П. МТ. Книга 4 (СИ)

Краем глаза она с удовольствием наблюдала за счастливой землячкой. После нескольких исцелений и омоложений писаной красавицей Ольга не стала, но внимание мужчин привлекала большое. Правда, сложно было сказать, что их притягивало, внешность главного ресторатора Лас-Вегаса или её близкая дружба с грозной магиней.
Подруга жадно дышала свежим воздухом, даже чуть сопела. А ведь отказывалась взять выходной, ссылалась на множество дел. Сама себя нагрузила, и сама же пашет без отдыха. Повелительнице Ордена пришлось власть употребить. Надо как-нибудь, подумала Вика, обязательно сообщить Ольге, что от работы кони дохнут. Та забыла поди.
— Я забыла отдать повару Империала список закупок на следующую неделю, — пожаловалась подруга, — Ты меня торопила, и я ...
— Забудь о работе. У нас сегодня выходной. Завтра всё сделаешь. Тем более, что мешать тебе будет некому. Меня с Гнешем Олег пригласил в Геру на коронацию правительницы нового королевства. Северной Геронии. Так что, хоть до седьмого пота себя загоняй. А хочешь, так отправляйся с нами. Будет весело. Что? Нет? Ну, дело твоё. Моё — предложить.
— Красивый у тебя брат. А откуда он взялся? Он ведь не с Земли.
— Оттуда же, откуда я взяла и свою дальнюю родственницу Ольгу. Или Олег свою Улю. Здесь нашли, что непонятного? Ты, подруга, имей в виду, он для тебя слишком молод.
— Да я же просто ...
— Понимаю, — улыбнулась повелительница.
Вернувшийся неделю назад с Тарпеции Гнеш сильно изменился. Не внешне, конечно, а внутри. Исчезли грусть и меланхолия. Он вновь стал тем смешливым и активным братиком, каким его знали Нелла и Вика.
Что уж там с ним сделал её любимый мужчина, госпожа Тень пока не знала. Сам Гнеш делиться с сестрой не стал, а больше спросить было не у кого. Парни вообще не любят делиться своими переживаниями даже с матерями, в отличие от девушек. Оставалось дождаться встречи с Олегом и подвергнуть его пыткам.
— Ух, ты! — воскликнула Ольга, когда взойдя на пригорок они увидели воды Дикого океана, — Действительно выглядит диким. Совсем не такой, как у нашего замка. Там он добрый, ласковый, лазурный, а здесь тёмно-синий, почти чёрный. Ой, я хотела сказать, у твоего замка.
— У нашего, Оля, у нашего. Мой дом — твой дом. Ну-ка, пошли веселее. Вон хороший спуск.
Побережье в этих местах было каменистым, а кое-где скальным, но участки с травяным покровом иногда подходили совсем близко к воде. Видимо, приливы тут совсем не наблюдались.
Землячки выбрали себе для пикника небольшой взгорок с клочками зарослей карликовых берёз в двух десятках шагов от воды.
Медвежья шкура всё-таки пригодилась. Прежде, чем извлечь из своего магического хранилища взятые в ресторане Редисон-Славянской приготовленные и разложенные по ёмкостям блюда, Вика расстелила подарок даторских егерей.
— Я сама всё накрою и разложу, — Ольга принимала извлекаемые госпожой Тень продукты и посуду и ставила их на траву, — Садись.
— Вместе накроем. Ты мне не служанка.
— Но ведь подруга? Значит и свою лепту внести должна. Пока из нас только ты работала. Портал открывала, место искала, так что, твоё место в зрительном зале.
— "Москва слезам не верит"?
— Тоже смотрела? Странно. В твоём возрасте.
— Ну, я ненамного моложе, и, потом, это всё бабуля приобщила. А что здесь у тебя такое?
— Фуа-гра. Ты что, не ела ни разу?
— Даже в глаза не видела, — призналась Вика, неожиданно для себя почему-то смутившись, — Только слышала.
Пока переговаривались, Ольга весьма споро расставила посуду и положила в тарелки заготовленную снедь. Костра женщины разводить не стали, у них сегодня был день приятной прохлады.
— Вика, можно я первый тост посвящу тебе? — главный ресторатор подняла бокал с псковским игристым.
— Валяй, чего уж, — согласилась Вика, подозревая, что благодарности от землячки ей и Олегу предстоит выслушивать до конца жизни, — Только побыстрее, а то отдохнуть будет некогда.
