Я вырубила его одним ударом (СИ)

— Когда же этот музыкальный автомат заиграет что-нибудь интересное? Эта музыка меня усыпит, — спрашивает Амара, отвечая на мои мысли прежде, чем я успеваю спросить.
— По-моему, эта музыка довольно приятная, — говорю я, заслужив удивлённый взгляд обеих женщин.
— Что ты курила в последнее время? — растягивает слова Амара.
Я не могу не рассмеяться над этим.
— Вы обе просто капризничаете. Думаете, ваши зрители хотят это видеть? — спрашиваю я, когда они оба устремляют свои взгляды в мою сторону.
— Нет. Они хотят, чтобы ты пошла туда и переключила эту чёртову песню, — огрызается на меня Амара.
— А заодно найди своего мужчину. Если не будешь осторожна, Джойс его уведёт, — говорит Джей.
— После фильма, который он заставил меня посмотреть вчера вечером, она может забирать его себе, — шучу я, оставляя их и направляясь к музыкальному автомату. И я позволяю себе отвлекаться по пути, здороваюсь с другими и приглашаю ещё парочку встать и потанцевать. Так что когда песня заканчивается, я оглядываюсь назад и пожимаю плечами, как будто просто не успела вовремя, чтобы переключить её.
Неожиданно, но далее включается более современная песня… если считать 80-е годы современностью. И за последние два года я слышала её слишком часто.
Это песня — заглавная песня к фильму «Голый пистолет», высокий трубный ритм, который был проклятием моего существования. Деклан смотрел эту трилогию так много раз, что, к сожалению, я могу многое из неё процитировать, хотя и часто уговариваю его целоваться со мной во время просмотра.
Я бросаю взгляд туда, где замечала его в последний раз, и вижу, что те немногие, кто рискнул потанцевать, пробираются к своим местам, а медсестры и воспитатели помогают им. А Деклан сейчас стоит у музыкального автомата, прислонившись к стенке, притопывает ногой и наблюдает за мной.
На нём синий смокинг, накрахмаленная белая рубашка, на губах улыбка. Но сейчас мне больше всего в нём нравится его борода. Она подстрижена и ухожена. Я не могу унять дрожь каждый раз, когда чувствую, как она царапает мою кожу. Он сказал, что отрастил её специально для меня, поскольку я постоянно упоминала об этом, но я знаю, что ему нравится носить бороду.
Я никогда не забываю, какой он красивый, но иногда меня это до сих пор поражает.
Мой мужчина — красавчик. Бородатый, сексуальный красавчик.
Он машет рукой, подзывая меня, и, хотя мне хочется швырнуть чем-нибудь в музыкальный автомат, чтобы тот заткнулся, я жду, чтобы посмотреть, что задумал Деклан.
Он встречает меня на полпути, и как только его руки оказываются на мне, он к большому восторгу нашей толпы наклоняет меня низко-низко. Прежде чем я успеваю перевести дыхание, Деклан притягивает меня к себе, покачивая нас некоторое время, затем кружит меня снова и снова.
Я смеюсь, задыхаясь, но его улыбка слишком заразительная, чтобы её игнорировать. И когда мелодия подходит к концу, он кружит меня в последний раз так быстро, что у меня кружится голова, и я теряю его хватку.
Я восстанавливаю равновесие, не дав себе упасть и всё ещё смеясь, а когда оборачиваюсь, то вижу Деклана, стоящего на коленях с крошечной коробочкой в протянутой руке.
Я ахаю, и это звучит так слащаво, что я немного себя ненавижу, прежде чем делаю несколько шагов и оказываюсь прямо перед ним.
— Что ты делаешь? — у меня перехватывает дыхание.
— Ты выйдешь за меня замуж, — говорит или, скорее, требует Деклан, открывая коробочку, чтобы показать мне красивое кольцо с бриллиантом.
Я не могу сказать, что это неожиданно, поскольку мы стали жить вместе полтора года назад и много говорили о браке и детях, но я никак не ожидала этого сейчас, не здесь, в доме престарелых, и не под песню из «Голого пистолета»!
— В этом предложении есть вопрос? — спрашиваю я сквозь комок эмоций в горле.
— Мы поженимся, и у нас будет много потрясающего секса, если ты позволишь.
— Это всё ещё не вопрос, но мне нравится упоминание потрясающего секса. Как насчёт того, чтобы попробовать ещё раз?
