Ключ (СИ)

– Ты вернулась, о дочь моя? – пророкотал глас речного царя.
– Я… вернулась.
За троном Ассо углядела взволнованное лицо нянюшки и восторженное – Ки. Та разве что не прыгала. Зал был полон русалок и русалов, собравшихся, чтобы приветствовать свою царевну. Ассо надо было взять себя в руки и выпросить у отца последнее свидание с Матвеем, который страдал наверху, вот только прояснит, что ждет ее тут.
– Ты вернулась, – повторил царь скорее с недоумением, чем с радостью. – Почему? Ты не нашла среди людей ни одного достойного тебя?
Ассо выпрямилась.
– Я нашла достойнейшего супруга и подарила ему дочь, – четко проговорила она.
– Ты… заключила брак не с человеком. Он обманул тебя, ввел в заблуждение?
– Я сделала это с открытыми глазами.
– Что заставило тебя?
– Любовь.
Слово упало между ними, как тяжелый сундук. Царь слегка отпрянул, будто не знал, что скрывается в этом сундуке, – сокровища или, может, взрывчатка. Зилла приоткрыла рот. Глаза Ки засверкали.
– Дочь моя Ассо, – медленно пробасил царь. – Повтори, что ты сказала, мы должны убедиться, что услышали правильно. Еще раз и с начала. За кого ты вышла замуж на поверхности?
Ассо на мгновение прикрыла глаза. Было так трудно говорить о том, что кончилось раз и навсегда. Но она не расплачется и будет высоко держать голову.
– Я вышла замуж за того, кто родился от брака кромешника и человека.
– Он не обманул тебя, сказав, что он человек?
– Он никогда не обманывал меня.
– Ты знала, что для того, чтобы остаться среди людей, должна выйти замуж за человека?
– Я знала об этом. Не то чтобы вы меня информировали, конечно…
– Ассо.
– Слушаю…
– Мы все слушаем тебя. Ты взяла и вышла замуж за такое существо и подарила ему дочь?
– Мне никто другой не нужен. Это очень просто, отец. Я люблю его.
Царь странно смотрел на нее – будто громом пораженный.
– Я должен спросить тебя трижды, – сказал он. – Так гласит традиция. Дочь моя, ты вышла замуж на поверхности, но не за человека. Стихия вернула тебя сюда, ибо таков закон природы. Признай так, чтобы слышали все. Это так?
– Это так, отец. Я вышла на поверхности замуж, но не за человека. Стихия вернула меня сюда.
– Почему ты вышла за него?
Ассо вскинула голову.
– Я вышла за него по любви.
Все царедворцы и челядь будто отмерли. По залу прокатился шум. Все поворачивались, переглядывались. Ассо стояла неподвижно.
Царь поднял вверх свой жезл.
– Царевна Ассо, – провозгласил он. – Стихия вернула тебя в родное лоно. Но ты не полностью принадлежишь этой стихии. Ты отдала сердце не ей. Ты подарила дитя земному мужчине. Это было твое осознанное решение.
– Да, отец, – устало подтвердила Ассо.
Куда он сошлет ее за такой проступок? В болото? Может, отправит в море, где она, пресноводная русалка, быстро угаснет?
– Ты отказалась от мира людей, не выполнив условие. Ты отказалась от русалочьего мира, оставив на поверхности дитя любви.
– Да, отец.
– Ты не принадлежишь ни одному из этих миров, – заключил царь.
Что дальше? Он превратит ее в пену морскую? В один из этих воздушных духов, о которых писал Андерсен? Опустив веки, Ассо терпеливо ждала вердикта отца.
– Я ничего не могу с этим поделать, – доверительно снизив голос, поделился он.
– Я слушаю и повинуюсь, отец.
– Ты же царевна!
Ассо снова сделала реверанс. Когда же кончится эта пытка? Позволят ей хотя бы разок поболтать с Ки?
– Как Персефона, вышедшая замуж за бога Аида, – прогремел отец, – теперь ты обречена из года в год проводить половину года среди нас, подобных тебе, и половину года – со своим земным супругом и дитятей любви.
Ассо распахнула глаза.
– Да? – только и смогла сказать она.
– Ты сама навлекла на себя такую судьбу.
– Да я… повинуюсь, отец! Я… – она еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться от распиравшего ее нежданного счастья. – Позволено ли мне подняться на поверхность на пять минут, чтобы сообщить решение Вашего Величества своему земному супругу? Он ждет…
Царь улыбнулся, видя, как Ассо пытается казаться церемонной.
 
– Позволено, – ответил он мягко. – Пять минут. Следующие полгода наши.
Ки радостно пискнула и побыстрее спряталась за спинами придворных.
– Слушаю, отец.
Ассо помчалась к выходу из тронной залы, а потом вверх, вверх, вверх… Вынырнула там, где на полянке у реки ждал ее с траурным видом самый любимый в мире муж с крошечной дочкой на руках.
– Ассо! – крикнул он срывающимся голосом. – Что он сказал? Хотя бы изредка? По пять минут? Или… это последний…
– Матвей! – она со смехом закружила его. – Полгода тут, полгода там! Полгода! Как Персефона. Ты сможешь ждать меня полгода?
У него подкосились колени, и он сел на траву.
– Полгода без тебя, а потом полгода с тобой? Всегда?
– Всегда. Навсегда.
– Вместе, – повторил он. – Навсегда.