Беркутов-Туманный (СИ)

— Неа! — уверенно ответили напарницы, а Дайна сварливо добавила:
— Почти уверена, что она жаждет похвастаться либо чуть помолодевшим лицом, либо успехами твоих девиц, либо обретением первой венценосной пациентки…
Я едва заметно кивнул в знак того, что БИУС услышан, поцеловал Олю и Свету еще по разу и повел рукой, предлагая располагаться поудобнее. Ага, так меня и послушались: вместо того, чтобы упасть в ближайшие кресла, девчата отняли у нас с Ирой портпледы и утащили к себе. А обратно вернулись вместе с настоящей хозяйкой кабинета и изобразили девочек-припевочек. Но номер не прошел: целительница их все равно вложила. Сразу после того, как поздоровалась и ответила на мой комплимент ее преобразившейся внешности:
— Игнат Данилович, то, что я начинаю молодеть, нисколько не удивляет. В отличие от того, что творят ваши напарницы…
— Хулиганят? — весело полюбопытствовал я, заметив в ее глазах искорки смеха.
— Если бы… — притворно вздохнула она. — Они игнорируют все законы целительской магии! К примеру, вчера в упор не замечали защитные покровы даже тех Новиков, Дружинников, Ратников и Воинов, которые загнали эти умения в фоновый режим.
— Это плохо? — спросил я, «заранее ужаснувшись».
— Нет, это прекрасно. Так как позволяет проводить диагностику и вешать обезболивание даже на пациентов, пребывающих без сознания, не тратя время на продавливание мешающей защиты. Но и я, и абсолютно все мои знакомые целители ее продавливаем идеально выверенными атакующими умениями. А этой парочке покровы, видите ли, совершенно не мешают!!!
— Так мне их ругать или хвалить?
На этот вопрос Ксения Станиславовна ответила серьезнее некуда:
— В идеале сначала как следует отшлепать за демонстрацию настолько сумасшедших возможностей тому, кто в теме, а затем как следует похвалить. За выдающийся прорыв в магии.
Я понимал, что без особо веских причин девчата бы ей этот «прорыв» не показали, поэтому дурашливо поинтересовался, что они могут сказать в свое оправдание.
— Тебе честно, или как? — без тени улыбки спросила Оля.
— Честно, конечно.
— Тогда… мы продемонстрировали это умение Ксении Станиславовне на втором этапе экспериментов.
Тут целительница явно начала что-то понимать и вытаращила глаза. А я потребовал подробностей. И получил:
— Мы освоили всего восемь умений — шесть так называемых «базовых», то есть, очищение ран, гемокоагуляцию, сращивание костей, плоти, нервов и исцеление плюс два общих, то есть, диагностику и обезболивание. А когда поняли, что два последних почему-то с легкостью продавливают защитные покровы первых четырех рангов, создали два боевых заклинания, объединив сращивание костей с окаменением, а родник с гемокоагуляцией. Но испытывать получившуюся жуть на пациентах, не имея возможности откатить изменения, было бы редким идиотизмом. А Ксения Станиславовна уже своя.
— Умнички! — похвалил их я и полюбопытствовал, как работает эта самая «жуть».
Тут заговорила Света:
— Окостенение превращает суставы в одну сплошную кость. А взрывная гемокоагуляция сворачивает кровь в сердце и крупных кровеносных сосудах…
— Кошмар! — потрясенно выдохнула их наставница, заметила, что я пожал плечами, и объяснилась: — Игнат Данилович, на ваших нынешних рангах любое применение этих умений на дуэлях выльется в серьезнейшие проблемы даже в том случае, если противники умрут. Просто потому, что оба эти воздействия наверняка привлекут внимание свидетелей или родственников погибших, и будут сочтены ультимативными. А ультимативные навыки, по определению, должны принадлежать государству.
