Его дерзкий трофей (СИ)
— Слезай… — командует он, повернув ко мне голову.
Опираясь на его плечи, перекидываю ногу и спрыгиваю с мотоцикла, осматриваясь по сторонам. Это какой-то проулок Старой Москвы. У входа в клуб приличная очередь. Мы пойдём туда? Одетые, как бродяги?
У него в кармане уже минуту звонит телефон. Это что-то очень мелодичное и зажигательное.
Егор быстро встаёт следом, на ходу снимая шлем, и достает из кармана телефон. Бросив взгляд на дисплей, он после секундного колебания отключает звук и возвращает гаджет в задний карман джинсов.
Его лицо делается серьёзным.
Брови чуть сведены, полные губы сжаты, от чего на щеках проступили мускулы.
Я прихожу в волнение, потому что весь его вид кричит о недоступности и каком-то внутреннем диалоге, в который мне никто не позволит засунуть нос.
Кто это был? Кто может вызвать у него такие эмоции?
Затаившись как мышка, наблюдаю за ним, снимая свой шлем.
Он наклоняется, чтобы забрать ключи из замка зажигания, и джинсы натягиваются на узких крепких бедрах. Вдоль его спины тянется глубокий желоб позвоночника. Это видно даже через футболку. Его джинсы подломаны внизу и это меня поражает. Неужели, есть ростовки, которые оставляют ему пространство для подломов?
Стоя ко мне спиной, он молча кладёт свой шлем в сундук, закреплённый на багажнике.
— Ммм…а вертолёта у тебя нет? — звонко выпаливаю первое, что приходит в голову, потому что мне показалось, будто обо мне забыли.
Но, я же здесь. И я очень хочу, чтобы он был со мной, а не с кем-то другим.
Развернувшись, Егор протягивает руку и забирает у меня шлем.
— А что, мотоциклы тебе уже приелись? — спрашивает он рассеянно, укладывая мой шлем рядом со своим.
— Эмм…нет… — смеюсь нервно, доставая волосы из-под ворота куртки, и в шутку с долей правды интересуюсь у его широкой спины. — Ты много девушек на нём возил?..
— Много. — Коротко отвечает Егор.
— Ясно… — шепчу, не зная, что ещё спросить.
Снова развернувшись, он пробегается по мне взглядом и резюмирует:
— Ты самая болтливая из всех.
Строю возмущенное лицо, счастливая его вниманием.
Что за абсурд!
— Просто мне есть, что сказать, — сообщаю ему очень гордо, постучав пальцем по своему виску. — У меня в голове мозг. И он работает, между прочим…
— А…ну извини… — усмехается Егор и берётся за молнию на куртке, пытаясь снять её с меня. — Это прям такая редкость…
Вцепляюсь пальцами в кожаные края, вырывая их у него.
Он удивлённо смотрит в мои глаза, на что я смущенно отвечаю, запахивая полы и практически обматываясь ими:
— Она теперь моя.
Он приподнимает подбородок и брови, изображая что-то типа «Серьёзно?».
Прячу глаза, закутываясь в неё ещё плотнее и ещё упрямее. Я не отдам. Куртка доходит мне до середины бедра, а плечевые швы висят почти на локтях. Из штанины его джинсов я вообще могла бы юбку себе состряпать.
Почему этот факт так меня будоражит? Потому что его тело крупное и сильное, но он им прекрасно владеет. Как и своими хотелками. На самом деле он хладнокровнее многих. Я уже в этом давно убедилась.
— Ладно… — тянет Егор, феноменально быстро распрощавшись со своей собственностью. Отворачивается и достает из багажника мою сумку. Вручает её мне со словами. — У тебя документы с собой?
— Да…паспорт… — киваю, подняв на него взгляд и комкая пальцами ворот своего трофея. — А что…мы могли бы пожениться?..
— Я не женюсь на наглых блондинках, — бросает он, закрывая багажник.
— А на ком женишься? — спрашиваю, заглядывая ему за плечо. — Я могла бы перекраситься…
Его горло покидает странный хрюкающий звук, а плечи вздрагивают.
Он замирает, упершись руками в мотоцикл, и вскидывает на меня золотоволосую голову. Красивое волевое лицо исказилось в такой широкой лыбе, что я его просто не узнала.
Вау…
Ммм…
Это как удар под дых.
