Непокорная для эльфийского короля (СИ)
Непокорная для эльфийского короля
Кристина Вронская
Глава 1
С давних времен лисы и темные эльфы враждовали. И наше племя — не исключение. А почему именно — понять сложно, потому что, когда я была маленькой, мама мне об этом не рассказывала. Но однажды в нашем племени случился пожар. Полыхало все. Меня из горящего дома вынесла мама. Я еще тогда не умела становиться лисой, а мама умела. Она дралась с большим черным волком, и меня отвела куда подальше бабушка. Бабушка увела меня и еще нескольких детей, а я звала и просила маму. С того времени я больше ее не видела. Папа приехал позже — вывез раненых, и мы какое-то время жили в лесу неподалеку. Но там стало беспокойно, и мы перебрались в другое место. Мама, прежде чем вынести меня из дома, отдала мне подвеску с изображением лисы. Я могла превращаться в лису только так — надев на шею подвеску. Люди видели меня лисой, но на самом деле я продолжала быть человеком — это игра в иллюзию.
Мама могла превращаться по-настоящему, как и бабушка, но мне далеко до такого.
Лисой можно стать тремя способами:
1) используя талисман (как тот, что мне дала мама)
2) съев «лисьи ягоды»
3) превращаясь в лису по-настоящему, после долгой практики.
Первый способ дает иллюзию превращения, второй — до того момента, пока ягоды не переработаются организмом, и третий — полное превращение, путем тренировок его можно продлевать настолько, насколько тебе нужно.
***
С папой и бабушкой мы переехали спустя пять лет в небольшой городок на окраине Западных Земель. Помимо этого, у меня также был брат.
Двоюродный брат Виктор довольно самостоятельный, на год младше меня. Папа все хотел, чтобы он, как и отец, стал краснодеревщиком, но Виктор махнул на все рукой и ушел в плавание. Свободная душа, он всегда любил приключения, после пожара остался круглым сиротой, несмотря на меня. Бабушка и папа взяли его к себе и воспитывали со мной наравне. Так что он был мне как родной.
Мы освоились понемногу на новом месте, папа открыл небольшую лавчонку, бабушка делает ловцы снов… Начала она их делать в основном из-за меня, потому что мне часто снились кошмары после того пожара. Она пела мне колыбельную и вешала у моей кровати ловец снов. А потом ее не стало.
Только в последнее время ловец снов перестал помогать. Мне все снится буря, черные лошади, вороны и снова пожар. Надеюсь, это просто кошмары, и они уйдут туда, откуда пришли. Ну, а теперь пришло время рассказать обо всем том, что со мной произошло и перевернуло с ног на голову не только мою жизнь, но и жизнь многих других. Итак, начнем.
Глава 2
Я сложила краски в корзину и, попрощавшись с продавцом, покинула магазин. Сегодня ходила по поручению отца за новыми красителями для его изделий.
Солнце высоко поднималось над городом. Начинался новый день.
«Все у нас будет хорошо». Собаки плескались в луже и отряхивались от воды, где играли, дети смеялись и бегали вокруг фонтана, птицы клевали вчерашний хлеб.
Из мясной лавки выбежал стремительно кот, неся в зубах сосиски и убегая, словно угорелый, от мясника с выпученными глазами. Я сразу узнала его.
— Линдо, негодник, иди сюда! — я ловко схватила кота. Тот начал вырываться и царапаться, не разобрав, что к чему, но поняв, на чьих руках сидит, успокоился. Правда, ненадолго. Я вырвала из его пасти сосиски и вручила мяснику.
— Вот, простите его, — с извиняющейся улыбкой сказала я.
— Теперь их не продашь! — гаркнул мясник, — Еще раз увижу его в своей лавке, пусть пеняет на себя!
Я поклонилась, продолжая держать кота на руках, а на сгибе локтя болталась корзина с красками.
— Линдо, совсем ты страх потерял, — выпустила кота из рук.
Тот недовольно мяукнул и почесал задней лапой за ухом.
— Перестань воровать.
Кот зевнул, выражая крайнее пренебрежение моими словами. Я цокнула и, потрепав кота за ухо, устремилась к дому.
Кот посмотрел по сторонам, и, увидав, что я ухожу, поспешил следом.
Едва я зашла в проулок между домами, как услышала позади шаги.
