С драконами не разводятся, или Факультет злодеев (СИ)
Только так можно избежать беды.
Если же сын найдет ее первым… Лишь Богиня знает, чем это может закончиться.
Глава 18
Неделя, отведенная мне бабушкой, подходит к концу, и я готовлюсь окончательно с ней рассориться. Пригрозить навсегда вычеркнуть из своей жизни, если продолжит настаивать на моем возвращении к мужу. А если и это не поможет — предъявить ей причинение вреда единственной наследнице рода. Когда обращусь к магии и проведу нужный ритуал, бабушку ждет сильный откат, вплоть до лишения магических сил, не говоря уже о здоровье.
Идти на столь крайние меры мне не хочется, ведь она заменила мне мать после смерти родителей. Но чем дольше я думаю над всей безысходностью ситуации в которой оказалась по ее вине, тем сильнее и крепче зреет во мне обида.
Пелена эмоций после побега постепенно опадает, уступая место трезвому расчету.
Теперь я ответственна не только за себя, но и за ребенка, которого ношу под сердцем. И если современные законы не позволяют оставить малыша себе, оградив его от нерадивого отца, то придется найти этим законам обход. Еще не знаю, как я это сделаю, но должна приложить максимум усилий. Вплоть до побега в другую страну.
В первые дни кажется, работа куратором сильно отвлечет от основных проблем, и я не смогу банально сесть и подумать над тем, что делать дальше. Но на самом деле выходит наоборот.
Вращение среди адептов и магистров позволяет взглянуть на себя со стороны.
И не только на себя.
Швея Марта, леди Беррингтон, магистр Викс, лорд Мортен — все так или иначе помогают мне в чем-то, проявляют сочувствие, понимание. Чужие люди, которые видят меня впервые в жизни… На фоне их участия, бабушкина позиция смотрится до нелепости странно. И оттого вдвойне обидно.
Оказавшись в беде, я ощущаю от посторонних больше поддержки, чем от родного человека.
Она лишь раз интересуется, мучает ли меня тошнота по утрам и нужны ли зелья, для ее подавления.
Несмотря на то, что сложности, связанные с беременностью, я все же испытываю — и это не только тошнота — я отказываюсь от ее зелий. Банально боюсь, что она подсунет мне нечто другое, от чего побегу к Рэйзору, забыв про все его поступки.
Страшно, но я действительно ожидаю от нее чего-то подобного.
Потому, нужные зелья и артефакт, сигнализирующий о вредоносной магии, я прошу у Марты. На вырученные деньги с моих сережек я могу позволить себе не только одежду и нужные мелочи.
Женщина с готовностью помогает мне во второй раз.
Артефакт представляет собой тонкое колечко с маленьким прозрачным камнем. Он должен поменять цвет, если я вдруг возьму в руки напиток с подлитым зельем. А само кольцо накалится и отразит вредоносные заклятья, брошенные в спину.
Горько, что подобную вещь я покупаю для защиты от бабушки, а не враждебно настроенных адептов, например.
А ведь таковые имеются!
Больше всего я ощущаю негатив от Юиты Андервуд. От нее прямо-таки исходят волны недовольства и даже злости. Причем это не только на практикумах, но и в столовой или просто на улице. Где бы не нагнал меня ее взгляд, в нем таится нечто нехорошее. Даже предположить не могу, чем я ей не угодила.
Ее товарищ, Кристоф Шайер тоже причиняет массу неудобств. Ведет себя несерьезно и где-то даже нагло. Сыплет неуместными комплиментами и однажды даже приглашает на свидание! Я грожу написать на него жалобу ректору, и парень на время утихает.
В остальном работать оказывается несложно. Хоть доставшаяся мне группа не из самых послушных и бесконфликтных, намеренных козней они мне не делают.
Я провожу три практикума, первый из которых посвящен знакомству. В искусственную реальность мы еще не отправляемся, по совету магистра Викса, я ограничиваюсь полигоном. Но зачетный семестровый практикум, должен как раз пройти по всей сложности.
Мне помогают выстроить правильные формулы и выбрать нужные артефакты для создания идеальной искусственной реальности. Я советуюсь по каждому пункту: от волшебного существа, которого выбираю для ловушки, до полосы препятствий с секретными заданиями.
