Свет vs Тьма. Избранная (СИ)
Значит, все, что творилось вокруг меня — это операция под оригинальным названием «Избранная»? Целая многоходовка, однако. Я не сдержала презрительного смешка. Одно радует, что Никита действительно не был в курсе всего этого… Получается, он такая же пешка в этой игре как и я.
Я вновь взглянула на его фотографию и с нежностью провела по ней пальцем, на мгновенье задержавшись на лице, глазах, а потом шраме… А я ведь так и не успела поинтересоваться, откуда он у него…
— Откуда шрам? — раздался прямо надо мной голос Алины.
Я вздрогнула, осознав, что она находится за моей спиной и тоже разглядывает фото Никиты.
— Что? — переспросила я.
— Ты только что сказала, что так и не успела поинтересоваться, у Никиты про его шрам, — ответила та, облизывая ложку от кофе.
Неужели я произнесла это вслух?.. Ох, я последние дни настолько погружена в свои мысли и волнения, что уже не могу следить за своими словами…
— А это, кажется, когда он только в Межзону попал, — тем временем рассказывала Алина, — его, как и всех новоиспеченных нейтралов на полгода оправили на обязательную службу в военный гарнизон при Объединенном Управлении… Это что-то вроде замены наказания Суда. Так вот, служащих там нейтралов время от времени вместе с основным составом военных направляют разрешать те или иные конфликты, возникающие внутри магических рас…
Услышав про этот гарнизон и конфликты магических рас, я сразу вспомнила людей в камуфляже, которые вчера пришли на помощь Благому Двору утихомирить мятежников. Картины пережитого яркими вспышками замелькали у меня перед глазами, вызывая очередной прилив страха. Я зажала голову между ладонями, пытаясь освободиться от них и сосредоточиться на словах Алины, тем более что говорила она о Никите.
— Никиту же, как мне рассказывали, — Темная снова принялась помешивать ложкой кофе, и та то и дело с тихим звоном билась о фарфоровые края чашки, — послали к разбушевавшимся грифонам… Дикие существа, что говорить… Так вот один из этих грифонов и оставил след своих когтей на лице Никитки… Хорошо еще, что глаз не задел… Когти-то у них ядовитые, раны после них долго заживают, бывает, что и залечить их полностью не удается…
Внезапно за дверью послышались шаги, и Алина резко оборвала свой рассказ, проворно выхватив у меня из рук папку. Едва она успела это сделать, как в кабинет зашел Власов. Увидев Темную, он без особой вежливости полюбопытствовал:
— Какими судьбами тебя сюда занесло?
— Зашла с Аней пообщаться, — беззаботно ответила та, пожимая плечами. — Заодно и кофейку твоего выпить… У нас, видишь ли, в отделе как раз сегодня закончился…
— Выпила? — недобро зыркнул на нее Власов.
— Нет, — нагло улыбнулась Алина. — В процессе, так сказать…
— Ладно, Анечка, — неожиданно ласково обратился Светлый уже ко мне. — Пойдемте отсюда… Сейчас мы с вами пообедаем, а после я отвезу вас домой… Сегодня в вашем пребывании здесь нужды нет…
— Как скажете, — сдержанно отозвалась я и начала подниматься, но вдруг оступилась и чуть не упала на место отъехавшего в сторону кресла. Власов сразу же подскочил ко мне, заботливо придерживая за локоть:
— Все в порядке?..
— Да, все нормально, спасибо, — я деликатно высвободила свою руку и направилась к двери. Проходя мимо Алины, заметила, как та ухмыляется, поглядывая на Власова.
— Тебя, Алина, тоже попрошу освободить мой кабинет, — сказал он, стоя уже в дверях. — Если ты до сих пор недопила кофе, можешь взять его с собой… Кружку потом вернешь. Только не забудь вымыть ее.
— Не забуду, — промурлыкала Темная и, игриво смахнув пальчиком невидимую пылинку с плеча Власова, вышла вон.
* * *Никита лишь мазнул взглядом по вошедшей Алине и вновь устремил его в себя. Он почему-то не был удивлен ее появлению здесь, в изолированной комнате с голыми серыми стенами без единого окна.
— Ну вот мы и снова встретились, — протянула Алина с сияющей улыбкой, которая казалось чересчур неестественной на фоне этого унылого места. — Или ты опять не рад меня видеть?..
— Ты пришла что-то сообщить или так, поглумиться? — безрадостно усмехнулся Никита.
