Шлак 5.0 (СИ)

На улице мы выстроились клином и побежали к баракам. Высокая трава хлестала по бёдрам. Справа поднялась громада зрительских трибун. Что-то выпрыгнуло из-за угла, но за нами не погналось, только заскулило. А позади ночную тишину разорвал уже ставший привычным визг язычника.
  
Глава 7
 
Заночевали мы в том же бараке, в котором я валялся раненый. Забаррикадировали вход и выключились. Утром поступило сообщение:
Требование проекта: заменить зарядные устройства. Техник ожидает вас.
Я с трудом разлепил глаза, прочитал. Где ж он нас ожидает… Вопрос, скорее, риторический, было слышно, как на улице надавили клаксон.
— Что там, Дон? — сонно прохрипел Мёрзлый.
— Зарядные устройства надо поменять. Техник на улице…
— Ага… Займись этим.
Ну разумеется, кто ж ещё!
Я поднялся, тряхнул головой. Часы на планшете показывали начало седьмого. Стандартное время начала съёмок — десять часов. Какого хера…
Собрал камеры, повесил винтовку на шею и направился к выходу. Забаррикадировали мы его будь здоров: ящики, кирпичи, какое-то бревно. Откуда оно здесь взялось? Тяжёлое, падла… Зато пока разбирал, проснулся. Техник не уставал сигналить, от его гудения у меня заломило затылок.
Выбравшись на свежий воздух, я увидел платформу. Она стояла напротив барака, техник сидел в кабине, кузов пустой.
— Ты за шнурок себя подёргай, так звук громче получится, — раздражаясь, сказал я.
— Какой шнурок?
— Тот, что у тебя меж ног болтается. Задолбал ты уже звонить.
— Ни хрена не смешно. Сигнал тварей отпугивает. Думаешь, по кайфу тут в одиночку сидеть? Ты вон хеком обзавёлся, а у меня револьвер старенький. Против стаи язычников это всё равно что плевок против ветра.
— Что ж тебе охрану не выделят? Где не надо, вы десяток бойцов с калашами суёте, а в Развал всего-то одного ссыкуна с пистиком отправили.
— Я не ссыкун. Давай поменяемся: тебе револьвер, мне хек. Чё, не хочешь?
— Да я б с тобой не только оружием, но и местами поменялся. Чё, не хочешь?
Техник обиженно задышал, но крыть было не чем, я прав по всем вопросам. Кабина платформы далеко не самое опасное место в Развале, а вот участие в шоу…
— Ладно, махнул он рукой, — погрызлись и хватит. Давай оборудование.
Я передал ему камеры и планшет. Он заменил аккумуляторы, вынул из сумки новый планшет.
— Держи.
— И всё?
— А чё те ещё надо?
— Не, ну у нас тут как бы не чемпионат Территорий по шашкам, на месте не сидим, двигаемся, энергию тратим. Мяса хотим, понимаешь?
— Мяса? Оно вокруг вас стаями бродит, лови да жарь…
Я схватил его за рубашку, притянул к себе.
— Слышь, любитель дичи… Ты своим передай, чтоб завтра еды нормальной прислали, а иначе батарейки свои пусть друг другу в жопу засовывают. Мозги заряжать, ок?
Свободной рукой техник потянулся к револьверу, но я выдернул его из кабины, швырнул на дорогу и приставил ствол винтовки ко лбу.
— Я ща отниму твою пукалку, сожгу нахер платформу, и пойдёшь ты до Депо пешком. Как думаешь, на каком перекрёстке тебя багет встретит?
Он зашипел что-то про Свод законов Загона, но руку от кобуры убрал, видимо, понял, что плевать я хотел на любые своды.
— Ладно, ладно, всё… Шлак! Понял я!
— Молодец, раз понял. Можешь ехать.
Глядя на меня озлобленным попугаем, техник залез в кабину и рванул с места с пробуксовкой. Только дым от покрышек пошёл.
Я вернулся в барак. Мёрзлый и Гук смотрели на меня через дверной проём и посмеивались.
— Он лицо подневольное, Дон. За что ты его так?
— А нехер… Корм для камер привёз, а для людей… Я на голодный желудок зрителей радовать не желаю.
— На тебе листик. И ещё один. Два листика. Жуй и становись добрее.
Обманув голод листьями, мы двинулись к универсаму. Судя по карте, отметки четырёх тайников были веером разбросаны по центральной части города, пятый находился в промзоне. Окрылённый успехами прошедшего дня, я предполагал, что мы будем зачищать их в порядке очередности, ну или зачистят нас, тут уж как повезёт. Однако в планы Мёрзлого столкновения с охотниками больше не входили, и он вёл нас так, чтобы избежать ненужных встреч. Мозгоклюю это вряд ли нравилось. Зритель скучал, рейтинги падали. Какое-то время режиссёры крутили старые кадры, но когда стало ясно, что вчерашней веселухи они не дождутся, планшет затрезвонил:
 