— Вот на кой ты мне помешала украсть сосиски у этого пузана, а? — проговорил хриплый голос. — Я не примерный гражданин. Не буду жить, как паинька. Хочешь быть паинькой — флаг в руки!
Я обернулась и увидела, как парень приложился к бутылке.
Я немедленно остановилась и взялась за бутылку на правах старой подруги.
— Уже и посреди дня?
— Что ты ко мне прибодалась, женщина?!
— Я за тебя переживаю, ясно? — отвечала я, продолжая бороться с ним за обладание бутылкой.
— Ага, переживаешь, — сощурил тот янтарные глаза по-кошачьи. — Раз переживаешь, значит, любишь.
— Люблю! Ты мой друг!
— Вторая часть фразы была лишняя, — сонливо ответил он.
— Дай-ка сюда, а, — мне удалось отобрать бутылку, после чего та отправилась в ближайший мусорник.
— Три кнели уплачено, как ты могла, а? Бессердечная ты женщина!
Я вздохнула. Это мой лучший друг, Линдо, не очень хороший маг, хотя и умеет превращаться в кота. Он единственный не стал издеваться надо мной, когда люди узнали, что я могу менять облик на лисий. Пусть и не по-настоящему. Я перестала надевать кулон, и в один прекрасный день этот оболтус пришел в облике кота. Я его гладила, за ухом чесала, а он взял и превратился в парня! Отчего тут же получил от меня оплеуху. Не обиделся, но место прямо покраснело на щеке. С тех пор он учится у старого чародея Ренигаста и пытается стать хорошим магом.
— Какая у тебя мечта, Линдо? — спросила я однажды, когда мы сидели над оврагом и смотрели на почти родной для меня Акстер. Дул ветерок, солнце пригревало, а в роще позади нас птицы пели.
— Хочу стать хорошим магом, — откусил он от хлебной булки. — Хочу детям помогать, чтоб они хорошие отметки получали, а учителям краской усы сами рисовались.
Мы расхохотались.
— На такие глупости хочешь потратить свое умение владеть магией? — спросила.
— Не только, конечно. — пожал он плечами. Как всегда, с щетиной на лице и нечёсаной шевелюрой каштановых волос. — Хочу, чтобы все красивые девушки мои были!
— Линдо! — Я шутливо пихнула его в бок. Он никогда не говорил всерьез.
— А ты о чем мечтаешь, Ники? — спросил он, кинув крошки какой-то птице, прилетевшей с дерева.
Я немного помолчала, поковыряла пальцы.
— Хочу сестру найти. И еще…
— И еще?
— Узнать, кто был виновен в том пожаре. — Я почувствовала комок в горле и замолчала. Слеза предательски скатилась по щеке.
Линдо посмотрел на меня, как я слезы утираю.
— И что потом?
— Что?
— Когда ты найдёшь того, кто сделал пожар?
— Я устрою пожар в ЕГО жизни. Чтобы он вспомнил о том, что сделал, и пожалел об этом. — мой голос прозвучал как натянутая струна, и мне даже стало не по себе.
— Дай сюда, — я взяла у Линдо из рук хлеб, стала крошить его и кидать пташкам, которых становилось все больше. Но мысли были далеко отсюда.
Глава 3
Вот и папенькин магазин. Уютный, с деревянными косяками и перилами, растениями в горшочках и плетущимися цветами. За стеклом — куча всяких изделий из дерева. Я улыбнулась и вошла внутрь через деревянную, любовно выпиленную папиными руками, дверь.
Звоночек над дверью оповестил его, что я прибыла.
— Привет, папенька! — я опустила Линдо на один из подоконников окон, и увидела папу, показавшегося из-за прилавка.
— О! Лисонька! Принесла? Давай за работу, а то тут заказчики внезапно пришли, большой заказ на шкафы получил.
— Вот где Виктор шляется, мне интересно знать, когда столько работы?! — проворчала я, ставя корзину с красками и пигментами на деревянный низкий столик у того же подоконника, куда я посадила Линдо.
— Ну, Лисонька… Ты же знаешь, трудится вовсю на кораблях…
— Да кому нужны эти корабли! — сказала я, не понимая в них особой ценности, — Вот если бы люди умели летать! А то, как рыбы плавать — так всякий может. И я могу!