Оседлай мою бороду (ЛП)

Задница Лолы красивого красного оттенка, и я слышу её тяжёлое дыхание, слышу сладкие жаждущие стоны, вырывающиеся из её рта. Я знаю, что это больно, но я также знаю, что это приятно. Проходит несколько долгих минут, прежде чем я наконец перестаю её шлёпать и делаю шаг назад. Я тяжело дышу, мой член словно стальной стержень между ног, и пот выступает у меня на лбу.
Прежде чем я успеваю подумать о том, что делаю, даже не осознаю, что делаю, я оказываюсь позади неё на коленях. Мои руки лежат на её ягодицах, широко раздвигая их, охватывая красивую розовую пизду, которую я обнажил.
Она такая чертовски мокрая для меня. Её соки покрывают внутреннюю часть бёдер, а клитор набухший и выглядывает напротив моего рта. Я наклоняюсь и провожу языком от её клитора к отверстию её киски, слизывая её сливки и глотая мускусную сладость, которую она производит для меня.
Только для меня.
Ноги Лолы дрожат, и я проталкиваюсь между ними, используя плечи, чтобы убедиться, что её бёдра хорошо и широко раздвинуты для меня. Затем я пожираю её, облизывая и посасывая губы её киски, беря её клитор в рот и рисую вокруг него круги языком.
Теперь она громко стонет для меня, и я возобновляю свои усилия. Я впиваюсь пальцами в её ягодицы, удерживая её на месте, пока вылизываю её. Но слишком скоро я отстраняюсь, встаю и помогаю ей подняться со стола. Я оборачиваюсь, и она смотрит на меня с ошеломлённым, почти безумным выражением лица. Но я ещё не закончил с ней.
Я подхожу к стулу за столом, сажусь, обнимаю её за талию и поднимаю так, чтобы она теперь сидела передо мной.
— Положи ноги на подлокотники стула, — требую я, глядя ей в глаза.
Когда она в той позе, в которой я хочу её видеть, я смотрю на раскрытую передо мной пизду. Она так чертовски готова ко мне, так готова к моему члену. Но сегодня я не собираюсь её трахать. Есть вещи, которые мне нужно обсудить с Лолой, прежде чем я заберу эту хорошенькую вишенку как свою.
Я протягиваю руку и хватаю её за задницу, подтягивая её вперёд так, чтобы её зад оказался прямо на краю стола. И тогда я снова начинаю её пожирать, я лижу и сосу, пробуя каждую часть её киски, пока её живот не начинает вздыматься вверх и вниз, и она просит меня ещё.
И как только я это делаю, Лола начинает покачивать бёдрами вперёд и назад. Она держит руки за спиной, напрягаясь, чтобы получить больше удовольствия. Она трётся своей киской о мой рот, о мою бороду, вскрикивая, приближаясь к оргазму. Я сижу и позволяю ей делать своё дело, позволяю ей кататься на мне, пока она не вскрикивает и не кончает мне в рот.
Я лакаю её соки. Большими пальцами я раздвигаю её половые губы и облизываю каждый её дюйм. Я провожу языком вокруг её клитора, пока она не начинает умолять меня остановиться, говоря, что она слишком чувствительна. Только тогда я отстраняюсь, её крем покрывает мой рот и бороду, её удовлетворение наполняет меня.
— Ты моя.
Слова исходят от меня сами по себе, требовательные и высеченные в камне. Её рот открыт, она тяжело дышит, её грудь поднимается и опускается, её сиськи приподняты и выпячены, соски тверды.
— Я твоя.
Да, чёрт возьми, она моя.
Глава 9
Лола
— Посмотри на меня, Лола, — командует Райкер.
Я неловко стою у двери — теперь полностью одетая, опустив голову, и пытаюсь осознать то, что только что произошло. Это всё, о чём я мечтала, может быть, даже больше, но теперь, когда всё закончилось, я не уверена, что будет дальше и как мне действовать. Я не знаю, чего Райкер ожидает от меня. Нет, я знаю, чего он ожидает… всего. Всю меня. В результате я стою здесь, как кукла, используя всю свою смелость, чтобы просто поднять голову и посмотреть Райкеру в глаза.
