Я вырубила его одним ударом (СИ)

— Она любила письма, которые ты посылала ей, когда училась в колледже, — раздается голос Деклана за моей спиной. Мгновение спустя я чувствую тепло его тела. Может, он и не прикасается ко мне, но у меня такое чувство, что он всё ещё на расстоянии одного вздоха.
— Ну, её мобильный телефон вечно был выключен, — объясняю я.
— В половине случаев она не знала, как включить его, не говоря уже о том, чтобы держать его заряженным, — говорит Деклан с улыбкой в голосе. Я знаю, что он много раз пытался научить её пользоваться мобильным.
В доме престарелых, где она жила последние пару лет своей жизни, не было отдельных стационарных телефонов, поэтому чтобы поговорить с ней напрямую и в любое время суток, нужен был мобильный телефон.
— Я всегда с нетерпением ждала её ответов, — не то чтобы у меня было много писем от неё. У Мод были проблемы с руками, и вскоре она просто перестала писать в ответ. Она написала извинения в качестве своего последнего письма ко мне и попросила продолжать писать и навещать её, когда я вернусь домой, чтобы она могла ответить на мои письма лично. Но она умерла до того, как я успела приехать к ней.
Деклан кладёт руки мне на плечи, и мы оба смотрим на её фотографию, вспоминая времена, когда она была жива.
Смерть — это отстой. Ужасная вещь, которой никому не избежать. Хотя от осознания этого легче не становится.
— Она всегда просила меня быть с тобой повежливее, — признаётся он.
— Похоже, ты никогда не прислушивался к этому совету.
— Нет, не прислушивался, — теперь его голос мягко, и часть меня задается вопросом, что бы его бабушка подумала обо мне и Деклане прямо сейчас. Мы определенно не близки к тому, чтобы быть друзьями, но между нами происходит что-то странное. Что-то изменилось, пусть даже на мгновение. Хотела бы она этого для нас?
Я стряхиваю с себя мысли о Мод вместе с ощущением меланхолии, которое окутывает нас, и отхожу от Деклана и фотографии, протискиваясь мимо него и ненавидя себя за то, что вообще замечаю его.
— Итак, где я могу расположиться?
— У меня есть свободная комната, — сообщает он мне немного серьёзным тоном. Я знаю, что это из-за того, как близок он был с Мод. Она была ему больше матерью, чем бабушкой. Она воспитала его, хотя у неё не было на это ни сил, ни денег. Как бы то ни было, она работала изо всех сил, чтобы обеспечить его.
Я знаю, его убивал тот факт, что она работала, хотя была уже на пенсии, но их любовь друг к другу, с лихвой компенсировала ей все тяготы. Она, возможно, и хотела бы, чтобы родители Деклана были в состоянии заботиться о нём, но она никогда не жалела, что стала такой важной частью его жизни.
Деклан берёт мой чемодан и идёт по узкому коридору.
Прежде чем сделать несколько шагов вперёд, я замечаю пианино, стоящее в углу.
— Ты играешь на пианино? — я таращусь на него, гадая, кто же, чёрт возьми, этот мужчина.
— Не особенно, — он слегка пожимает плечами, уже проходя мимо инструмента и открывает новую дверь, давая мне знак войти.
— Что это значит? — я стою на своём, ничего не понимая.
— Я знаю пару мелодий, но не играл на нём больше года.
— Тогда зачем оно тебе? Пианино ведь не совсем дешёвое, — замечаю я, наконец-то подходя к нему и входя в его свободную спальню.
Она довольно милая, простая и с самой необходимой мебелью. Стыдно признаться, но моя свободная комната забита всяким хламом. У меня там есть запасная кровать, но она зарыта глубоко под одеждой, мебелью, от которой мне нужно избавиться, и другим хламом, который я никак не могу выкинуть.
— Оно принадлежало Мелоди, — наконец говорит он мне.
— Кто это? — я ищу в памяти это имя и ничего не нахожу.
— Ну, та женщина, с которой я встречался некоторое время.
— У меня нет ни малейшего представления о женщинах, с которыми ты встречался. Пианино кажется немного эксцентричным. Как она занесла его сюда? Незаметно притащила во время одного из ваших свиданий? — шучу я, пока моё сердце бешено колотится в груди. Почему я нервничаю из-за его ответа?