Оно стало моложе и ещё красивее. Голубые глаза искрятся смехом и смотрят в мои глаза, а я сглатываю, безвольно роняя руки вдоль тела.
Почему мне всегда приходится выворачиваться наизнанку, чтобы добиться хоть какой-то реакции на себя? Почему мне кажется, что стоит замолкнуть на секунду, и он тут же теряет ко мне интерес?
Мне стыдно, но я просто не знаю, что ещё мне сделать?
Завтра я вернусь за город…
Я не знаю, что мне делать…
Опустив подбородок, шагаю ему навстречу. Он выпрямляется, и я упираюсь лбом в его грудь, чувствуя, что нахожусь на грани…
Моё сердце просто сходит с ума…я никогда так отчётливо его не слышала…
Бесконечную минуту ничего не происходит…а потом…потом его руки обнимают меня…
Сначала не очень крепко, а потом очень-очень крепко. Обхватывают мою спину и прижимают к себе. Просто вся тону в этих объятьях.
Выдыхаю долго и рвано, зажмурившись, и обхватываю его талию руками в ответ.
Он кладёт подбородок на мою макушку и я не знаю, сколько мы так стоим…
Это так сумасшедше приятно…обниматься с большим и сильным мужчиной…его тело как камень…
Я просто подыхаю от счастья…
Это так восхитительно, что я просто дышу и всё.
— Я очень голодный, Динь-Динь. Могу тебя случайно сожрать… — тихо говорит Егор над моей головой.
Я не двигаюсь, он тоже.
— Эм…что бы ты хотел у меня сожрать в первую очередь?.. — спрашиваю тихо-тихо, не открывая глаз.
— Мозги, а чё там у тебя ещё жрать?.. — рассуждает он.
— Фууууу! — смеюсь я, поднимая голову. — Мозги!
Он расслабленно улыбается, глядя на меня.
В его кармане снова звонит телефон, он достаёт его, продолжая обнимать меня второй рукой. Снова отключает звук.
— Кто это? — спрашиваю взволнованно.
— Никто, — отвечает Егор. — Пошли.
Глава 16. Егор
Поднося к уху телефон, наблюдаю за Цыплёнком, который сидит в пяти метрах от меня за столиком напротив Макса, и теребит собачку на замке куртки.
Макс — бородатый очень хитрожопый брюнет с прищуром, как у гиены, но некоторые считают его красавчиком. Именно это слюнявое слово ему подходит. Он в компании своей подруги (или кто она там ему) «умной» Оли. Я называю Олю «умной», потому что у него есть ещё «красивая» Оля. Эта тоже красивая, но я выделил её отличительную особенность, потому что здесь в Румсе все девушки красивые, но не все из них имеют в голове мозг.
К разговору о мозгах…
С Максом мы вместе учились в универе, только он в отличие от меня использует свой диплом по назначению. Он сейчас возглавляет кредитный департамент в одном крупном банке, тем не менее, беготня с мячом позволила мне обзавестись восьмизначными накоплениями, так что я ни разу не ощущаю себя ущемлённым.
Меня немного подбешивает, что он в своей прямолинейной манере разглядывает Диану, которая пытается отвечать ему тем же.
Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, потому что тягаться с Максом в наглости даже ей не стоит. Если бы у него был брат близнец, он бы ему ещё в утробе яйца отдавил. Его такое молчаливое и неожиданное сопротивление тоже радует. Он даже откидывается на спинку стула, расстегнув пиджак, и устраивается поудобнее.
Говнюк.
У маленькой пираньи, кажется, садится батарейка, плюс на ней моя куртка, а это три лишних килограмма. Этот момент я вообще никак не хочу комментировать. Единственное, что я знаю точно — она для неё слишком тяжелая.
Диана притихла, но она, блин, прикормленная, так что эти непонятные шевеления в моей груди вообще лишние. Помимо куртки, по дороге сюда её рука снова каким-то образом оказалась в моей, только на этот раз мы ещё и пальцы переплели.
Заметив мой взгляд, она обращает на меня обманчиво невинные глаза и хлопает ресницами пару раз.
Этот макияж как-то совсем лихо изменил её лицо. Она была вся такая однотонная, а стала очень яркая. Мне нравится это. Мне в принципе её лицо нравится, несмотря на то, что у неё рот не затыкается.