В ту минуту, когда я это делаю, я вижу в его взгляде чувство собственности. Я вижу удовлетворение на его лице. Я также вижу признаки своего возбуждения на его усах и бороде. Я чувствую, как моё лицо горит, и понимаю, что краснею. Резкие морщины на лице Райкера смягчаются, и он подходит ближе, обхватывает меня рукой за шею и притягивает к себе. Он высокий и мускулистый, но он окружает меня, и я чувствую себя рядом с ним крошечной и женственной. Я чувствую себя защищённой и в безопасности. Именно так. Это странное ощущение, но я должна его признать. Райкер заставляет меня чувствовать себя в безопасности.
 
— Ты моя, — он повторяет свои прежние слова, и я не могу сдержать лёгкую улыбку, которая расплывается на моём лице, потому что он говорит, как пещерный человек.
— Я знаю, — признаю я.
— Тебе стыдно? — спрашивает он рычащим голосом. Другая его рука поднимается и держит мою голову, не давая мне отвести взгляд. На его лице отражается эмоция, которую я не могу назвать, но она заставляет меня чувствовать, что мой ответ имеет больший вес, чем я могу понять.
— Нет. Конечно нет, — бормочу я. Ничто не могло заставить меня стыдиться того, что мы только что сделали. У меня такое чувство, будто я хотела этого всю свою жизнь. Часть меня до сих пор задаётся вопросом, действительно ли это произошло. Может быть, мне так долго это снилось, что это всего лишь очередная фантазия, и я проснусь, а ничего этого не было.
— Тогда почему ты вдруг стала такой застенчивой, хотя несколько минут назад ты каталась на моём лице и просила большего?
Его вопрос заставляет меня немного дёрнуться от смущения, но больше потому, что я чувствую, как новая волна возбуждения прокатывается по мне, делая меня ещё более влажной. Моё тело мгновенно жаждет облегчения, которое, я знаю, может дать мне только Райкер. Он — запретный плод, и теперь, когда я попробовала его, мне хочется большего.
— Слим, — начинаю я, но затем останавливаюсь, не зная, как это объяснить.
— Он посягал на тебя, Лола? Он тебя касался? — Райкер рычит, его хватка становится сильнее, теряет нежность и становится почти болезненной.
— Нет! Я никогда не думала ни о ком в таком ключе, кроме тебя, Райкер. Просто он… Они все знают, что мы здесь делали. Это… смущает.
— Ничто из того, что мы делаем вместе, никогда не смутит меня. Это не должно смущать и тебя. Ты принадлежишь мне, Лола. Ты отдашь мне своё тело, когда, как и где я скажу. Ты понимаешь? — спрашивает он, и его откровенные слова должны бы беспокоить меня, но это не так. Они заставляют моё тело краснеть.
— Да, Райкер, — отвечаю я, не в силах сказать больше ничего. Я загипнотизирована тёмными обещаниями, заключёнными в его взгляде. Мой ответ, кажется, ему понравился, потому что его хватка становится мягче, и он проводит большим пальцем по моей щеке.
— Хорошая девочка, — говорит он, а затем, как будто хваля меня, целует меня в лоб самым сладким поцелуем, который я когда-либо получала. — Мы вернёмся к тому, чего я хочу, Лола, когда придёт время, — добавляет он и выглядит явно грешным, когда даёт это обещание. От этого взгляда у меня подкашиваются колени. — Скажи мне, что именно ты имела в виду, когда сказала, что никогда не думала отдать себя кому-нибудь, кроме меня. Это правда?
Я сглатываю, нервы сдают меня, но я пробиваюсь сквозь них. Сейчас не время слабеть, не тогда, когда я могу оказаться на грани того, чтобы получить всё, что я когда-либо хотела.
— Да. Я всегда хотела, чтобы моим первым был ты, — говорю я ему, призывая всё мужество, о котором я даже не подозревала.
— Твоим первым? О чём именно ты говоришь, Лола? — спрашивает он, но Райкер знает о чём я говорю. Истина читается на его лице, и я читаю её ясно, как божий день. Однако он хочет, чтобы я рассказала ему, и, поскольку я зашла так далеко, я могла бы прыгнуть в омут с головой.
— Я хочу… я всегда хотела, чтобы ты был тем мужчиной, который лишит меня девственности, Райкер, — признаюсь я ему и, хотя моё лицо горит, я не спускаю с него взгляда.
— Я слишком стар для тебя — отвечает он, но я могу сказать, что ему нравится то, что я сказала.
— Поэтому ты знаешь, как сделать всё хорошо для меня, — говорю я ему, а затем, поскольку не могу остановиться, поднимаю руку, чтобы прижать её к его руке. — Ты можешь сделать это приятным для нас обоих, научи меня, как доставить тебе удовольствие.