(Не)добрый молодец: Зимогор (СИ)

— Ща он его пощекочет, как гадюка жабу, — выразил общее мнение наблюдающих за происходящим Миклуха.
Ему ответил Сидор.
— Да как только очнулся, сразу к нему и бросился, теперь будет доить, пока всего досуха не выдоит. Чай, у разбойничков денег немало попрятано. А лыцарь благородный, своего в жизнь не упустит.
— Оно ты верно гуторишь, Сидор, — подошёл Афанасий, — да только если бы не литвин, всем нам тут лежать, червей лесных кормить, а то и после смерти подобно бесам по земле шататься. И швали этой хранцузской тоже вместе с нами бродить. Бесам-то всё едино: лыцарем ты живым состоял али крестьянином простым.
— То верно, — вмешался в разговор один из рыжих братьев, то ли Елисей, то ли Тимофей, — надо басурманину и сказать о том.
— Вот иди и скажи, — усмехнулся красавчик Семён.
— А чегой-то я, вот литвин нас спас, пусть и спрашивает, а у нас и так беда.
— Какая беда? — насторожился Афанасий.
— Лошадь ноги переломала.
— Вот же, гадство! И ездовая убёгла незнамо куда!
— Найдём, тут бежать ей некуда, лес непролазный кругом. Что молчишь, литвин?
Вадим поднял голову, посмотрел на окруживших его людей.
— А что сказать? Да, если бы не я, нас всех ограбили и убили, и вы это поняли раньше меня, но разве у любого из нас мог быть другой выход? Тут либо все, как один, либо никак.
— Хорошо сказал, паря, быть тебе командиром, а не холопом, помяни моё слово, — всерьёз сказал Афанасий. — А сейчас подождём, что нам скажет хранцуз, — и все разом повернулись в сторону шевалье.
Шевалье де Рюзак, не обращая внимания на охрану, допрашивал Соловья, время от времени тыкая ему в лицо кинжалом. Он первый раз в жизни встречал такого интересного субъекта. Жаль, что нельзя сейчас воспользоваться своими знаниями в некромантии и обратить пленника в беса. А такой кадр пропадает! Ммм.
Хотя, стоит его оставить в живых и привезти в Москву, в качестве редкой диковинки, ну и заодно награду заработать, или спокойно и в своё удовольствие заняться этим человеческим монстром от самой природы. Весьма заманчиво!
Разбойник, по прозвищу Соловей, пытался юлить и изворачиваться, но с шевалье такой номер не прошёл. Немножко пыток, угрозы и внушения и вот, захлёбываясь собственной кровью, Соловей-разбойник рассказывает, где и что он припрятал на чёрный день, который для него уже наступил.
Денег у пленника оказалось не очень много, но шевалье был рад любому грошу, будет, чем вознаградить свою охрану, заслужили. Но не только деньгами он смог разжиться, а ещё и вещами, найденными у разбойников. Несколько украшений из золота висели на волосатой, как у обезьяны, груди Соловья, три перстня на пальцах, да ещё отличной выделки кольчуга. Отобрав и то, и другое, шевалье пнул пленника к телеге и отдал приказ его связать.
— Убить его надо, боярин! — выразил своё мнение Афанасий, как старший охраны.
— Убить всегда успеем, пора ехать, а на отдыхе выдам награду каждому.
— То хорошо, но лошадь пала, а ваша сбёгла!
Де Рюзак нахмурился и громко принялся звать по кличке свою лошадь. Как ни странно, но вскоре послышалось ржание, и в лесу показалась его верховая лошадь. А вот ездовую предстояло убить, и решить, тащить ли телегу с вещами за собой или бросить её. Лошадей в округе сейчас просто не найти, и де Рюзак это прекрасно понимал. Что же, придётся ещё больше замедлиться, да ему и не к спеху.
— Трупы сжечь. Лошадь убить, телегу тащить за собою.
Поворчав, все стали выполнять приказ шевалье, и через час отряд вновь продолжил путь. Правда, уйти смогли недалеко и вскоре встали на днёвку, больно телега тяжела оказалась, а Соловья ещё и охранять надо. К тому же шевалье задумал проверить временное обиталище разбойников и порыскать в поисках чего-нибудь ценного. Туда он вскоре и отправился.
  