— И "Особенности национальной охоты смотрела"?
— Нет, но мужики из нашего байкклуба часто всякую ерунду цитировали. А ты-то видела этот фильм.
 
Устроенный землянками самим себе девичник обоим нравился всё больше. Почему-то с Николаем Вика не стала делиться подробностями своей земной жизни, зато с Ольгой разоткровенничалась.
Они давно, почти с первой встречи, почувствовали друг к другу взаимную симпатию. Теперь, в приятной прохладе, за бокалами прекрасного вина и шикарной закуской делились сокровенными тайнами. Есть ведь такие вещи, которыми женщины не готовы делиться с мужчинами, даже с самыми близкими и любимыми.
— Так и получилось, — немного захмелевшая Ольга, потянувшись за конопе, покачнулась и плеснула себе на руку вином, — Чёрт. Растяпа. Вика, ты только не исцеляй меня, а то удовольствие испортишь. Да, так и вышло, что он с Леськой остался, а я у разбитого корыта. И хорошо. Он бухать начал сильно, особенно, когда с бизнесом прогорел. Олесю колотил часто, пока та полицию на него не напустила ... Ты чего, Вик?
— Да ничего, — расстроилась госпожа Тень, тоже ощущавшая приятную лёгкость мыслей в голове от выпитого, — Хорошо так сидели, а тут какие-то уроды в нашу сторону прутся. Надеялась, что остановятся, и нифига. Сейчас вон из-за той гряды покажутся. Пятеро.
Она показала подбородком на скалистый выступ в полусотне шагов от них, вдоль склона которого шла еле заметная тропинка.
— Уйдём? — нахмурилась ресторатор, глядя на всё ещё богатый стол.
— Куда? В другой стороне, в километре-двух, вообще куча народа, десятка четыре. Сидим. Если мимо не пройдут, я их тут и прибью. Нет. Вонять будут. Что-нибудь придумаю. Давай выпьем за то, чтобы такие козлы, как твой Сергей, доставались таким предательницам, как та Леська. Погоди, а ты что, с ней помирилась? После всего, что она сделала?
Ответить Ольга не успела, на тропе показались пятеро мужчин. Трое, шедших впереди, несли на плечах по две-три кривые жердины, а двое последних свёрнутую в скатку сеть.
Вид незваных гостей — хотя конечно ещё надо было бы разобраться, кто здесь гость — мог бы вызвать лишь презрение, настолько жалкие лохмотья они носили, а волосы у них на голове и бороды не знали не только мыла, но и гребней, однако, задохликами мужчин не назовёшь. Крепкие и загоревшие на северном солнце.
— Рыбачки местные, — догадалась Ольга.
Не пройдя от гребня и десятка шагов, мужчины остановились как вкопанные.
— Бабы! Не, братва, точно! Бабы! — открыл гнилозубый рот первый из рыбаков.
— Не иначе, Единый нам милость оказал?! — изумлённо расхохотался шедший третьим, а увидев поднявшуюся на ноги и уперевшую в бока руки Вику, выставившую напоказ свой живот, развеселился ещё больше, — Брюхатая!
— Брюхатая тоже подойдёт, — веселье охватило и того бородача, который был между ними.
Все трое не сговариваясь сбросили на землю свои ноши. В этот момент замыкавший процессию белобрысый парень с недавно отросшими волосами вдруг вскрикнул:
— Госпожа Тень?! Велт, это госпожа Тень?!
— Да, — ответил его напарник по переносу сетки, — Да. Да, — он обречённо опустился на землю.
Ольга подёргала могущественную подругу за нижний край походного платья.
— Тебя даже варвары знают?
— Не спрашивай, сама в шоке, — буркнула Вика и тут же воскликнула, легко перейдя с русского на местный: — Ха! Да это же мои бывшие рабы! Я думала, они вёслами гребут, а они, оказывается здесь рыбу ловят. Сбежали таки сволочи?
Не сразу, но повелительница признала тех безголовых кабальных рабов, которых после нескольких попыток побега, она не стала казнить, а отправила кандальниками на галеры, распорядившись дать им шанс удрать. Только не признаваться же вслух в своей мягкотелости? Да и встреча получилась удивительно нежданной. Отправиться отдыхать на край света, чтобы встретить тех, кого видела у столбов для порки, такого нарочно не придумаешь.
— Ты чего несёшь, брюхатая? — оскалился первый, похоже, главный в пятёрке.