Я вырубила его одним ударом (СИ)

Моя тёмная кожа контрастирует с его светлой — ещё одна вещь, которая делает наши различия очевидными. Интересно, всё было бы по-другому, если бы я не была так непохожа на него?
Хотя Деклана определённо не заботит цвет моей кожи, во мне явно есть что-то, что ему не нравится. Я знаю, что частично это деньги моих родителей. Много раз в моей жизни он отпускал подколки по этому поводу. Не понимаю, почему он судит меня по тому, что у них есть. Я часто задавалась вопросом, вдруг его неприязнь ко мне вызвана чем-то большим.
Я хороший человек. Ну, думаю, что хороший. Я жертвую на благо общественности своё время и деньги, когда могу себе это позволить. Обычно хорошо отношусь к людям, если они не заслуживают иного. И я никогда не была склона к драматизму. У меня хорошая жизнь, хорошие друзья и вообще хорошее отношение ко всем, так почему Деклан так презирает меня?
Он всегда подначивает меня, всегда быстро судит и огрызается на меня. Другие замечают это, но никто и никогда не мог ответить на вопрос, почему он так себя ведёт. Нам почти по тридцать лет. Ну, вообще-то, Деклану только что исполнилось тридцать. Я младше него на три года. Но почему же он всё ещё держится за то, что недолюбливает во мне?
Я не говорю, что мы обязаны любить друг друга до полусмерти, но мы должны, по крайней мере, быть друзьями.
В последний раз, коснувшись его подбородка, я откидываюсь назад и тянусь к тому месту, где оставила бутылку с водой. Затем выливаю все её содержимое на лицо Деклана.
Этого достаточно, чтобы привести его в чувство, и после стона, подняв обе руки к его голове и одной ладонью мягко проведя по красному пятну, он прищуривается и смотрит на меня.
— Ты ударила меня! — обвинительно заявляет он.
— Ты подкрался ко мне! — огрызаюсь я в ответ.
Вот так всегда между мной и Декланом, с тех пор как мы были детьми. Он никогда не говорит со мной нормально или обычно. Он всегда зол, раздражен или возмущен. Святая троица эмоций.
— Я звал тебя по имени, а ты просто не обращала внимания, — он говорит это так, словно я единственный человек в мире, который когда-либо терялся в своих мыслях.
— Ну, отличная идея была подойти ко мне поближе, пока я выбивала дерьмо из этой дурацкой груши, — парирую я, уже чувствуя, как исчезают все теплые чувства, которые начали пробиваться из-за угрызений совести.
— Боже, как же ты меня раздражаешь, — он качает головой, вытирая мокрое лицо футболкой. Мои глаза выдают меня, когда я смотрю на подтянутый пресс Деклана.
Тупой, но горячий придурок.
— Взаимно. Есть ли причина, по которой ты бесишь меня прямо сейчас? Или ты просто пытаешься заполнить свою дневную норму, а мы немного отстаём? — спрашиваю я, тряхнув головой, чтобы взять себя в руки. Отвлекаться, пока Деклан в таком настроении, приведёт лишь к новым оскорблениям, пока я буду выглядеть рыбой, выброшенной на берег.
— Я просто хотел сказать, что ты опоздаешь, если не уйдёшь в ближайшее время.
— И это всё? — я закатываю глаза, зная, что это раздражает его до чёртиков. — Знаешь, я умею ориентироваться по часам.
Он прищуривается и смотрит на меня. Голубой цвет его глаз мог бы точно соответствовать солнечному, голубому небу, но я всегда вижу только грозовые тучи, направленные на меня.
— И дай угадаю, ты летишь первым классом на частном самолёте, так что он может подождать тебя, верно?
Я вздыхаю от его очевидной подколки. У Деклана странная одержимость тем, какими финансами обладает моя семья. Не важно, что я не хочу иметь с ними ничего общего, или что я не взяла у них ни цента с тех пор, как закончила колледж. Для него я просто какая-то богатая, избалованная идиотка.
Взглянув на часы, я понимаю, что на несколько минут отстаю от своего графика, так что пора выдвигаться.
Даже не попрощавшись с Декланом, я встаю, хватаю свою пустую бутылку из-под воды и полотенце, которое бросила на штангу рядом с тем местом, где била кулаками, и иду в душ.
