Принц для Агаты (СИ)

— Я думал, только у меня это все вызывает скуку, думал, это я какой-то ненормальный, не могу расслабляться. — Сказал Надир тихо и отхлебнул из стакана обжигающе-холодный коктейль. — Ты хочешь вернуться в Москву пораньше?
Агата, усмехнувшись, отрицательно замотала головой:
— Нетушки, поскучаем еще недельку и вернемся, как планировали…
У Надира в Подмосковье полным ходом шло строительство «ранчо». На нескольких гектарах земли должны были разместиться особняк, козья ферма и конюшни для лошадей. Все это тянуло Надира в Россию со страшной силой. И хотя за всем этим хозяйством приглядывал Хасан, ему не терпелось самому командовать делами на стройке.
— Хорошо, поскучаем, если хочешь, — хмыкнул Надир, понимая, что жене, несмотря ни на что нравится праздная жизнь в Дубае. Кому бы она не понравилась? — В конце концов мы заслужили этот рай. Хочется устроить нечто подобное на нашей земле…
— Ну не знаю, получится ли. В раю по представлениям многих вечное лето, — Агата прижалась к нему сильнее, обняла за талию и задумчиво положила подбородок ему на плечо. — А Россия страна с суровым климатом…
— И с суровыми нравами, — кивнул Надир. — Знаю, знаю, тем интереснее на ней строить нечто хорошее… Когда-то и этого всего не было, этого берега, этого города.
Настрой мужа нравился Агате. Для себя она решила, что будет во всем его поддерживать, если он позволит, вернется на работу в фирму Соколова… Вот этого он ей точно не позволит! Тогда она полностью посвятит себя Надиру и малышу Фадху, который спал с соседней комнате под присмотром няни. Это, конечно, не совсем в ее характере…
В номер постучали. Агата, отойдя от Надира, скрылась в спальне, не желая, чтобы посторонние видели ее полупрозрачном, тонком как паутинка белье. С разрешения Надира в номер вошел администратор и сообщил:
— Господин Аль-Амин, в холле вас ждет ваш отец! — слова эти были сказаны таким тоном, словно администратор упрекал высокого гостя за то, что он до сих пор не смог наладить отношения с отцом. — Он просил вас спуститься к нему…
Надир уже летел к лифту, успев крикнуть Агате радостно:
— Одевайся! Отец приехал! Даю тебе три минуты!
Через три минуты Агата, уже одетая в легкое светлое платье с арабским орнаментом и украшениями, вышла из стеклянного лифта в огромный прохладный холл с мраморным полом и громоздкими искрящимися люстрами на высоких потолках.
Нетерпеливо оглядев пространство холла, она увидела небольшую группу людей, среди них был шейх Сулейман и Надир. Робкими семенящими шажками она пошла к ним. Достойно встретить свекра было делом чести. На свадьбу его пригласили вместе с Мораимой, но в ответ получили молчание. И вот, кажется, шейх-отец решился на примирение, чему Агата была рада до дрожи.
— Добро пожаловать, дорогой отец! — произнесла Агата, когда мужчины, заметив ее, прервали напряженный разговор. Надир быстро перевел ее слова. Она задыхалась от волнения. — Мы очень рады!
Из-за широкой спины шейха Сулеймана несмело выглянула Мораима. Агата узнала ее по большим глазам, испуганным и радостным одновременно. Значит, жену с собой шейх-отец тоже прихватил на свадьбу сына.
Мораима начала что-то растроганно лепетать, в глазах ее блеснули слезы, и наконец, выйдя из-за спины мужа, она раскрыла сыну объятия. Она еще не видела его, поэтому не верила, что он встал на ноги без ее ухода и ласки, заботами этой молодой рыжей женщины.
Когда отец знаком дал сыну понять, что он может не стесняясь обнять мать, Надир нежно прижал мать к груди.
— Мы рады видеть вас, дорогая мама! — сказала Агата. За ней эти слова, только по-арабски повторил Надир. — Мы скучали, и не надеялись вас увидеть на нашем празднике…
Все пошли через светлый мраморный холл к лифту. Отец и сыном шли впереди, как полагалось, и о чем-то серьезно беседовали. Женщины шли молча, осторожно поглядывая друг на друга.
Обоим не терпелось удовлетворить свое любопытство: о чем говорят мужчины, найдут ли они общий язык?
Вдруг из распахнувшегося лифта им навстречу вышла Инна в обнимку с той самой звездой, судя по виляющей походке, они перебрали виски. За ними чинно следовал Марух, тоже слегка под шафе. Заметив шейха Аль-Амина, он театрально приложил руку к груди, и под возмущенные взгляды шейха, его жены и охраны, спешно подтолкнул подвыпивших женщин в другую сторону.
 
