Вечный день

Несколько солдат неподвижно лежали на земле. Другие, укрывшись за перевернутым грузовиком, беспорядочно стреляли в сторону леса, то и дело залезая в патронные сумки и лихорадочно перезаряжая оружие. Один, с раздробленной ногой, полз к своим товарищам, но тут его настигла пуля, и он, дернувшись, замер. Другой, прятавшийся за воротами, вдруг завалился на спину, раненный выстрелом из-за деревьев. Хоппер поняла, что происходит: вернулись лесовики.
Среди деревьев виднелись четыре огромных стальных листа — перепрофилированные щиты против массовых беспорядков, что ей встречались в Лондоне. Разрисованные из баллончиков непристойностями и карикатурными образами, они яркими прямоугольниками выделялись на фоне окружающей листвы. Нападающие по очереди поднимали щиты и продвигались вперед на пару метров, неизменно встречаемые залпом со стороны солдат. И все же лесовики неумолимо наступали, тоже ни на минуту не прекращая стрелять.
Прежде Хоппер доводилось слышать мнение, что у отщепенцев, нашедших себе пристанище в чащах и болотах, инстинкт самосохранения почти не развит. Дескать, они просто летят валом на врага, воспринимая полученные пули как благословение, разрешение на смерть. Однако на поверку подобное представление оказалось не совсем верным, а точнее, совершенно не соответствующим истине, поскольку никаких самоубийственных выходок со стороны атакующих заметно не было. Напротив, люди за щитами хотели жить. И завладеть оружием противника, его боеприпасами и едой. Элен показалось, что за стальными листами она узнала одного из грабителей, которые несколько часов назад напали на них с Дэвидом, — того, что убежал. Сейчас он держал в руках нечто напоминающее здоровенную трубу — по-видимому, выстрел из этого оружия и перевернул грузовик — и яростно выкрикивал команды.
Оборону за опрокинутым транспортом держал десяток солдат, и еще столько же лежали на земле — кто-то полз, кто-то уже не двигался. Машина Дэвида, как ни странно, выглядела неповрежденной. Хорошо, что они оставили ее в стороне от дома. Если бы им удалось пересечь сад и перебраться через низкую ограду, возможно, они могли бы уехать — подбитый грузовик с группой солдат располагался существенно правее «форда».
— Боюсь, нам не добраться до машины, — проговорила вслух конец своих рассуждений Хоппер.
— Доберемся, — Марк схватил винтовку солдата, сраженного возле двери.
— Погодите. Еще нельзя уходить, — Элен пробежала по коридору назад в кабинет. Блейк и Уорик по-прежнему не двигались. Инспектор сидел, привалившись спиной к стене, женщина лежала ничком, из раны у нее на затылке медленно сочилась кровь. Хоппер перешагнула через нее, выдвинула нижний ящик стола, вытащила оттуда завернутую в полиэтилен пачку документов и сунула себе под куртку.
Развернувшись к двери, она случайно взглянула на Блейка. Тот еще дышал, но еле-еле. На уголке рта у него выступила пена, рубашка почернела от крови. И он смотрел прямо на нее, едва ли, впрочем, отдавая себе в этом отчет. Вдруг стекла дрогнули от очередного взрыва, и тогда Элен бросилась на крыльцо, где ее дожидались Дэвид и Марк.
За короткое время ее отсутствия положение обороняющихся ухудшилось. Солдат, укрывавшийся в разбитой кабине опрокинутого грузовика, открыл дверцу и попытался выбраться наружу по раскаленному металлу, но его практически мгновенно сразила пуля, и он рухнул обратно внутрь кабины. А металлические щиты продолжали наступать. Ближайший находился уже совсем рядом с грузовиком.
— Я укроюсь за стеной сада, — Марк махнул рукой, — и начну стрелять, а вы бегите до стены перед машиной. Переждите, и когда я снова открою огонь, перелезайте через стену и забирайтесь внутрь. Ключи с собой?
— Марк, это глупо. Бежим вместе.
— Как только вырветесь, я уйду через черный ход. А если побежим все втроем, нас запросто перестреляют. Дожидайтесь моего знака, — он навалился на дверь, чтобы оттолкнуть тело убитого солдата, затем выскользнул на крыльцо и бросился через сад.
Хоппер повернулась к Дэвиду. Он стоял с отрешенным видом, вздрагивая при каждой новой серии выстрелов; лицо его побелело. Хоппер хорошо помнила, как потрясло его убийство бородатого налетчика. Она взяла Дэвида за подбородок, он поднял на нее глаза.
 
