдерживают людей в узких проходах. Заваливая трупами врагов лестницы. Матерясь, Силистинцы практически топчутся на месте, периодически получая от Гвиневры, мощные, обжигающие заклятья.
Лишь когда кто-то из магов Силистины, встречным заклинанием сильно обжигает защищавших нас дроу, Гвиневра командует тем отходить, а после, обрушивает за нашими воинами часть лестницы и башни.
К тому часу, внезапностью для нас становится появление «подкрепления» с другого, шедшего с противоположной стороны башни прохода. Находившийся как нам всем казалось в самой безопасной части башни, я, удивлённый и чуть напуганный появление обычных солдат, с натянутым луком и направленной на того стрелой взглядом встречаюсь с первыми, одетым в наши одеяния воином. Тот в ступоре замирает. В след за ним появляется второй что сходу, мечом пробивает охранявшему меня Бессмертному грудь. «Предатели!» - вспыхивает в голове мысль. И тут же я вижу третьего что так же подло, предательски замахивается на повёрнутую к нему спиной Элкантру. В ответ на что, растерявшийся я, едва успев натянуть лук хочу помочь дроу, но внезапно для самого себя тетива срывается с моих пальцев, стрела устремляется куда-то в сторону, а на шлем мой, вместе с забралом опускается меч первого. Сквозь решётчатую защиту лица, кончиком лезвия тот цепляя мой левый глаз. Едва я успеваю отбросить лук и взяться за клинок, как второй удар словно палкой о кусок жести, отскакивает от моего наплечника. Удар, ещё удар, я падаю. Затем ещё и ещё и ещё, через тёмные прорези стального доспеха я вижу как первому бьющему присоединяется второй, затем третий и четвёртый предатель, удары сыплются со всех сторон и кажется что вот-вот меня разорвут на части!
Но внезапно, за свирепым выкриком наступает пауза. Вместо ударов, мою броню окатывает тяпкой жидкостью. Какого чёрта? Не желая чтоб меня вот так вот и дальше пиздили, хватаю меч, и как мне показалось вскочив на ноги, ослеплённой собственной заливающей лицо кровью начинаю их судорожно махать.
- Господин осторожней! – Послышался знакомый голос, а затем, чья-то рука взяв меня за стальной шиворот доспеха оттянула в сторону. – Эй, Гвиневра, господин ранен, помоги… - Снимая с меня шлем, с опаской проговорила живая Элкантра.
Исцеляющий поток, лёг на область возле брови. Глаз мой ещё видел, а значит, удар прошёл лишь в скользь, не задев само глазное яблоко. Коему видеть сейчас мешала только чёртова льющаяся на глаза из рассечения кровь.
- Мой спаситель, если бы не ваш точный выстрел я бы уже была мертва. – Трясущимися залитыми кровью руками держала меня за щеки Элкантра, периодически косясь на мужика мучавшегося на земле с пробитой стрелой шеей. – Я видела как вы стойко сражались сразу против пятерых. Господин, вы настоящий герой, моё спасение не позволило вам вытащить меча, практически безоружный, вы вынесли столько ударов… Где-то ещё болит, может один из проклятых предателей всё же пробил броню?! – В панике, трясясь и сдавливая маю челюсть своими ладошками продолжала пытать меня дроу.
- Да нормально всё… - Будучи сам в шоке от того что выжил, опускаю взгляд на свою помятую и залитый с ног до головы, кровью броню. Сколько они меня били, как много ударов я пропустил, и почему не один из них не достиг цели? Так много вопросов и так мало ответов…
Внезапно, к тёмной обращается один из её подопечных, а после, кидает к нашим ногам медальон церковнослужителя. Силизийцы все поголовна язычники, и не носят подобные атрибуты, а значит…
- Вот старая, вшивая блядь, всё ни как не успокоится! – ногой оттолкнув от себя проклятую вещь, рыкнул я.
- Пожалуй это и вправду могут быть люди Иоана. – Одной рукой держась за окровавленное плечо, другой подняв медальон, произносит герцог Пард Саам, а затем обращается к парочке местных аристократов, добивающих предателей. - Эй, Ливидий, Голд, вы там как?
- В отличии от них, жить будем… - Меч Ливидия сквозь рот пробивает голову раненого мною в шею, истекающего кровью ублюдка. У парня был вспорот живот и пробита шея, но всё равно тот был ещё жив и хлопал своими испуганными глазами. Кажется, от подобных ран люди быстро умирали только в фильмах, хотя, после того как меня с минуту пиздили ножами и мечами, само понятие слова «быстро», у меня в мозгу тоже чуть изменилось.
Попросив Гвиневру предоставить лишь необходимый видеть минимум лечения. Экономя магию волшебницы я вновь взялся за свой лук, припав к «любимому» брустверу. Где, одним из первых и заметил знакомый стяг, а вместе с ним, увидел того кто во всю глотку затрубил в имперский горн. То был Магнус со своими тяжёлыми кавалеристами, внезапно появившимися на фланге, где оборону всё так же держали одни лишь гордые Дроу.
От терций врага уже давно не осталось и воспоминаний. Перемешавшись с обычной пехотой, те ломились в множественные брешь в нашей обороне. От чего, внезапное появление и удар фактически в оголённый тыл, кладёт под копыта боевых имперских лошадей огромное число вооружённых короткими мечами воинов. Словно моча сквозь первых снег, Магнус прорубая себе путь несётся прямо к песчаным насыпям. Взмахи его меча, рубят врага одного за другим, в разные стороны летят конечности, остатки копий, осколки мечей и посохов. Не давая себе и своим людям на долго погрязнуть в бое с пехотой, тот нанеся урон вырывается, а затем, видя как в его сторону несётся вражеская конница, вновь отступает по направлению к лесу. Его появление здесь говорит о том что у зорфов месте с Бессмертными всё обстоит не так уж плохо, и это радует!
Так же, внезапная атака заставляет Силистинцев отвести часть войск для укрепления и защиты флангов, от чего давление на центр, и всё так же остающиеся под нашим контролем врата уменьшается. Изначально у врага не было такого большого численного перевеса, к тому же, бой идёт уже достаточно давно и всё чего те добились так это частично проникли в город через одну из стен. Уже скоро, очень скоро, если ничего не изменится враг должен будет отступить, а пока…
- Гвиневра, забудь о тех кто за стеной, бей по поднявшимся, нужно помочь тем кто ещё сражается за выходы к лестницам у врат. – Глаза волшебницы красны, а бледности лица той не позавидуют и трупы. Кивнув, девушка проглатывает очередной флакон зелье, а затем, запускает новую порцию заклятий во врага. Её магические атаки поддерживаем и мы с Элкантрой, вместе с аристократами пуская в сторону потерянной нами стены стрелу за стрелой.
Силистинцы падают, кричат, грозят нам мечами и пытаются закрываться от атак щитами. Они дерутся рассчитывая победить. Дерутся, умирают, затем их товарищи снова поднимаются дабы отомстить за своих братьев, и так же за мертво падают с наших стен. Огонь обжигает их тела, стрелы одаривают серьёзными ранами, когда в то же время, с их стороны, лишь редкие маги могут подняться дабы хоть чем-то помочь пехоте. Ведь силы большинства из них направленны на защиту и поддержания прочности самих песчаных, хрупких лестниц, при обрушении которых, отрезанными от товарищей и помощи могли остаться сотни, если уже не тысячи проникших в мой город Силистинцев.