Красные Орлы (СИ)
Машка хотела психануть, но сдержалась. Бодро поднялась с дивана, прихватила рюкзак и серьезно так спросила.
- Кухня где?
- Тебе зачем?
- Надо, если спрашиваю!
- У меня краны не текут. Плита работает исправно. Свет горит. Что тебе там делать?
- Ничего. Еду разогрею Вам и пойду домой. У меня первые выходные начались. Буду валяться на диване и книжки читать. Или пультом щелкать. Так, где?
- Там, - махнул рукой в сторону кухни заинтригованный (и голодный!!!) Мишаня.
Машка ушла, и начала там позвякивать посудой. Приятный звук для голодного мужика, ничего не скажешь. Вслед за звуком донесся и аромат, да такой, что слюнки потекли! Не выдержал Волохов и поплелся к Кан.
- Садитесь, барин, - на столе суп, салат, пирожки, котлеты, картоха…- Я приготовила побольше. На завтра тоже хватит. Вот суп в большом контейнере, я его на верхнюю полку холодильника запихала. Ниже –второе и овощи. Пирожки в фольге на столе оставлю. Вы ешьте, ладно? Поправляйтесь. Я в понедельник снова на фабрику. Если есть пожелания или распоряжения, говорите. Я все сделаю.
Волохов видел, что предлагает она все это от чистого сердца. Чуял. Потому и сказал.
- Маш, давай, садись со мной.
- Не хочу я Вас стеснять. Вам отдыхать нужно.
- Какой отдых! На пузе лежать весь день –это пытка, - и понял, что зря он об этом, потому, что глаза Машкины наполнились раскаянием.
- Миша, спасибо. Если бы не Вы, я бы уже того…
- Пожалуйста. На этом официальную часть можно считать закрытой. Маш, честно, я есть хочу, а ты тут пафосу нагнала, - Маня враз повеселела и уселась напротив Волохова.
- Чаю дадите?
- Еще чего. Сама налей, - Кан обижаться и не думала, просто пошла и щелкнула чайником.
По –свойски поковырялась в полупустых полках кухни и выудила заварку. Даже чайничек нашла и приготовила чай по всем законам женской науки, сполоснув предварительно заварочник кипятком. Мишка ел, как не в себя! Слупил супчик, заедая хлебцем, закусил тушеными овощами, заел картошкой и угостился котлетами. Тарелку облизывать не стал, ибо наелся, как говорится, от пуза. Маруся прихлебывала чай и осматривалась.
- Михал Андреич, а вот на этом окне чистилка не работает, верно? Это потому, что рельсу застопорило. Я гляну по скорому, ладно? – и подскочила, Заноза, ремонтом заняться.
- Стоп! Села и сиди. Это мой дом, что хочу, то и ремонтирую. Пока не хочу.
- Ой, да пожалуйста. Мне же легче, - надула губки Кан, и отвернулась.
- За Самойлова –хвалю. За Гусанова –тоже. За каски еще. И за лекцию. Неплохо, Кан.
- На здоровье, барин. Да и Вы молодцом. Холопку спасли. И паники не допустили и героически сами доползли до медпункта. Вот налажу комп в своем кабинете и нарисую Вам грамоту!
- Давай. Имей в виду, я не очень люблю красный цвет. Изобрази в синих тонах.
- Не патриотично. Орлы- то, Красные.
- Красные, значит красивые. Цвет ни при чем. Ты, Маш, только физику в школе учила?
- Физику не выучишь, ее понять надо. Туда же химию и математику, если что. А Вы, наверно, стишатами в школе баловались, да? Судя по собранной линии, Вы и уроки труда пропускали, вкупе с математикой и физикой.
- Вот сидел тут день и думал, когда же Машка придет и начнет мне в уши чушь вталкивать? Десять раз жалею, что дырокол с собой из кабинета не прихватил. Судя по всему, только он тебя и заткнет.
- А не нужно было меня спасать! Сидели бы сейчас в тишине и со здоровой спиной! – Мишка шутки не принял, вот на душу она ему не легла и даже хуже.
- Даже в шутку такого не говори, поняла? - Мишка снова покривился, спину щипало от адской мази местного фельдшера, - Испугалась?
- Не успела. Точнее, испугалась Вашей, простите, сататинской рожи, а вот балясину даже не заметила, - Машуля подперла щеку кулачком, а Мишка уставился на этот кулачишко и пытался осознать, как вот эта малая ручка умеет так споро починять, крутить, мастерить.
- Давай уже определимся, ТЫ или ВЫ. Меня плющит от смены наименований.