— Дэвид. Нам надо уходить. Нужно добраться до стены. У тебя ключи от машины? — он покопался в кармане, выудил ключи и уставился на них так, будто видел впервые. Элен заговорила снова: — Когда Марк даст нам знак, нужно будет бежать через сад.
Дэвид кивнул.
За грузовиком теперь оставалось восемь-девять солдат. Они сбились с правой стороны машины, возможно, с целью обойти лесовиков с фланга, и на новой позиции оказались не видны для неприятеля. В следующую секунду половина из них устремилась в атаку, остальные высунулись из-за укрытия и открыли шквальный огонь, прикрывая товарищей. Марк тут же начал палить из винтовки, и его пули зазвенели о ближайший к «форду» стальной щит. Хоппер схватила Дэвида за руку и потащила его через сад. До стены было каких-то десять метров.
На бегу она бросила взгляд на брата. «Давай с нами!» — ей показалось, что она все-таки позвала его вслух, хотя не была уверена. Но из-за грохота пальбы он вряд ли мог ее услышать. Марк, даже не видя их, рубанул рукой воздух, давая знак двигаться дальше, и вновь принялся стрелять. Под звон пуль о щит лесовиков Элен и Дэвид перепрыгнули через низкую ограду и преодолели еще десять метров открытого пространства — на это, казалось, ушла целая вечность, да к тому же каждый шаг отдавался в лодыжке Хоппер мучительной болью.
Дэвид метнулся к водительской дверце. Они почти синхронно оказались в салоне и захлопнули дверцы.
Вдруг заднее левое стекло взорвалось осколками. Элен сначала не поняла, как лесовики смогли попасть в машину с такого расстояния со стороны дома. Она осторожно обернулась и увидела, что на крыльце появилась пошатывающаяся Уорик с пистолетом, вероятно, прихваченным у Блейка. Злобная тварь уже целилась в Марка, стоявшего к ней спиной. Ее первый выстрел ударил в ограду рядом с братом, и тогда он развернулся, однако слишком медленно.
Уорик снова выстрелила, и Марк согнулся и упал на землю. Она выпустила еще пулю в уже неподвижное тело, затем повернулась вправо и дважды нажала на курок. Ее пули звякнули о ближайший щит, а потом лесовики высыпали из-за укрытия и бросились на нее.
Эта сцена была последним, что удалось разглядеть Хоппер. Лихорадочно переключая передачи, Дэвид увозил их с поля боя.
  
42
 
Минут десять Хоппер неотрывно следила за дорогой в зеркало заднего вида, однако никто так и не появился, и тогда Дэвид немного сбавил ход, чтобы поберечь машину на ухабах. Он заговорил первым:
— Как ты?
— Вроде цела. А ты?
— Плечо что-то побаливает, — он указал подбородком.
На куртке оказалась небольшая прореха, вокруг которой успело расплыться небольшое пятно крови. Хоппер достала из своей сумки на заднем сиденье футболку и с силой прижала ее к ране. Дэвид поморщился, и машина вильнула, но он быстро вырулил обратно на середину дороги.
— Ничего страшного. Так, царапина. Как-нибудь залечим.
— Что произошло с Марком? — Дэвид взглянул на Элен, но та грустно покачала головой.
Какое-то время оба молчали. Марк мертв. Она не могла поверить в это. Ее единственная связь с семьей, с этим миром. Она подумала о Лауре и ее детях, оставшихся без отца, пока еще ничего не знавших. Ее вдруг охватила скорбь по брату, тягостная и такая неожиданная.
Но потом, вопреки шоку, вопреки смерти Марка, Элен осторожно улыбнулась Дэвиду. Он уловил перемену в ее настроении и тоже улыбнулся, хотя и едва заметно. Между тем впереди показалась развилка.
— Куда?
Хоппер на секунду задумалась. Дорога, по которой они ехали, в конце концов выведет на шоссе в сторону Лондона.
— Сворачивай направо. В Лондон мы не вернемся.
— И куда мы направляемся? — Дэвид не запрашивал информацию о предполагаемом месте назначения и не требовал подтверждения проговоренного ранее, его занимало нечто промежуточное — идея, медленно приобретающая отчетливые очертания. Как растущая вдали гора, как неспешно приближающийся рассвет.