  
— Я очень сильно сомневаюсь, что кто-нибудь сможет их повторить… — криво усмехнулся я и сразу же добавил: — Но пользоваться ими мы, пожалуй, не будем. До тех пор, пока не станем Богатырями или Князьями…
…Капитан Анненков примчался в клинику через четверть часа после звонка Ляпишева, загнал бронированный «Урал» на свободное парковочное место, выскочил из салона и быстрым шагом подошел ко нам. Мы в это время принимали новенькие «Эскорты», доставленные перегонщиками «Москвы». Но «броневики» осматривали только Надя и двое ветеранов, а я, Оля и Света наблюдали за процессом со стороны. Поэтому отвлеклись, поздоровались с воякой и слегка удивились, когда он перешел на шепот. Как оказалось, Марат Николаевич приехал не один, а в компании Виктора и Татьяны, сбежавших из дворца без разрешения и охраны, соответственно, желавших сохранить этот факт в тайне. Вот сотрудник Канцелярии и хотел выяснить, как долго в гараже будут находиться посторонние.
Посторонних я отправил восвояси буквально через минуту, сразу после отъезда разъездной «Каравеллы» сообщил Анненкову, что двое оставшихся мужчин с повадками и пластикой матерых бойцов являются сотрудниками моей СБ, и капитан, немного поколебавшись, разрешающе махнул рукой.
Воронецкий с Ростопчиной тут же вылетели из машины, в два довольно длинных рывка переместились к нам и затараторили, перебивая друг друга:
— Привет, ребят!
— Мы соскучились…
— Можете нас поздравить: мы взяли следующие ранги…
— … причем оба!
— Кстати, а что это за минивэны?
Последний вопрос, естественно, задал завзятый коллекционер хороших автомобилей и посмотрел на меня с таким диким интересом во взгляде, что я не удержался от улыбки:
— Привет, ребят! Мы за вас искренне рады. А это — автотранспорт для сотрудников службы безопасности моего рода. С чрезвычайно серьезным бронированием, высококлассными артефактными защитными комплексами, сумасшедшим движком и полным комплектом спецоборудования.
У Великого Князя загорелись глаза:
— Разрешишь осмотреть?
— Дерзай! — ухмыльнулся я и повел рукой в сторону «Эскорта», стоящего возле «Бурана»: — Вон тот — мой. Был приобретен первым и успел порадовать.
— Понял… — радостно выдохнул парень и ушел в рывок. А Ростопчина сочла необходимым извиниться. Слава богу, искрясь сдерживаемым смехом:
— Он у меня натура увлекающаяся. Особенно буйными машинами…
— Мы сами такие! — весело сообщила Оля и потребовала рассказывать.
Таня покосилась на Анненкова, вернувшегося к «Уралу», подергала себя за мочку уха и отпустила тормоза:
— Я прорвалась в Витязя еще пятнадцатого. А Витя стал Рындой двадцать пятого. В тот же день мы выдвинулись в обратный путь, допрыгали до вашей любимой излучины намного быстрее, чем обычно, и… почти сутки вырезали все живое в ее окрестностях. Само собой, под присмотром телохранителей, но сами. Кстати, ваша наука пошла впрок: мы размотали стадо кабанов шестого ранга, ни разу не подставившись под их атаки; очень неплохо справились с медведем-«пятеркой», а стаю волков седьмого ранга, можно сказать, просто разнесли в пух и прах. И это не только наше мнение: разбирая наши схватки, начальник Витиной охраны заявил, что не заметил ни одной грубой ошибки ни в тактике, ни в последовательности применения умений, ни в алгоритме перемещений, ни в умении видеть бой, ни в страховке напарников!
— Здорово! — ничуть не кривя душой, заявил я, а Оля со Светой захвалили девчонку куда более многословно.
Ее реакция повеселила:
— Ага… И теперь мы жаждем новых уроков, уважаемые Наставники!
Отказать ей я не смог. Да и не хотел. Поэтому заявил, что не вижу ничего невозможного, пережил довольный взвизг, и… следующие минут пять-семь наблюдал за тем, как мои напарницы, не удовлетворенные слишком коротким рассказом о приключениях этой парочки, вытрясают из Татьяны подробности. А потом возле меня «возник» страшно загруженный Виктор, клещом вцепился в левое предплечье и встряхнул: