Извращённая любовь (ЛП)

Мой пульс бился от предвкушения.
Что он делал на сцене?
Через минуту я получила ответ.
— Я понимаю, что это довольно неожиданно, поскольку живое выступление не входило в программу сегодняшнего вечера, — сказал Алекс. — И если вы знаете меня, то знаете, что я не славлюсь своим покровительством искусству или своими навыками пения. — По толпе прокатился тихий смех, и несколько понимающих взглядов. Алекс подождал, пока смешки утихнут, и продолжил, впившись взглядом в меня. — Будь то музыка, фотография, кино или живопись, искусство отражает мир вокруг нас, и слишком долго я видел только темную сторону. Грязную изнанку, уродливую правду. Фотографии напоминали мне о моментах времени, которые никогда не длились долго. Песни напомнили мне, что слова способны вырвать сердце. Зачем тогда мне заботиться об искусстве, если оно так ужасно и разрушительно? — Это было смелое заявление, сделанное перед лондонским миром искусства, но никто не аплодировал. Никто даже не вздохнул. Алекс заставил всех нас поддаться чарам своих слов. — Потом кто-то вошел в мою жизнь и перевернул все, что, как я думал, я знал. Она была всем, чем не был я — чистым сердцем, доверием, оптимизмом. Она показала мне красоту, существующую в этом мире, и благодаря ей я познал силу веры. Радости. Любви. Но я боюсь, что запятнал ее своей ложью, и я всем сердцем надеюсь, что однажды она найдет путь из тьмы к свету.
По окончании речи Алекса в зале восцарила тишина. Мое сердце колотилось, колотилось так сильно, что я чувствовала его в горле. В животе. Пальцах ног. Я чувствовала его в каждом дюйме своего тела.
Затем он снова открыл рот, и мое сердце остановилось. Потому что голос который раздался и наполнил комнату? Это было самое прекрасное, что я когда-либо слышала.
И не только я — все смотрели на Алекса с восторженным восхищением, и я была уверена, что несколько женщин прямо-таки упали в обморок.
Я прижала кулак ко рту, когда слова песни полились на меня. Это была песня о любви и разбитом сердце. Предательстве и искуплении. Сожалении и прощении. Каждое слово разрывало меня на части, как и то, что Алекс вообще пел. Неважно, сколько я уговаривала или умоляла его в прошлом, это была единственная вещь, которую он отказывался делать.
До настоящего момента
Я поняла, почему он отказывался. Алекс не просто пел, он песня. С эмоциями, красотой, с такой искренностью, что у меня перехватило дыхание. Он обнажал свою душу с каждой нотой, и для человека, который считал свою душу безвозвратно проклятой, мысль о том, чтобы сделать это перед публикой, должна была быть невыносимой.
Алекс закончил под бурные аплодисменты. Его взгляд задержался на мне на одно долгое мгновение, прежде чем он исчез со сцены, а толпа разразилась возбужденной болтовней и вздохами.
Мои ноги двинулись раньше, чем я успела подумать, но я успела сделать только два шага, прежде чем Диана остановила меня.
— Ава, прежде чем ты уйдешь, я хочу тебя кое с кем познакомить, — сказала она. — Здесь редактор World Geographic, а они всегда ищут талантливых молодых фотографов.
— Хорошо. — Я огляделась, но нигде не увидела Алекса.
— Все в порядке? Ты выглядишь рассеянной. — Диана осмотрела меня с беспокойством. — Ты весь год говорила о World Geographic. Я думала, ты будешь более взволнованной.
— Да, я в порядке. Извините, я просто немного ошеломлена. — В обычной ситуации я бы просто обалдела от мысли о встрече с редактором World Geographic, журнала о путешествиях и культуре, известного своими потрясающими фотографиями и рассказами, но все, о чем я могла думать, это Алекс.
— Это было неплохое представление, да? — усмехнулась Диана, подводя меня к пожилому мужчине с сидыми волосами и густой бородой. Лоран Буше. Я сразу же узнала его. — Если бы я была на двадцать лет моложе…
Я заставила себя слабо рассмеяться.
— Не то чтобы это принесло бы много пользы. Он только на тебя и смотрел. — Она подмигнула мне.
К моему лицу прилил жар, и я пробормотала бессвязный ответ, прежде чем мы дошли до Лорана.