- Вы уже определились. Машка, Заноза и ТЫ. А я что? Хуже? Давай на ТЫ. Это не будет помехой для твоего деревенского реноме?
- Не чужие. Ты вон ужин мне таскаешь, чаи тут гоняешь, - Кан улыбнулась и почудилась в этой улыбке Волохову теплота и некая дружеская расположенность.
- А ты с родителями в Москве жила?
- Нет. Я с третьего курса самостоятельно. Правда раза два или три в неделю приезжала к ним.
- Скучаешь?
- В Орлах скучать времени нет. Хотя…- и начала Машуля о семье, о доме, об отце говорила долго и с упоением.
Мишка слушал, позабыв о своей спине. Потом и он, сам того не ожидая, рассказал о себе кое –что. Заболтались, и не заметили, что не ругаются уже, не выпендриваются друг перед другом. Не меряются статусами, знаниями и умениями. Беседа двух молодых столичных жителей, ни больше ни меньше. И разговор такой увлекательный, местами, шутливый. Кокетства ноль, поползновений никаких. Оба осознавали это и в глубине души удивлялись такому непривычному раскладу.
- А я такая тресь ему по голове! Нет, ну а чего он полез? Думал, если я тщедушная, то и сопротивления оказать не могу? Извечная мужская самоуверенность! – Мишка ухохатывался от Машкиных рассказов.
Оказалось, что Маша Кан девушка с юмором, слегка грубоватым, но таким искренним, что сдержать смех просто невозможно!
- Ты не тщедушная, Маш. Хрупкая, скорее. Ты упоминала венгерские корни. Расскажи, - Машка поиграла бровями смешно.
- Любопытно? Мне самой любопытно! Папа не рассказывал. Наверно история мутная и меня попросту не хотели расстраивать. Знаю только, что все еще со времен Великой Отечественной тянется.
- Напустила туману… Зря только спросил, - улыбался Волохов, а Маша отметила для себя, что босс ее мужчина «справный».
Крепкий, симпатичный и говорит так хорошо, когда не орёт дурниной.
- Миш, я на следующей неделе планирую разобраться с линией на фабрике, а потом засяду за опись коммуникаций и технических сооружений Красных Орлов. Чтобы ты не пугался, говорю сразу –когда я работаю с технической документацией, становлюсь тихой и молчаливой. Что ты смеешься?!!!
- Неужели!!! Маня, так значит, есть в мире справедливость, и я отдохну от твоих концертов!
- Нет, Миня, тебе так не повезет! Я буду делать перерывы и играть на твоих нервах. Чтобы не расслаблялся! – Волохов попытался насупить брови на «Миню», но позорно слился и засмеялся.
У Машули зазвонил телефон и она ответила, все еще улыбаясь Мишке.
- Мазур, привет. Что? А, ладно. А зачем? Ну… Хорошо. А ты где? Ок. Буду через пять минут, - убрала телефон и Мишке – Я пойду. Меня ждут. Ты питайся и лечись, хорошо?
В мишкиной голове промчалась мысль, о том, что не фига не «хорошо». Оставила после себя кучу вопросов и легкое чувство растерянности и утраты!
- Интересно, куда ты собралась? – и голос такой ни разу не добродушный.
- Барин, вот отчитываться совсем не обязана. Мой рабочий день окончен и все такое прочее. Но, специально ради тебя скажу- на свидание. Имею право!
- С Мазуром? – и удивление и легкая злость…
Откуда она взялась?!
- Да. Альберт покажет мне местный клуб и еще что –то. Я не совсем поняла, но вроде бы это называется – Бабья коса. Это что за коса, а?
Мишка поперхнулся и чуть не закашлялся.
- Местный клуб это место такое, куда парочки ходят обжиматься. А Бабья коса – это живописный и уединенный пляж на Краснухе. Там тоже творится беззаконие. Реально, Мазур? – Волохов офигевал, и совсем не хотел отпускать Кан на прогулку сомнительного содержания.
- Серьезно? Ну…
- Баранки гну. Пойдешь?! – и злится!!
- А почему бы и нет? – вопрос Маша задала самой себе, скорее.
Не было в ее планах «обжиманий» и «беззакония», но в ее нелегкой борьбе с тяжёлой любовью все средства хороши. Да и не верилось ей, что приятный Альберт Мазур подкатывает к ней.
- Иди. По осени свадьбу сыграем. Будешь Мария Мазур. И дети у тебя будут Альбертовичи, - говоря все это, Мишка представил красавца Мазура и Занозу под венцом.