Громова дубрава (СИ)

Мои руки невольно сжались в кулаки.
Будь ты проклят, грозовой! Все двенадцать недель я не забывала о тебе ни на минуту. Двенадцать недель видела во сне твою насмешливую улыбку, с жадностью ловила каждое случайно оброненное слово, если оно было о тебе! И да — я не могла не прийти. Если бы у меня была возможность, я пришла бы сюда уже на следующий день после твоего пленения, готовая выслушать ругательства и проклятия. Лишь бы только увидеть и убедиться, что с тобой все в порядке…
— Зачем я тебе, Даурен? — прямо спросила у него. — Что ты собираешься со мной делать? Отомстить?
Дракон похабно улыбнулся.
— Что я собираюсь с тобой сделать, ты узнаешь, как только нас перестанет разделять эта голубая гудящая штука. Мстить же в нашей ситуации нужно не тебе и даже не королю, а системе государственного устройства, предполагающей магические контракты и браслеты верности, которые не дают возможности ослушаться отданного приказа. К сожалению, я не настолько силен и влиятелен, чтобы замахнуться на такого серьезного противника.
— Значит, ты все-таки примешь предложение короля?
— Если он выполнит мою просьбу.
— Мое мнение по этому поводу, конечно же, никого не интересует.
На его лице появилось насмешливое выражение. Собственно, могла и не спрашивать. Меня же не интересовало, хочет он быть заточенным в подземелье или нет.
— Неужели тебе нравится такая жизнь, Мира? Кланяться королю и вельможам, выполнять их поручения, будто дрессированная собачонка, бежать на зов по первому требованию?
— Моя жизнь меня вполне устраивает, — серьезно сказала ему. — Помнишь, я говорила про риск и приключения? В моей бытности их немало, и я этому рада. Что же до королевских вельмож, то я им не кланяюсь, Даурен. Наоборот, это они кланяются мне. Я выполняю только распоряжения его величества, и в обращении со мной он всегда вежлив и деликатен. К слову сказать, в отношении тебя будет то же самое. Ты станешь подчиняться исключительно королю, и все приказы он будет отдавать тебе лично. После смерти государя магический контракт потеряет силу, так что, если станешь стражем Восточных земель, приобретешь не хозяина, а постоянного работодателя.
Губы дракона собрались в тонкую линию.
— Давно ты служишь короне?
— Давно, — улыбнулась я. — Дольше, чем ты живешь на этом свете, Даурен.
Несколько секунд он смотрел мне в глаза.
— Может, ты еще и замужем?
— Нет, — покачала головой я. — Не замужем и никогда там не была. Кажется, ты уже задавал мне этот вопрос.
Плечи грозового заметно расслабились.
— Король намерен выполнить твое условие, — продолжила я. — Однако ему будет очень жаль, если со мной случится что-нибудь плохое. Настолько жаль, что он наверняка внесет в ваш контракт пункт о сохранности моей жизни и здоровья.
— О твоей жизни я буду заботиться лучше, чем ты сама, — серьезно сказал мужчина. — У меня, знаешь ли, большой опыт в хранении ценностей.
— Я не слиток золота, Даурен. Меня не удастся положить в сундук и запереть на амбарный замок. Прими как данность — в случае чего я найду способ сломать и то, и другое.
Грозовой глубоко вздохнул.
— Я не собираюсь ограничивать твою свободу, Мира, — произнес он. — Я хочу разделить с тобой свою. У меня было время подумать о наших странных взаимоотношениях, и я пришел к выводу, что хочу их продолжить.
— Мое мнение по этому поводу тебе снова не интересно?
— Я вижу его в твоих глазах, Мира. И в том, что ты приехала навестить меня вместе с его величеством. Вы, женщины, любите копаться в себе, постоянно пытаетесь усложнить то, что ясно даже слепому. Я не намерен ждать, когда ты признаешь: нас тянет друг к другу, и мы ничего не можем с этим поделать. И да — я не собираюсь делить вас, моя прекрасная леди, ни с одним мужчиной, будь он вашим мужем, любовником или работодателем.
— Ты что же, делаешь мне предложение, Даурен? — искренне удивилась я.
