Солнечный луч. О чем молчат боги
– Саулы не водятся в горах, – как-то резко произнес Рахон. – Я говорил тебе об этом.
– Стало быть, воины пешие? – поглядела я на пятого подручного.
Он пожал плечами и выпил свой стаканчик с буртаном до дна. И тогда я снова посмотрела на йарга. Он внимательно следил за мной. Однако подозрительности в его глазах не было, только прежний интерес. Йарг не видел противника, только женщину, которая была подвластна сладким речам.
– Саулы бегают быстрее ветра, – заметила я и горделиво вздернула подбородок. – Ягир на сауле – это всё равно что двое, а не один. Выходит, что войско моего мужа не треть твоего, а больше его половины.
Мое бахвальство вызвало у Бальхаша снисходительную улыбку.
– У нас нет саулов, это верно. Но есть то, чего нет у ягиров… – он выдержал паузу, и, когда я подалась вперед, обозначив нетерпение, йарг взял с блюда с фруктами крупную красную ягоду и подался мне навстречу. Он не отдал мне ее, но приблизил к моим губам.
– Разве что-то может превзойти ягира на сауле? – с наивным удивлением спросила я. – Ни за что не поверю, что такое возможно.
Я откинулась на подушки и устремила на йарга самодовольный взгляд. Он поманил меня, и я послушно вернулась в прежнее положение.
– Хочешь увидеть? – таинственно понизив голос, спросил Бальхаш.
– Ты мне покажешь? – я недоверчиво распахнула глаза.
– Если хочешь, – улыбнулся он и провел ягодой по моим губам.
Я приняла ее предложенным способом, забрала губами из пальцев Бальхаша, а после ответила, глядя в глаза:
– Хочу. Сейчас.
Йарг протянул руку:
– Тогда идем.
Я вложила в его ладонь свою, но второй рукой зацепила Рахона и потянула за нами. Пятый подручный возражать не стал. В глазах Бальхаша отразилось недовольство, но кого оно волновало? Я оставаться наедине с йаргом не желала, это было лишним. Всё, чего я хотела, – это пробудить желание удивить и завоевать, тем более что дичь вроде бы была и не против. Однако против я была и даже очень. Рахон, кажется, тоже, потому что своего правителя он не удостоил и взглядом. Первым прошел к двери и, открыв ее, остановился в ожидании нас с властителем. Бальхашу оставалось смириться.
Впрочем, моей руки он так и не выпустил, хоть я и попыталась ее освободить. Не став дергаться, я опустила глаза, в очередной раз изобразив смущение, и позволила вести меня. И, признаюсь честно, я была заинтригована. Несколько насторожена, это верно, но заинтригована не меньше. И если Рахон успокаивал и вселял надежду в мою безопасность своим присутствием, то любопытство мог удовлетворить только йарг.
Мы покинули не только трапезную (так я нарекла комнату со столом и, похоже, не ошиблась), но и сам дворец, если мне будет позволено так называть обиталище повелителя илгизитов. Впрочем, со двора не вышли, а обогнули дом и оказались с другой его стороны. Кстати, подворье йарга было вовсе не мало, даже больше старого подворья в Иртэгене. Но это к слову.
Обойдя дом, мы оказались на большой площадке, расчищенной от зелени и всяких построек. А посреди нее…
– Боги, – прошептала я, взирая на то, чего не ожидала увидеть в Белом мире.
Нет, не так. Я ожидала, но еще не видела ни разу. А вот теперь узрела – метательное орудие. Оно было установлено на передвижную площадку, на которой могли уместиться и люди, чтобы наполнять корзину снарядами и отправлять их в сторону врага. И вот эта площадка привлекла мое внимание. Я приблизилась к ней, желая рассмотреть получше, потому что была она высоко поставлена. Мне хотелось понять зачем.
– Идем, – сказал Бальхаш и повел меня к деревянной лесенке, спускавшейся с заднего торца площадки.
Возражать я и не думала, послушно шагнула на ступеньку и поднялась наверх. Впрочем, свою заинтересованность я поспешила скрыть за удивлением:
– Что это такое и зачем оно нужно?
Бальхаш шлепнул ладонью по стойке и ответил:
– Это шерон.
– Шерон? – переспросила я. – А для чего он? Вот это вот что? – я указала на корзину. – Сюда что-то кладется?