— Когда она жила здесь, то привезла его с собой. Когда мы расстались, она решила переехать в Нью-Йорк. Перевозить пианино было слишком дорого и сложно. Я просто не успел его продать.
 
— Жила здесь? Ты жил с женщиной? И когда же? Как долго? — требовательно вопрошаю я, уперев руки в бока, и мой тон выдаёт, как важно мне узнать всё до мельчайших деталей. По какой-то причине незнание сильно раздражает меня.
— Ты знала, что я живу с Мелоди, — говорит он, нахмурившись. — Мы расстались пару лет назад. Она прожила со мной около года.
— Как долго вы встречались, прежде чем решили жить вместе? — мой голос звучит более обвинительно, чем я хотела бы, но, чёрт возьми, я зла!
Понимаю, что мы не играем большой роли в жизни друг друга, но как, чёрт возьми, я упустила эту важную информацию?
— Не знаю… может, год? — он говорит неуверенно. Такое чувство, что он скорее не уверен в моей реакции, чем в своём ответе.
— Ты встречался с женщиной два года, а я даже не знала об этом? — моя головная боль снова становится невыносимой.
— Ну, я не держал это в секрете от тебя, — защищается он, и при следующих словах на его челюсти подёргивается мускул. — Уверен, что ты встречалась с парнями, о которых я никогда не знал.
В чём-то он прав. Я почти никогда не представляла Зандеру и Джоуи мужчин, с которыми встречалась, но и и тех немногих, кого я сочла достойным этой чести, я никогда не представляла Деклану, потому что не видела в этом надобности. И между прочим, я никогда ни с кем не жила. Я бы, несомненно, об этом рассказала, если бы такое случилось. Почему никто не проболтался мне, что Деклан живёт с кем-то?
— Она единственная женщина, с которой ты жил?
— Кроме моей бабушки, да.
— Ты был помолвлен? Может, ты женат? Сколько у тебя детей? — спрашиваю я шутливым тоном, хотя часть меня задаётся вопросом, чего ещё я не знаю о Деклане.
— Нет на все три вопроса, — похоже, он раздражён. — Сама здесь устроишься? Мне нужно сходить в цветочный магазин и поговорить с моим приятелем-копом.
— Насколько можно доверять этому копу? — спрашиваю я. Всего пару лет назад нас всех сильно подставил полицейский, который был близок нам. Отец Арти, которому мы все думали, что можем доверять, в конце концов, попытался убить Зандера. Поэтому неудивительно, что мы все немного нервничаем в присутствии полицейских. Особенно когда несколько человек были арестованы за бардак, который Ава обнаружила примерно в то же время. Зандер, возможно, и завёл несколько друзей в правоохранительных органах после той огромной драмы, но я не настолько готова всё простить и забыть.
— Он хороший парень. Ну что, ты в порядке?
Я снова оглядываю комнату, смотрю на уютную кровать, на которой через несколько минут свернусь калачиком, а затем снова перевожу взгляд на Деклана.
— Ты не обязан этого делать, — говорю я, давая ему возможность отказаться. — Я знаю, что у тебя такое же похмелье, как и у меня. Я могу поручить это Джоуи. Он казался нормальным, когда мы все были в аэропорту. Возможно, он даже был бы благодарен за возможность сбежать от Кей.
— Нет, — быстро возражает Деклан, качая головой. — Я сам разберусь с этим. Позвони мне, если что-нибудь случится. Я принесу домой немного еды на ужин. В остальном у меня есть немного мяса для бутербродов в холодильнике. Если ты проголодаешься, оно ещё не должно было протухнуть. Хлеб в морозилке.
При упоминании о еде мой желудок начинает бунтовать, но я ухитряюсь слабо кивнуть и не выблевать ранее выпитую воду.
— Спасибо.
— Не за что, — он говорит искренне, бросая на меня последний взгляд, и уходит.
Я стою в коридоре и смотрю, как он берет новую бутылку воды, яблоко из довольно полной вазы с фруктами и уходит.
Обычно я бы использовала эту возможность для того, чтобы основательно пошариться везде, но всё, чего я хочу — это забыться сладким сном. Поэтому, даже не сняв ничего, кроме ботинок, я падаю на кровать и отключаюсь за считанные секунды.