Боксер 4: Назад в СССР
– Спасибо, – искренне поблагодарил я.
– Да спасибо-то спасибо, – сказал Григорий Семенович. – Только ведь ни хрена же хорошего нет, Мишка! Пропадешь ведь!
– Почему пропаду? – не понял я.
Григорий Семенович вздохнул, задумчиво посмотрел куда-то вдаль, вспоминая что-то очень далекое, и объяснил:
– Когда-то очень давно, когда мне было немногим больше лет, чем тебе сейчас, втюрился я в одну девчонку. Я тогда был надеждой клуба, мне все прочили большое будущее, чуть ли не олимпийское чемпионство. Всегда и везде показывал лучшие результаты, все знали: если какое-то ответственное соревнования – туда только Гришку! Ну вот. А девица та была, как бы тебе так помягче сказать… ну, непутевая. В какой семье она выросла – это от нее, конечно, не зависела, тут она не виновата. Но вот как она себя вела уже в сознательном возрасте… Бесконечные пьянки, гулянки, парней перебирала как перчатки, чуть ли не с уголовниками ее видели время от времени…
Я, кажется, начинал понимать, к чему клонит тренер.
– Мне говорили, конечно, что-то типа «Зачем ты с ней связываешься, к добру не приведет» и так далее. Мало ли, мол, хороших девчонок, да еще с твоими данными – выбирай любую, – продолжал Григорий Семенович. – А мне, знаешь, как будто глаза пеленой закрыло – никого не вижу, кроме нее, и все! Ну, в общем, она тогда тоже вроде как мной увлеклась и предложила – а поедем в Крым отдыхать! Дикарями! Природа, мы только с ней вдвоем – романтика! А у нас в этот момент как раз сборы были запланированы.
– И что же вы решили? – не выдержал я.
– Что, что… – тренер снова посмотрел куда-то вдаль. – Плюнул я на эти сборы и поехал с ней! Я ведь как думал: раз я такой талантливый и натренированный, то все пропущенное быстро наверстаю. Тем более нас и не было-то дней десять – не месяц же и не год. Сборы и тренировки постоянно, уже со счету сбился, а такая сильная любовь, как мне тогда казалось, бывает раз в жизни.
– И чем все закончилось? – нетерпеливо спросил я. По его описанию своей возлюбленной я понял, что в случае со мной он имеет в виду все-таки Ленку, а не Аллу, и испытал некоторое облегчение. С Ленкой-то я и сам завязывать собирался, а вот подставлять Аллу мне было бы неприятно.
– Закончилось все тем, – назидательно произнес Григорий Семенович, – что я с треском провалил первенство СССР! Потому что вместо сборов и тренировок я там, кгхм… в общем, другой физической активностью занимался все десять дней. Да плюс питались мы с ней там кое-как, да плюс знаменитые крымские вина… В общем, уезжал крепкий спортсмен, а вернулся расплавленный пластилин, которому нужно было долго восстанавливаться. А времени не было. Ну и все. А мог бы стать чемпионом, кто знает.
Тренер внимательно посмотрел мне в глаза и добавил:
– Завязывал бы ты с этой… – он сжал губы, как будто сдерживаясь, чтобы не выругаться, – она девка непутевая. Нет, конечно, это твое дело, но к чему приводят такие истории, я тебе рассказал. И учти: в следующий раз я тебя отмазывать уже не буду!
– Хорошо, Григорий Семенович, – тихо произнес я. – Я подумаю на тем, что вы мне рассказали.
– Ты давай, думальщик, – тренер подтолкнул меня ко входу, – беги спать ложись уже. Завтра будет важный день, надо выспаться. Ну хотя бы постараться, насколько это возможно, – добавил он, взглянув на часы.
– А какой важный день? – спросил я.
– Завтра узнаешь, – махнул рукой Григорий Семенович.
Как я разделся, лег и вырубился – хоть убей, не помню. Все-таки одно из главных достоинств молодого возраста – это способность засыпать мгновенно и в любых обстоятельствах.
Утренняя тренировка началась со взвешивания. К моему удивлению, весы показали цифру в 63,5 килограмма. Это было на несколько килограмм больше, чем в день моего приезда в Москву. Хм.