– Да, – улыбнулся йарг. Он присел и потянул за кольцо в полу платформы. Этот люк я заметила сразу, но не могла задавать вопросы, а теперь илгизит сам показывал, мне оставалось только слушать и запоминать. – Гляди, – он поднес к люку факел, прихваченный еще в момент, когда мы вышли из дома. – Там сложены сварды – такие каменные шары. Корзина опускается туда…
Йарг протянул руку, и корзина нырнула в открытый люк. Бальхаш заговорщицки подмигнул, а после дернул за один из двух длинных рычагов. Раздался негромкий скрежет, что-то зашуршало, и илгизит потянул за второй рычаг. Корзина показалась над платформой, и в ней лежало ядро.
– Гляди, – произнес повелитель Дэрбинэ.
Он поднес факел к ядру, или, как его назвал йарг, к сварду, и холодный камень запылал. Я охнула без всякой фальши. Впрочем, я с начала демонстрации возможностей шерона пребывала в мрачном изумлении. Илгизиты недурно постарались. Их возможности впечатляли уже на примере только этого орудия. Но ведь могло быть что-то еще! И это не говоря уже о подручных махира, об умении которых оставалось только догадываться. Боги, если бы они пошли войной на таганы, то смели бы их и прошлись по Белому миру сокрушительной волной.
– Дальше показывать не буду, – усмехнулся Бальхаш. – Мой Дэрбинэ мне дорог. Но если толкнуть вот этот рычаг дальше, то корзина поднимется, и свард полетит вперед. И что же ты теперь скажешь о ягирах на саулах?
– Велика твоя сила, йарг, – отозвалась я машинально, всё еще находясь под впечатлением нарисованной воображением картины. После подняла на него взгляд: – И это всё?
– Всё? – в удивлении переспросил Бальхаш. – Тебе этого мало?
– Ашити редко удивляется, – произнес Рахон. – Она любуется птицами, но любопытство быстро проходит, когда видит настоящие чудеса.
– Тому есть причина, – ответила я. – Но сейчас я потрясена тем, что вижу. Шерон – грозное оружие, он пугает.
Не дожидаясь, когда йарг решит спуститься на землю, первой сошла вниз и присела, чтобы рассмотреть то, что находилось под платформой, но в темноте ничего не смогла увидеть. Однако уже через минуту тьму рассеял свет факела. Это Бальхаш присел рядом и подсветил мне. Под днищем платформы тянулся желоб, закрытый сеткой из толстого железа. На конце его, под люком, было сделано приспособление вроде поперечного желобка. Нахмурившись, я потерла лоб и поняла: корзина, опускаясь, попадает на этот желоб и фиксируется. Потом тянут рычаг, и большой желоб наклоняется. Ядро скатывается в корзину, и ее поднимают уже другим рычагом, им же и доводят действие до конечного итога, в результате которого снаряд летит к цели. Весьма недурно…
– Дайнани, – позвал меня Рахон. – Я думаю, ты хочешь отдохнуть. День был долгим, дорога длинной.
Я обернулась, смерила илгизита пристальным взглядом и распрямилась.
– Да, – не стала я спорить. – Я очень устала.
– Дайнани, – позвал меня Бальхаш, но пятый подручный встал между нами.
– Прости, йарг, – сказал он, – великий махир ожидает дайнани. Утром мы уйдем, потому пусть поспит хоть немного. Дайнани – женщина.
– Это я хорошо рассмотрел, – усмехнулся повелитель Дэрбинэ.
Затем развернулся и ушел, больше ничего не сказав. Я посмотрела на Рахона, но и он уже направлялся прочь от шерона. Догнав его, я пристроилась рядом и, перестав сдерживаться, скрыла зевок за тыльной стороной ладони.
– Ужасно хочу спать, – призналась я.
– Зачем ты заигрывала с йаргом? – спросил илгизит.
– Он привлекательный, – пожала я плечами.
– Ты любишь своего мужа, – ответил Рахон. Затем повернул голову, посмотрел на меня и закончил: – И ты умная.
– Ты тоже, Рахон, – усмехнувшись, ответила я. – Ты тоже.
Глава 6
Дворец йарга сиял. Он переливался в лучах утреннего солнца, словно искусно ограненный бриллиант. И это сияние не слепило, оно не выглядело нарочитым, но было чарующим. Казалось, можно вечность смотреть на невероятное великолепие, созданное лишь с помощью раковин. Сам дом не отличался изяществом, он не был рукотворным чудом, но эти раковины… Они преображали грубоватое строение в три этажа, делали его невесомым и сказочным.