— Я здесь по долгу службы, — Алина продемонстрировала свой пропуск.
— О, — Никита вяло изобразил изумление и прочитал вслух: — «младший помощник генерального директора Объединенного Управления со стороны Тьмы»… Так вот ты кто на самом деле…
— А ты думаешь, я все эти годы, пока ты искал свой праведный путь, попросту штаны протирала в офисе? — довольно ухмыльнулась Темная. — Или я зря Академию закончила с отличием?..
— Не сомневался, что ты скажешь что-то в этом роде, — Никита откинулся на спинку жесткого стула и испытующе посмотрел на бывшую подругу. — Значит, ты с самого начала была в курсе об Ане?.. Ты притворялась, что появление у нее сигнума для тебя такая же неожиданность, как и для меня?
— Естественно, — Алина тоже откинулась на спинку своего стула, и теперь они оба сидели в одинаковой позе и напряженно изучали друг друга через разделяющий их стол. — Странно, что ты не почувствовал подвоха… Неужто любовь так застлала тебе глаза?..
Никита оставил это ироничное замечание без внимания.
— Какая роль во всей этой истории была уготована мне? — после некоторой паузы спросил он. — Вы знали, что наши с Аней сигнумы будут так реагировать друг на друга?..
— Нет, не льсти себе, — из груди Алины вырвался смешок. — Тебя вообще никто в расчет не брал. Телохранитель и телохранитель. Нейтрал, сигнум которого никак не может определиться… Открою тебе секрет, к нашей Анечке вообще изначально не собирались приставлять никакого телохранителя… Это Власов выступил с инициативой… Пожалел тебя, решил дать шанс… Пристроил по дружбе, так сказать… Впрочем, польза от тебя все-таки оказалась… Не знаю, что ты там такого сделал, — тут она скабрезно улыбнулась, — чтобы сигнум Ани наконец пробудился… Но то, чего Управление ждало столько лет, наконец произошло… Правда, не в пользу Тьмы. Тебе уже доложили, что твоя ненаглядная стала окончательно Светлой?
Нет, об этом Никита еще не знал. Вчера, когда его привели в Управление, к нему заявился начальник спецотдела из Светлых, усталый лысеющий хмырь с выцветшими глазами, и вкратце рассказал, кем на самом деле была Аня и почему его, Никиту, временно изолировали от нее. «До выяснения всех обстоятельств» — уточнил он и ушел. С того момента Никита больше ни с кем не общался. Оставшись один на один, под замком, в неуютной комнате, похожей скорей на тюремную камеру, он не находил себе места, думая лишь об Ане. Себя он не жалел нисколько, считал, что оказался здесь справедливо, и сигнум, наполненный тьмой только подтверждал его правоту. Правда, сигнум к утру побледнел и снова стал почти бесцветным, но Никиту это не успокоило. Он по-прежнему был уверен, что его нахождение рядом с Аней грозит ей чем-то ужасным и непоправимым. Поэтому будет лучше, если он больше не приблизится к ней ни на шаг, чтобы не причинить еще большего вреда… Особенно теперь, когда стало известно, что она все-таки пришла к Свету. Вот только, знать бы, что с ней все в порядке, ему бы стало намного легче…
— С ней все хорошо? — хрипло поинтересовался он у Алины.
— Вполне. Выглядит, во всяком случае, неплохо. В истерике не бьется, в обмороки не падает, — ответила та. — И это все, что тебя волнует?.. Может, порадуешься за нее? Или позавидуешь?.. Все-таки она опередила тебя. Можно сказать, украла твою мечту… Стала Светленькой… Представляешь, — хихикнула Алина, — теперь ты перед своей Анечкой и ругнуться не сможешь… Ее сразу перекрутит всю, а то и наизнанку вывернет. Ты ведь, как я успела заметить, до сих пор от этой «темной» привычки не избавился…
— Что теперь будет с Аней?
— Опять не о том спрашиваешь, — покачала головой Темная. — Ты бы лучше спросил, что с тобой будет дальше.
Что с ним будет дальше? Никите тоже хотелось бы об этом знать. Он попал в дикую, абсурдную ситуацию, выхода из которого пока не видел. Но самое неприятное, что теперь его дальнейшая судьба зависела не от него самого и даже не от его сигнума, а от решения, которое примут в Управлении. И следующие слова Алины только подтверждали его мысли.