Должно получиться очень интересно и провести ребят по всем темам, изученным на дисциплине стихийной магии.
Зачет запланирован на конец месяца, а до него еще две недели.
Нервозность первых занятий сходит на нет. Я потихоньку обживаюсь на новом месте и успокаиваюсь, чувствуя себя гораздо более защищенной, нежели была в замке Рэйзора.
Однажды вечером возвращаюсь к себе в апартаменты и обнаруживаю у дверей бабушку. Понимаю, что сегодня тот самый день, когда узам нашего родства грозит окончательно оборваться. Если, конечно, она не примет правильное решение и не отступит от своей непонятной позиции сбагрить меня поскорее обратно в дом Грайборгов.
Я молча отмыкаю замок, пропускаю бабушку вперед и захожу следом. Она оборачивается, с улыбкой глядя на меня.
— Со мной мать твоего мужа связывалась, но я не сказала ей, где ты.
Сердце падает в пятки. Но я беру себя в руки и спрашиваю:
— Что она от тебя хотела?
Бабушка отвечает не сразу, задерживая на мне взгляд.
— Она знает, милая. О беременности.
— Что?! — ахаю, невольно отступая на шаг. — Ты сдала меня?
— Нет, конечно! У нас же был уговор, и я его сдержала. Лайза Грайборг умная женщина, она сама догадалась.
— Но, как?
У меня в голове не укладывается, как такое возможно. Бабушка отводит взгляд, оглядывает комнату.
— Не важно в общем-то, милая. Она рассказала о том, как переживает твой побег Райзор. Он вне себя… Так что, одна ты не отправишься. Я пойду с тобой. Ему нужно объяснить, почему ты так поступила и рассказать о ребенке. Иначе, его импульсивность может вылиться в проблему, а ты уж точно с порога о беременности не скажешь.
С моих губ срывается смешок. Качаю головой, проходя вглубь гостиной, и сажусь на диван.
— Почему ты меня так ненавидишь, бабушка?
— Что? В смысле? — теряется она. — Я не ненавижу тебя! Напротив, очень люблю и хочу только лучшего!
— И вместе с тем упрямо толкаешь обратно к дракону, который явно не в себе и способен убить меня, едва увидит.
Она вспыхивает, возмущенно опровергая:
— Глупости! Я пекусь о тебе, дуреха! Ты беременна! Семейные передряги можно пережить, решив все спокойным разговором. А вот если не вернешься к мужу, после родов дитя у тебя отберут, а ты сама… кому ты будешь нужна, порченная?
Я на мгновение прикрываю глаза, глотая эти злые слова и молча сжигая их в своем сердце. Сжимаю руки в замок на коленях. Затем смотрю на бабушку и спокойно проговариваю:
— Я за пределы академии не выйду. К Рэйзору — не вернусь, как уже не раз тебе говорила…
— Но ты должна сдержать слово!
— Я не скрепляла обещание кровью или колдовством. А вот ты, взяв меня под крыло после смерти родителей, дала негласную клятву магии рода. Даже двух родов. Что не причинишь вреда, не подвергнешь мою жизнь и здоровье опасности.
Она отступает на шаг, будто уже зная, к чему я клоню.
— Как можешь ты угрожать мне подобным, — шепчет, распахнув в удивлении глаза. — Кроме меня у тебя никого нет, Мона.
— Вот именно, — сглатываю горечь, чувствуя себя совершенно опустошенной. — И я стребую с тебя по всей строгости за мою поломанную судьбу, бабушка. Одной лишь темной ворожбы на метке истинности достаточно, не говоря уже об остальном.
— Ну это же глупости… Хватит, внучка. Поиграла в академию, пора и домой отправиться.
— Если ты с этого момента, хоть словом, хоть делом попытаешься снова предать меня. Пойти против и навязать свое мнение… Я обращусь к магии рода. Проведу ритуал и попрошу справедливости у Богини.
Она открывает рот, чтобы сказать еще что-то, но передумывает. Поджимает губы, награждая меня полным слез и разочарования взглядом.