Глава 19
 
У гнезда Соловья
 
Вадим смотрел на поверженного противника и думал, что зря отдал всё на откуп этому шевалье. Кто он для него? Да никто, в общем-то! Вадим практически чудом смог предотвратить гибель всего отряда, а в ответ услышал пока только обещание награды. Да, они взяли в бою два арбалета, которые достались сразу рыжим братьям, усилив огневую мощь отряда. А ещё, обчистив карманы разбойников, разжились мелкой монетой. Собственно, на этом всё.
 
Самые ценные трофеи забрал Рюзак, ограбив главаря шайки. Сейчас этот избитый и изрезанный пузан лежал плашмя на телеге и зыркал кругом своими буркалами. Белозёрцев поморщился, как всё задолбало уже здесь! Постоянно приходится спасать жизнь, вытаскивая самого себя из приключений за волосы, как в баснях про Мюнхаузена.
«Когда же я смогу отсюда вернуться домой, и как это сделать, блин⁈» — ломал он себе голову. Вадим в этом мире уже успел столкнуться и с нежитью, и фактически с чёрной магией, а поэтому считал, что здесь можно ожидать всего чего угодно, и даже больше. Нужно найти настоящего мага и попросить его о помощи или отыскать какой-нибудь нужный артефакт.
Эх, и почему он не спросил о том старуху-ведьму⁈ Всё бежал куда-то, неизвестно зачем. А надо было всё у неё хорошо разузнать и выведать, да и с Велесом пообщаться. Правда, сложившиеся обстоятельства особо не располагали к тому, пришлось банально делать ноги, не до разговоров оказалось.
«А ещё ведь есть волшебные артефакты! — вдруг вспомнил Вадим. — Да, найти бы такой и, быть может, с его помощью он сможет вернуться домой или хотя бы попытается так сделать. А какие вообще есть?»
На память сразу стали приходить всякие предметы из разных игр. Откидывая откровенный бред вроде талисманов жизни или костяной брони, Вадим стал вспоминать, что имело место из этого в русских сказках.
В памяти медленно стали всплывать полузабытые слова из детства: волшебная палочка, сапоги-скороходы, меч-кладенец, скатерть-самобранка, гусли-самогуды, волшебный клубочек, ковёр-самолёт, шапка-невидимка, перо Жар-птицы, живая вода, мёртвая вода, наливное яблочко и волшебное блюдечко, цветик-семицветик, волшебный горшочек, метла и ступа, молодильные яблоки, волшебные книги заклинаний. Список оказался весьма приличным.
Есть ли что-то из перечисленного в этом мире? Загадка! Да и вообще, как эти вещи смогут ему помочь перенестись в свой прежний мир⁈ Он совсем не знает Смутного времени, и ему просто необходимы знания, а у кого их можно взять? Взгляд Вадима упал на фламберг.
Потянув меч из ножен, он стал внимательно рассматривать волнистое, отблёскивающее антрацитовым блеском острое лезвие. Чем не меч-кладенец? Да ещё ведьма его обработала чем-то, усилив свойства оружия.
Также имеется клыч, можно использовать все вместе, да только он не двурукий воин из сказочных мифов, и до Ведьмака ему далеко. От этой мысли Вадим горько усмехнулся. Пока ему удаётся рубить своим оружием только медлительных мертвяков или бестолковых бесов, уже не людей, но ещё и не сверхсуществ. Хреновый из него пока воин, благо хоть стрелять умеет хорошо. Да то заслуга не этого мира, а прошлого. Белозёрцев снова вздохнул: «Что же делать?» Ответа, как водится, не получил, просто не знал его.
Наконец они остановились на отдых. Шевалье говорил по-русски с большим трудом, коверкая слова, как придётся, но приказы, как ни странно, отдавал кратко и понятно. Иногда, правда, он сбивался то на французский, то на немецкий, но это не мешало пониманию его распоряжений. Вот и сейчас он прорычал что-то по-немецки: «Ком цу мир!», — и махнул рукой, подзывая Вадима.
Белозёрцев как раз принялся чистить пищаль и здорово удивился. С чего бы это? Бросив ружьё, он поднялся и, придерживая ножны с фламбергом у левого бедра, подошёл к французу.
Тот молча глядел на него, Вадим тоже не желал болтать попусту.
— Молодец! — выдал француз после того, как внимательно рассмотрел Вадима. — Помог мне победить свистуна.
Белозёрцев удивился похвале, но ничего не сказал. Не дождавшись ответа, француз стал говорить, коверкая русские слова, разбавляя их французскими и немецкими. Вадим понимал сказанное скорее интуитивно, не зная значения произносимых шевалье слов.