— Это что за непотребство, сын? — буркнул шейх-отец, провожая пьяную компанию глазами навыкате. — Чем вы тут занимаетесь? Кто эти женщины? Я так и знал, вечерники в Дубае до добра не доводят. Посмотри на этих…
— Отец, это наши гостьи. Они не мусульманки и могут немного выпить за наше здоровье, — напрягся Надир и выдохнул. — Они идут отдыхать, а вечером улетят домой, тебе они не помешают… — Он растерянно обернулся на Агату.
Та, прикрыв рот ладонью, давилась от смеха.
Мораима первой вошла в лифт, не желая видеть этого безобразия. она слышала о дубайских вечеринках много плохого, но не думала, что на «свадьбе» ее сына произойдет нечто подобное. Да и смешок снохи в ладошку смутили ее, — вот они современные женщины, ничего не боятся.
— Папа! Предлагаю пойти в зал, там нас ждут гости, — предложил Надир, нервничая. Он бросал на жену недовольные взгляды, ведь это она пригласила на вечеринку Инну, которая сама напилась и напоила «звезду». — Там скоро будет торт и фотографирование…
И то верно, сгладить ситуацию могло семейное фото, но шейх-отец был настроен серьезно:
— Мне сказали, что ты собрался строиться в России, — заговорил он еще в лифте. А когда они вышли и пошли по коридору к своим номерам, он продолжил. — Это принесет Аль-Аминам прибыль или это твоя мальчишеская игра в землевладельца?
Под шорох шагов и взволнованное женское дыхание Надир ответил, при этом упрямо замедлив шаг:
— Отец, строительство уже началось. Я строю дом для своей семьи. хочу развести животных. Это не нефть и не газ, это земля, на ней нужно работать, желательно своими руками. Мне нравится, что на земле будет нечто такое, что потом я передам своим детям…
Отец выслушал сына со вниманием и удовольствием. Весь в деда пошел, неалчный, трудолюбивый, немного наивный парень. Однако шейх-отец не собирался смягчать свою позицию по поводу пьяных женщин на празднике.
— Где мой внук? Я желаю его видеть! — порывисто оторвался он и пошел вперед шейх Сулейман. — Мне надоело слушать нытье твоей матери о том, как она по нему скучает…
ДВА ГОДА СПУСТЯ.
— Пожалуйста, острожней, Надир! — и смеялась и беспокоилась Агата, шедшая сбоку высокой и жилистой, лоснящейся лошади. В седле покачивались Надир в Фадх. — Он же маленький, поддерживай его, слышишь?
Но отец с сыном не слушали ее. Зато на Агату косилась породистая черная кобыла по кличке Цыганка. От нее пахло теплым потом и кожаным седлом. Жила Цыганка в комфортабельной конюшне вместе с пятью такими же, как она красавицами и одним красавцем по кличке Султан. Косилась Цыганка на рыжую женщину, следовавшую за ней с задранным кверху лицом, и покровительственно похрапывала, мол, не бойся, я понимаю, что у меня на спине твой малыш.
Малыш тем временем весь сиял от радости, смотреть на маму сверху очень даже забавно. Сидеть в седле для него было новой игрой, совершенно новой, а отец, давший ему в руки поводья, не играл с женой, он решил, что пришло время брать на себя воспитание сына.
— Пусть привыкает, он же мужчина, наследник всей округи! Ему положено быть на коне, — говорил Надир и глядел на жену сверху, ласково улыбаясь. — У тебя скоро будет другая забота. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы назвать ее в честь моей бабушки Анет?
 
— Конечно я не против. Сама хотела тебе это предложить, — ответила Агата. Ее обеспокоенное лицо озарила теплая смущенная улыбка. — И все-таки, будь осторожней. Фадх, держись крепче ручками…
Продолжая идти за лошадью, Агата погладила руками свой округлый живот. Да, до рождения дочери оставалось около месяца. Вокруг была скромная и красивая природа средней полосы, — зеленые поля и луга, шелестящие листвой рощи. Поместье росло. Вот уже и достроен особняк во французском стиле, рядом раскинулся парк с молодыми деревцами.