Еще одно удивление было вызвано тем, что о моей пропаже не было сказано ни единого слова. Я-то, честно говоря, насмотревшись на то, как обсуждают Бабушкина и еще парочку таких же персонажей, рассчитывал, что тренировка начнется с оргвопросов. Ну то есть с обсуждения моих художеств. Однако все шло, как обычно. Правда, расслабляться было рано – слишком уж странным было такое умалчивание. Скорее всего, разговор все равно состоится, и не исключено, что публичный. Просто его решили отложить на попозже.
После занесения результатов взвешивания в журнал нас разделили по весовым категориям. В каждой из них оказалось по несколько человек.
– Значит, так, братцы-кролики, – объявил Антон Сергеевич. – Скоро у нас состоятся соревнования. И ближайшая неделя будет посвящена выбору кандидатов, которые будут представлять «Динамо». От каждой весовой категории, как вы понимаете, будет отобрано по одному человеку.
Все взволнованно переглянулись.
– Будем учитывать все, – продолжал тренер. – Режим, отношение к тренировкам, функциональную готовность – и, разумеется, результаты спаррингов. За каждый из них будет выставляться оценочный балл от пяти до двух. Так что сразу говорю – попахать придется.
«Вот это я понимаю, важный день!» – подумал я. «Правильно я сделал, что у Аллы не остался. Сейчас бы приполз сюда, как вареная медуза».
– Откладывать в долгий ящик не будем, – продолжал вещать Антон Сергеевич. – Сегодня мы с вами проведем один любопытный тест, который пришел к нам из-за бугра. Капитализм, конечно, капитализмом, но вот в спорте кое-что хорошее у них позаимствовать можно. Так вот! Тест называется «Тест Купера» – это такой американский доктор, который придумал проверку для тамошней армии.
По рядам динамовцев пронесся понимающий гул. Для армии – значит, все действительно серьезно!
– А что конкретно проверять-то будете? – спросил кто-то.
– Это – тест на вашу выносливость, – объяснил тренер, – И заключается он в следующем. Вам будет необходимо выполнить четыре повтора комплекса упражнений. Это: десять отжиманий в упоре лежа, десять подносов ног к рукам (что-то вроде «лягушки»), десять складываний на пресс (поднятий ноги и туловища одновременно) и десять подпрыгиваний со сменой ног, касаясь коленом земли. Кто сумеет уложиться в три минуты – тот молодец и получит пять баллов. Три с половиной минуты, соответственно, будут оценены в четыре балла, четыре минуты – это три балла, ну а больше минут – понятное дело, двойка. Всем все ясно?
Глава 3
Вообще-то тест Купера – это серьезно. В том смысле, что это отличная проверка: сразу видно, кто занимался и следил за своей формой, а кто дурака валял. Потому что для человека, который не пропускает тренировок, в прохождении этого теста нет ничего сложного. Нагрузка, конечно – но ведь это дело привычное. А вот для того, кто в зале руководствовался принципом «Да ладно, как-нибудь потом» тест Купера – практически гарантия отсева.
Хоть я и не отлынивал от тренировок, но все равно волновался. Во-первых, за последнее время я все-таки несколько раз нарушил режим – как минимум, сна. А это все же сказывается на выносливости, как ты ни хорохорься. А во-вторых, это в своем прежнем теле я был уверен, хорошо зная все его особенности и тонкости. А здесь, в новом… в конце концов, оно ещё было не так тренировано, как прежнее. Сколько я здесь занимаюсь боксом – несколько месяцев? Так это, по большому счету, самое начало. И хотя тренеры меня хвалят, но есть объективные факторы, против которых не попрешь.
Но делать было нечего – все равно мне придется проходить это испытание на общих основаниях со всеми остальными. Тренерский свисток обозначил старт теста. Выполнять его нужно было по очереди – по одному, чтобы можно было рассмотреть все детали работы каждого из воспитанников и не проморгать показания секундомера.
– Ну че пацаны, начали! Лев, первый на исходную, – следом раздался свисток тренера.
Лева, делая взмахи руками, вышел на середину зала.
– Пошел! – палец тренера запустил секундомер.
Я в очереди оказался четвертым. Наблюдая, как другие выполняют упражнения теста, я, как мне казалось, и сам наполнялся силой и уверенностью для своего выступления. Тем более, что пацаны делали все довольно уверенно и в целом укладывались в норматив. И это при том, что я не видел, чтобы кто-то из них отдельно работал конкретно над этими упражнениями. А значит, традиционной повседневной подготовки достаточно, чтобы справиться и с тестом Купера.