— Да, — на его губах снова появилась улыбка — кривая и саркастичная. — Я, безродный наемник, не имеющий дома и постоянного заработка, хочу взять в жены сиятельную леди из высшего общества, талантливую шпионку, чья судьба волнует самого короля. По-моему, это хорошая плата за несколько десятилетий, которые мне придется провести на Гоойских болотах. Обрати внимание — жить на этих болотах я буду только вместе со своей очаровательной супругой.
 
Я покачала головой.
— Даурен, ты сумасшедший. Хочешь связать себя со мной, после того, что я сделала? Или ты забыл, что оказался в этой темнице именно моими стараниями?
Он равнодушно пожал плечами.
О да, в этом все грозовые! Вижу цель, иду к ней напролом, плюю на препятствия, и только потом думаю, чем все это для меня обернется.
А может, брак — это такая извращенная форма мести? Жизнь в глуши, компания миммори, муж, упрямый, как осел… Впрочем, женившись на мне, этот дракон отомстит исключительно сам себе.
— Тебя даже не смущает, что я вдвое старше, чем ты?
— Мы драконы, Мира, — усмехнулся грозовой. — Возраст имеет значение только для людей.
— И ты не…
— Нет. Достаточно, Мирабелла. Ты хотела узнать, что мне от тебя нужно? Теперь тебе это известно. Думай, делай выводы, уговаривай короля разорвать магический контракт.
— Знаешь, твоя самонадеянность поражает до глубины души. Ты правда считаешь, что я соглашусь выйти замуж? Брошу дело, которым занимаюсь почти сорок лет, брошу столицу, друзей, брошу свою привычную жизнь? И ради кого? Ради безродного наемника?
Даурен широко улыбнулся и по-мальчишески подмигнул. А потом сделал шаг назад и скрылся в темноте камеры.
Я закатила глаза и, развернувшись, зашагала к выходу.
* * *
В следующий раз мы с Дауреном увиделись через три недели — во время второго визита его величества в зачарованный замок. Решение по поводу требований пленника король принял в тот же вечер — узнав суть нашего с ним разговора, он заметно расслабился и повеселел.
— В предложении Дау-Рена есть рациональное зерно, Мирабелла, — сказал монарх, когда я закончила рассказ о том, сколь оригинальным способом мне сделали предложение руки и сердца. — Вы несколько десятилетий верой и правдой служили нашей стране, напрочь забыв о личной жизни. Если смотреть широко, грозовой дракон — партия неплохая. Он смел, решителен, хорош собой, а скоро станет еще и богат.
— Он упрям, дерзок и безрассуден.
— Не сомневаюсь, вы найдете способ сгладить эти черты, леди.
Я пожала плечами.
— Полагаю, бракосочетание можно считать делом решенным. Вы ведь не против, Мирабелла?
Я снова дернула плечом.
— Вот и хорошо, — улыбнулся король. — Устроите личное счастье, а заодно присмотрите за своим дерзким безрассудным супругом. И проследите, чтобы он не манкировал будущими обязанностями.
Сообщить Даурену, что его требование будет удовлетворено, можно было уже на следующий день, однако его величество решил отложить этот разговор на целый месяц — чтобы придворные чародеи успели подготовить новый договор, а грозовой — еще немного помучиться в ожидании монаршего решения. Мы с Кирстеном общими усилиями уговорили короля немного ускорить событие: Кирстена напрягала ситуация на Восточной границе, а мне хотелось, чтобы упрямого дракона, наконец, выпустили из каменного мешка.
Подслушивать беседу короля с Дауреном в этот раз не пришлось. Учитывая, что речь должна была идти, в том числе, и обо мне, государь велел пройти в залу вместе с ним. Дракон появился в комнате сразу после нас. Выглядел он гораздо лучше, нежели три недели назад: его щеки вернули здоровый цвет и были гладко выбриты, волосы стали чуть короче, одежда казалась свежей и мешком уже не висела.
При виде нас глаза Даурена вспыхнули, как звезды. Он позволил себе на мгновение задержать взгляд на моем лице, после чего склонил голову в вежливом поклоне.
— Ваше величество.
— Перейдем сразу к делу, Дау-Рен, — сказал король, — Я обдумал твое предложение и решил, что оно вполне обосновано. Однако с правовой точки зрения удовлетворить его очень непросто. В нашей стране нет рабства, а потому передать леди Эрр в чьи-либо руки можно только одним способом — выдав ее замуж. Готов ли ты жениться, Дау-Рен?