Он тяжело вздыхает, слегка ёрзая на колене.
 
— Ты выйдешь за меня замуж, Саша Дженнингс?
— Хм… — я постукиваю себя пальцем по подбородку, поджав губы, и серьёзно обдумываю его вопрос. Ну, я притворяюсь, что думаю. Внутри я подпрыгиваю, и у меня чертовски кружится голова.
— Саша! Ты меня просто убиваешь! — Деклан стонет, обводя взглядом помещение, где мы окружены ходунками, инвалидными колясками и множеством старичков и медсестёр, которые, затаив дыхание, ждут моего ответа.
Если уж на то пошло, кажется, что моё оттягивание ответа может убить немало людей.
— Да! Я выйду за тебя замуж! — кричу я достаточно громко, чтобы все слышали.
Деклан заключает меня в объятия и целует, вызывая одобрительные возгласы и охи нашей маленькой толпы, а также хлопки и несколько слезинок.
— Этот выпуск побьёт все рейтинги! — кричит Амара, и я смеюсь, прерывая наш поцелуй.
— Я сказал им, что сделаю это здесь, но я не собираюсь жениться здесь. Их воображаемая съёмочная группа обычно везде следует за ними, так что нам просто нужно обязательно пригласить их на свадьбу, — бормочет Деклан.
Я смеюсь, но в то же время киваю. По-другому и быть не могло. Мы стали хорошими друзьями, и мне нравится, что я вижу в них много от Мод.
Когда снова начинается та же мелодия, под которую мы только что танцевали, я дразняще хлопаю его по руке.
— Серьёзно? Вот какую музыку ты выбрал, чтобы сделать мне предложение?
— А что? — он пожимает плечами, но его улыбка ни на йоту не уменьшается. — Я сомневаюсь, что смогу выбрать музыку на свадьбе, поэтому решил, что лучше сделать предложение правильно.
Я качаю головой, но не могу перестать улыбаться.
— Тебе повезло, что я люблю тебя, Деклан Локвуд.
— О да.
— Говнюк! — я снова в шутку шлёпаю его.
Когда он целует меня, я быстро забываю, что мы слушаем. Вместо этого я смеюсь, когда старички начинают возвращаться на танцпол и красоваться своими движениями.
— Определённо победитель рейтингов! — кричит Амара, а Джей машет рукой, привлекая наше внимание.
— Не забудьте назвать своих детей именем на букву «Джей»!
— Невероятно, — Деклан качает головой, разворачивая нас так, чтобы мы оказались спиной к двум женщинам.
— Жаль, что Мод не могла быть здесь и не видела этого.
Улыбка Деклана становится грустной.
— Ей бы это понравилось. Понравилось бы, что мы вместе.
— Да, и она бы дала тебе подзатыльник за то, что ты не выбрал более романтичную песню.
— Саша, это романтично, — возражает он.
— В каком месте?
— Это наша песня.
— В каком месте это наша песня? — тут же возражаю я. Ни за что не позволю ему уйти от ответа.
— Это первый фильм, который мы посмотрели вместе, и я считаю это нашим первым свиданием, — на его лице играет самодовольная улыбка.
— Ты же не серьёзно… Не может быть, чтобы это… — я делаю глубокий вдох, пытаясь найти лазейку, и не могу. — О, боже мой. Это наша песня, — хнычу я, отчего его улыбка возвращается в полную силу.
— Добро пожаловать в нашу новую традицию празднования годовщин!
— Думаю, мне больше нравится традиция Авы с Зандером.
— Что, угонять его машину?
— Нет, заниматься горячим сексом в туалетах. Так что, — говорю я, закатывая глаза, — классно ты придумал традицию — смотреть этот нелепый фильм. Отправлять тебя в нокаут было бы лучшей традицией или, по крайней мере, более приятной.
При этих словах его брови приподнимаются. Очевидно, он не знал о Зандере и Аве. Затем он притягивает меня ближе к себе и прокладывает дорожку поцелуев от моих губ к уху, где задерживается.
— Ночь ещё не закончилась. Давай ты вырубишь меня после того, как я доведу тебя до нескольких оргазмов?
Я вся трепещу от его слов и решаю, что справлюсь с этим ужасным фильмом, если смогу получить от него потрясающий секс.
В конце концов, семейная жизнь, возможно, не так уж и плоха.