 
— Диана, рад видеть тебя снова. — Глубокий голос Лорана журчал с очаровательным французским акцентом, когда он поцеловал ее в воздухе. — Ты как всегда прекрасно выглядишь
— Ты всегда такой очаровательный. — Диана наклонила голову в мою сторону. — Лоран, я хочу познакомить тебя с Авой. Та самая девушка, о которой я тебе рассказывала.
— Ах, конечно. — Лоран обратил на меня свои пронзительные темные глаза. — Я говорил с Дианой о твоей выставке сегодня вечером. Ты очень талантлива, молода, и твои работы могли бы быть немного более утонченными, но у тебя необыкновенный потенциал.
— Спасибо, сэр. — после выступлением Алекса и похвалы от Лорана, чертова Буше, весь этот вечер был еще более фантастическим.
— Пожалуйста, зови меня Лоран.
Мы проболтали еще пятнадцать минут, в течение которых Диана отлучилась, чтобы поговорить с директором стипендии. В конце нашей беседы Лоран вручил мне свою визитку и сказал, чтобы я связалась с ним, если меня заинтересует работа внештатным сотрудником на младшую должность в World Geographic. Да. Я была в восторге от такой возможности, но не могла не вздохнуть с облегчением, когда Лоран отвлекся на другого знакомого.
Я поблагодарила его и ушла искать Алекса, но меня снова прервала группа товарищей, которые услышали, что я уже продал всю свою коллекцию, и хотели знать, кто покупатель. Я сказал им, что не знаю, что формально было правдой.
Это продолжалось весь вечер. Я заканчивала один разговор, а потом втягивалась в другой. Я была благодарна всем людям, которые хотели пообщаться и поздравить меня, но, черт возьми, Алекс был единственным человеком, с которым я хотела поговорить.
К концу вечера я ни разу не взглянула на него после его выступления. У меня болели ноги, щеки саднило от постоянных улыбок, а желудок урчал от отсутствия еды. Я всегда слишком нервничала, чтобы есть на мероприятиях.
Гости уходили, пока в галерее не осталось всего несколько человек, включая команду уборщиков.
Я не могла поверить, что Алекс уйдет, не сказав ни слова, после того, что он сделал, но отрицать это было невозможно — его здесь не было.
— Привет, Ава.
Я вздрогнула, но разочарование накрыло меня через секунду, когда я увидела, кто говорит.
— Привет, Джек. — Я прикрепила еще одну улыбку на свое лицо. — Я думала, ты уехал.
— Неа. Похоже, я такой же бродяга, как и ты. — Его голубые глаза сверкнули. — Не хочешь перекусить? Я не мог ничего есть всю ночь. Нервы, — объяснил он.
— Понимаю.
— Нервы? Да ладно, ты продал всю свою коллекцию. Это невероятно! Неслыханно в истории WFP — Джек обнял меня. — Мы должны отпраздновать это. Может, устроим нормальный ужин и выпьем? Не обязательно сегодня, если ты слишком устала, — добавил он.
Я моргнула, уверенная, что неправильно поняла его тон.
— Ты… приглашаешь меня на свидание?
За последний год Джек стал моим хорошим другом, и мне нравилось проводить с ним время. Он не был непривлекательным, с его длинными светлыми волосами, австралийским акцентом и энергетикой неизбалованного солнцем серфингиста. Но когда я смотрела на него, мой желудок не сжимался, а сердце не билось в такт.
Только один человек в мире мог вызвать у меня такие чувства, и его здесь не было.
Джек покраснел.
— Да. — Он ослепительно улыбнулся. — Я давно хотел пригласить тебя на свидание, но не хотел создавать неловкость во время стипендии. Раз уж программа закончилась, я подумал, почему бы и нет? Ты красивая, веселая, талантливая, и мы хорошо ладим. — Он сделал паузу. — Я думаю.
— Мы ладим. — Я положила руку на его руку. — Ты один из моих самых близких друзей здесь, и я так рада, что встретила тебя. Ты отличный парень…
— Ой. — Джек поморщился. — Мне кажется, что это не очень хорошо, когда используется в данном контексте.
Я рассмеялась.
— Нет, поверь мне, это хорошо. Ты милый, забавный и талантливый, и любая девушка будет счастлива встречаться с тобой.