Требование проекта: осуществить нападение на ближайший тайник.
Мёрзлый запретил отвечать. Я покрутил планшет в руках и убрал в карман. Однако через минуту прилетела напоминалка:
Требование проекта: немедленно произвести нападение на ближайший тайник. В противном случае против вас будут направлены две ближайшие группы охотников.
— Командир, они грозят санкциями.
— Какими?
— Обещают бросить против нас сразу две группы.
— А что не три? — усмехнулся Гук.
— Где ближайший тайник? — уточнил Мёрзлый.
— В полутора километрах к юго-западу. Вроде бы школа бывшая, обозначена как «уч. з.». Учебное заведение, наверное. Если не сменим курс, пройдём совсем рядом.
— Сколько оттуда до универсама?
— Около пяти километров.
— Ну тогда скажи, что мы на эту школу нацелились. Пусть готовятся к съёмкам.
Я отбил ответ:
В течение часа атакуем учебное заведение.
На подходе к точке все камеры должны быть включены.
До школы мы добрались минут за пятнадцать. Мёрзлый уверенно вёл нас по Развалу, не путаясь в хитросплетениях улиц и переулков, хотя карта была только у меня. Шли большей частью дворами, срезая углы широких кварталов. В зарослях на грани восприятия копошились твари, и от этого копошения кожа покрывалась мурашками. Сложно оставаться спокойным, не имея в крови нанограндов. Один раз дорогу заступили два язычника, слишком молодые и нетерпеливые, чтобы быть умными. Мёрзлый не остановился, не умерил шаг, только вынул тесак из ножен. Кусты неподалёку дрогнули, послышалось шипение, и язычники исчезли, не иначе мама позвала.
Обогнув школу, Мёрзлый прибавил шаг, а потом и вовсе переключился на бег. Спустя десять минут засигналил планшет.
Требование проекта: вернуться к учебному заведению.
Я проигнорировал сообщение.
В небе зашелестели пропеллерами два коптера. Один снизился и на бреющем прошёл над нашими головами, словно специально привлекая внимание, потом пристроился с боку, двигаясь с одной с нами скоростью. Второй покрутился над крышами бараков и ушёл за деревья.
— Подходы определяют… — прохрипел за моей спиной Гук. Он дышал с посвистом, бег давался ему тяжело.
Требование проекта: немедленно вернуться к учебному заведению! Иначе вы будете объявлены вне закона!
— Командир, грозят объявить нас вне закона. Пошлют против нас кучу особых сотрудников с полномочиями законников. Однако, беда.
— Значит, игры закончились, — не оборачиваясь, проговорил Мёрзлый. — Дальше всё будет по серьёзке.
Можно подумать, до этого были шуточки. Двадцать четыре тела позади остались…
— Камеры сбрасывайте, больше они ни к чему. Сколько до универсама, Дон?
— Три километра.
Мёрзлый сбавил скорость и взглянул на Гука.
— Устал?
— Есть малость. Отвык я от рейдов. Да и нет у меня вашей бесконечной выносливости.
— Терпи. Дон, возьми его рюкзак.
Дополнительная ноша проблемой не стала. Я забрал рюкзак, повесил на плечо. Пробежав несколько километров, я даже не запыхался, словно и не бегал вовсе. А вот Гук заметно сдал. Старался держаться бодрячком, улыбался, но по лицу обильно тёк пот, а дыхание походило на хрип подыхающего паровоза, хотя на сборе крапивницы я и близко к нему по показателям приблизиться не мог.
Со стороны Анклава подлетел ещё один коптер. Мы только что пересекли улицу и прошли мимо обгоревших развалин дома, где пшек насиловал Малку. Отсюда до универсама двадцать минут ходьбы. Места эти стали уже настолько знакомы, что я и сам мог провести здесь кого угодно и куда угодно.