Принц для Агаты (СИ)
Агата сразу поняла о ком идет речь. Брать подарки от незнакомца, да еще такого одиозного, ей еще не приходилось, поэтому она лишь любопытно приподняла брови и глянула на мешочек издали.
— Вы же понимаете, что я не могу принять от этого господина ничего, — сказала Агата, не вставая с дивана, на котором сидела в напряженной позе. Она тяжело дышала и гладила живот ладонями — Да кто он вообще такой, что смеет угрожать вам?
— Он поставляет в королевский дворец все, от гаджетов до презервативов, а может что и похлеще! — Фарида небрежно бросила подарок Маруха на столик, не желая больше держать его у себя. — Он обязательно спросит, взяли ли вы его подношение. Мне ответить, что вы отказались и вернуть ему это? Я не могу, он сказал, что постарается насолить моему мужу…
Агата кивнула, отводя взгляд от мешочка, который словно бы стал для нее центром притяжения. Она не знала что там, — серьги, кулон, может быть перстень, — она знала, этот Марух провоцирует конфликт, причем, острый и оскорбительный для Надира.
— Помните, Агата, мы с вами шутили о восточных поглядушках? — заговорила Фарида после тяжелой паузы. — Здесь с этим строго, да, но мужчины находят способы флиртовать или даже залезать в постели к чужим женам. Будьте острожнее, прошу вас! Не давайте ни малейшего повода…
— Фарида, я все понимаю, и не собираюсь принимать ухаживания этого господина, — прервала ее Агата резко. — Но согласитесь, здоровая молодая женщина, сидящая взаперти, бомба замедленного действия. А если муж не ночует дома, неважно, работает он или отдыхает при этом. Что остается делать женщине? Искать приключения на свою бедную голову. Думаю, нам с Надиром пора возвращаться в Россию, там все проще и понятнее…
— Надир опять не ночевал дома, — догадалась женщина.
— Он как с цепи сорвался. Высадил меня у дома и укатил в неизвестном направлении. В России он был другим человеком, хотя демократичным его назвать тоже было нельзя. — Агата вздохнула и пожала плечами. — В России я знала примерно что делать, здесь любое моё действие, как шаг в темноте…
— Что делать с подарком? — тревожно спросила Фарида. — Мы не можем оставить его здесь. В мусорку тоже не выкинешь, там дорогое украшение. Прислуга найдет и засуетится…
— Выбросим его, утопим, закопаем. Мне все равно! — решительно мотнула головой Агата, встав, и, выходя из гостиной на веранду, бросила. — Вы его принесли, вы его и утилизируйте. Я пальцем к нему не притронусь…
14.2
Марух не обратил особого внимания на оскорбление Надира, как и Агата, посчитал его снобом. Слова не повод для открытой войны, — драки, разборки, гримасы обиды не для такого человека, как Марух. В этом сам Марух был уверен на все сто. Ему больше нравились интриги, игры втемную. Попавшая в клетку Аль-Аминов русская женщина, была для него желанной диковинкой, нечто вроде белой верблюдицы, и он задался целью приручить ее.
Начал с того, что напросился в дом Аль-Аминов в качестве сопроводителя своей сестры. Она дружила с сестрами Надира, и ехала проведать их, выпить кофе и поболтать, пока муж качал нефть.
— Зачем тебя идти туда, где тебя не ждут, брат? — спросила его сестра по дороге. — Ты даже не знаешь, будет ли там эта… русская. К тому же она беременна, фу, странные у тебя вкусы.
— У меня верные осведомители, — усмехнулся Марух. Ему нравилось водить машину, вцепиться в руль крепкими руками и нестись по дороге без правил и страха, поэтому вместо водителя за рулем белого лимузина сидел он. — Она гостит у свекрови перед отъездом в Россию. Я хороший ловец, Лейла! Беременность говорит о том, что женщина здорова, и что муж потерял к ней интерес на это время. А потом она потеряет интерес к нему…
— Нет сомнений, братец, у меня с моим мужем так и случилось — Лейла тоже усмехнулась. И брат, и сестра не боялись показывать свое богатство и коварство. — Зачем она тебе? В королевстве нет женщины, которая бы не хотела тебя, а ты хочешь непонятно кого…
— Именно поэтому я ее и хочу. Мы оба из низов, и мне понятны ее чувства, — сказал мужчина. — Я читал о ней в Сети. Надир вытащил ее из плохой истории. Но, думаю, она непрочь попасть еще в одну… Это жизнь, Лейла, и она должна иногда приносить удовольствие…
— Смотри, Марух, Надир молод и горяч. В прошлый раз он высказал все, что о тебе думает, — напомнила красивая Лейла, не надеясь, что брат ее послушает. — Дразнить старых шейхов одно, а играть на нервах у мужчины, который может тебе ответить, другое…
Марух промолчал. От него пахло табаком и морем, — эксклюзивный аромат «Горячий моряк». Он выкупался в прохладной ванне, побрил грудь и подмышками, надел европейский костюм, смазал волосы на голове гелем. Перед ним стелилась городская дорога, расступались респектабельные кварталы, и предзакатное солнце раскрывало ему свои объятия, как закадычному приятелю, безжалостно прожигающему жизнь.