Закончив, я надеюсь, что Деклан ушёл, но сегодня мне не везёт.
— От моего удара ты напрочь забыл, что тоже опаздываешь? — спрашиваю я, выходя из душа и закидывая спортивную сумку на плечо.
 
Деклан отрывает взгляд от телефона. Несколько секунд пристально смотрит на меня. Я не совсем понимаю, что означает его выражение лица. Я не шутила, когда говорила, что он использует Святую троицу эмоций только на меня. Лучший взгляд, на который я могу надеяться, направленный в мою сторону от Деклана — это безразличие. Но на этот раз всё по-другому. Я просто не знаю, в чём дело, и это не длится достаточно долго, чтобы я могла понять.
— У твоей машины спустило шину. Помочь тебе поменять её, прежде чем я уйду? — спрашивает он. Меня удивляет то, что его это волнует достаточно, чтобы остаться и спросить. Не то чтобы Деклан был плохим человеком. Если я когда-нибудь действительно буду нуждаться в нём, знаю, что могу рассчитывать на него. Не задумываясь, он пришёл мне на помощь, когда у меня в колледже появился жуткий преследователь. Но спущенная шина вряд ли является чрезвычайной ситуацией.
— У меня нет запаски, — признаюсь я, внутренне застонав, что до сих пор не поменяла шину на нормальную, хотя я уже несколько месяцев езжу на запаске.
— У тебя нет запасного колеса? Да кто в здравом уме ездит без запасного колеса? — лекцию, которую он уже начинает читать, мне совсем не хочется слышать, да и времени на это уже нет.
— Не беспокойся об этом. Я просто вызову такси и оставлю машину у офиса. Здесь будет так же безопасно, как и на парковке аэропорта, — и парковка здесь бесплатная, так что это бонус.
У нас есть собственная подземная парковка для персонала, доступ к которой можно получить только с помощью карточки-ключа и пятизначного кода. Клиенты пользуются той, что находится перед зданием.
Казалось, что такая безопасная парковка для нас — это привилегия, но думаю, что Зандеру отчасти понравилась идея, что его машина в надёжном месте, так как Ава уже однажды угнала его машину со стоянки у нашего последнего офиса. Не то, чтобы эта охраняемая стоянка могла бы помешать ей снова вытворить такое, если бы она захотела, но всё же.
— Ты взяла с собой чемодан с вещами? — недоверчиво спрашивает он.
— Да, он в машине. А что?
Он вздыхает, как будто только что пришёл к какому-то ужасному решению.
— Могу подвезти тебя. Я собирался оставить свою машину в аэропорту.
Я выпучиваю глаза.
— Нет, я поеду на такси…
— Серьёзно, Саш, просто позволь мне отвезти тебя в аэропорт, — рявкает он.
Я поджимаю губы, чтобы не огрызнуться в ответ.
— Ладно. Спасибо, — коротко говорю я ему, поправляя ремень на своей спортивной сумке и направляясь к выходу из офиса.
Мы остались в офисе вдвоём, поэтому я ещё раз проверяю, настроено ли наше новое сообщение на автоответчике, и запираю за нами дверь.
Мы с Декланом молча идём к моей машине, где я меняю спортивную сумку на чемодан. И после неловкого перетягивания каната, когда я отказываюсь отдать свой чемодан, меня насильно освобождают от него, и Деклан несёт чемодан к своей машине.
Я много раз видела его любимый «Шевроле Сильверадо» за те годы, что он принадлежит Деклану, но это первый раз, когда я окажусь внутри.
Деклан идёт чуть впереди меня, и я снова обращаю на него внимание. Не знаю, почему я вообще делаю это, но в его походке есть что-то, что на мгновение приклеивает мои глаза к его заднице.
Ладно, я ведь могу просто посмотреть, даже если никогда не прикоснусь к нему.
Джинсы соблазнительно обтягивают его задницу. Они свободные, но им всё равно не удаётся скрыть его мощные бёдра. Футболка льнёт к спине, под тканью отчётливо видны мускулы.
Кто бы мог подумать, что мышцы спины могут быть такими сексуальными?
Добавьте ко всему мышцы руки, которые несут мой чемодан, хотя у него есть колёсики, и любой нормальный человек катил бы его, и в итоге Деклан — образец мужской красоты, а его очаровательное и красивое лицо просто вишенка на торте.