На вилле Аль-Аминов его не ждали, тут Лейла не ошиблась, но не прогнали. Слишком значительная персона. Дальше общей гостиной его не пустили. Он осмотрелся. Обстановка показалась ему вычурной и банальной, в его доме преобладал скандинавский стиль, прохладный и добротный, сбивающий вечную жару.
— Хозяина нет дома, господин Акиф, и неизвестно когда он вернется. — В гостиную вошел управляющий Мансур, муж Фариды и тот самый осведомитель. — Чем я могу быть вам полезен?
— А сын хозяина дома? — Гость, стоящий лицом к окну, обернулся. Его костюм и волосы отливали одним и тем же лоском. — Я привез сестру к госпоже Мораиме, но не откажусь от возможности полюбоваться женским обществом…
Мансур вздрогнул, словно его слегка ударило током, и током этим была невиданная дерзость гостя, он обреченно ответил:
— У меня нет ключа от комнаты смежной с женской половиной, господин Акиф… Надир сегодня дома весь день, они с женой уезжают на днях…
— Дома? Тем лучше, — вскинулся Марух возбужденно. Лицо его прорезала недобрая улыбка. — Проучим Надира. Мне не нужен ключ, мне достаточно знать из какого окна на женской половины…
В гостиной госпожи Мораимы было светло и весело. Женское собрание вело беседы на разные темы и угощалось свежайшими морепродуктами. Тон вечеру задавали две русские женщины, Зейнаб и Айша, жена одного из партнеров Аль-Аминов. Обе стояли у открытого окна, ловили порывы вечернего ветерка, жалели, что не познакомились раньше.
— Мой муж Закир тоже не жалует Маруха Акифа, — рассказала она по пути в гостиную. — Так что твоего мужа никто не осуждает за его выпад, по крайней мере, я не слышала, а у меня большие уши!
За женщинами шагал личный охранник Агаты, угрюмый араб Мухаммад. Но стоило женщинам дойти до дверей, ведущих в жкнскую половину дома, он встал, как вкопанный. Женщины в ярких шелках, сдернув с лиц вуали, сидели в больших креслах. Стены гостиной были задрапированы светло-золотистым шелком, из окон были видны прохладный сад и бассейн.
— Тебе нравится Саудовская Аравия? — спросила Айша Агату.
— Если бы не привычка арабов закрывать женщинам лица и рты, то эта страна была раем, — улыбнулась она, косясь на мелькнувшую за окном тень.
— Знаешь, женщин здесь уважают больше, чем в России, от нас требуют выполнения женских обязанностей, и никогда не заставят брать на свои плечи непосильный груз ответственности за все. Поверь мне, — сказала Айша с ответной улыбкой, — арабы хорошие мужья и отцы…
— У тебя есть дети? — спросила Агата, быстро переводя взгляд с Айши на окно. Теперь она слегка отдернула занавеску, чтобы убедиться, что за окном никого нет. — Там, кажется, кто-то ходит… У бассейна.
— Прислуга, больше некому, — ответила ее собеседница. — У меня три дочери. Муж мой не оставит меня в покое, пока я не рожу ему сыновей.
— Это мужчина, Айша, точно, посмотри — шепнула Агата, отпустив занавеску, но приблизив к ней лицо. — Что он здесь делает?
Глава 15
В этот момент в гостиную, шурша черными шелковыми одеждами, вошла хозяйка. Лицо ее было открыто, и Агата увидела на нем абсолютное блаженство, она была счастлива, потому что Надир с женой помирились и сообщили, что назовут сына именем короля. Ситуация с Марухом не вышла за пределы поля для гольфа, это давало надежду на то, что Надир с Марухом не станут задирать друг в друга в дальнейшем. Да и скорый отъезд сына в Россию сводил неприятный инцидент к нулю.