Ложь (ЛП)

Я хорошо использую его отвлечение, вытаскивая пистолет, прикрывая его розами. В конце концов двери лифта открываются.
Внезапно время останавливается. В замедленной съемке мой разум делает целую кучу бесполезных наблюдений. Большой номер в стиле ар-деко с белыми стенами и роскошной мебелью. Черный рояль. Панорамные окна, выходящие на огни Нью-Йорка. Но все это просто фоновый шум для шокирующей сцены передо мной.
Там два мертвых тела, одетых в костюмы и истекающих кровью. Незнакомцы. Никого из тех, кого я знаю. И шесть человек, наставивших оружие друг на друга. Некоторые из них были в балаклавах. Один из них заметно меньше остальных. Возможно, женщина.
На противоположной стороне комнаты, лицом ко мне, стоят Том и Медведь, и я могу лишь мельком увидеть еще одну фигуру поменьше, укрытую за огромным телом Медведя. Вероятно, леди-босс, которую они здесь должны защищать. И трое мужчин стоящих спиной ко мне и Кори, как будто, возможно, они ждали лифта, чтобы сбежать. У всех оружие наготове, они нацелены друг на друга. Думаю, это патовая ситуация.
Том украдкой бросает на меня взгляд, его линия подбородка смещается в явном гневе. Но Медведь полностью игнорирует наше прибытие, сосредоточившись на сцене. Затем один из мужчин, стоящих перед нами, поворачивается, и это Барсук.
Все эти детали проносятся у меня в голове за одно мгновение. У нас нет времени обдумывать их. Нет времени оценивать ситуацию. Я просто бросаю цветы, направляю свое оружие в центр груди Барсука и стреляю.
Бум.
— Что за х… — это все, что успевает сказать Кори, прежде чем что-то хлопает, и по его груди расползается красное пятно, он падает.
Тем временем Барсук падает на колени, пистолет все еще направлен на Кори. Затем он опрокидывается, мертвый еще до того, как оказывается на полу.
— Бетти, ложись! — кричит Том.
Я делаю, как сказано, и падаю на пол, когда начинается настоящий ад. Хлопающий звук пистолетов с глушителями против более громкого грохота обычных пистолетов. Это я знаю благодаря тому, что в юности смотрела слишком много боевиков.
Понимая, что они зажаты между двумя сторонами, сообщники Барсука ныряют справа от меня, стреляя на ходу.
О, черт бы меня побрал.
Я прижимаюсь к стене лифта, закрывая уши руками. Двери снова и снова пытаются закрыться, но тело Кори блокирует их. Кровь повсюду.
— Уведи ее отсюда! — кричит Том, присев на корточки за диваном.
Медведь подталкивает даму ко мне и лифту. Фарфоровая ваза разбивается вдребезги на соседнем пьедестале. Белые цветы разбросаны повсюду вокруг нас. Осколки мраморного пола разлетаются в воздухе, когда один из людей в балаклавах выпускает пули в нашу сторону. Кусочки набивки с диванов взрываются, когда пули вылетают из ответного огня Тома.
Один из плохих парней, пытавшийся метнуться в сторону, был недостаточно быстр. Тот, кто стоит в балаклаве перед дверями лифта, издает болезненный стон и спотыкается.
Черный цвет действительно скрывает кровь.
Кажется, что он падает в замедленном темпе, когда еще одна пуля попадает ему в голову. Из выходного отверстия вытекают кровь, мозги и кости.
А вот это уже не скроешь.
Появляется Медведь и толкает женщину в противоположный угол лифта, закрывая ее своим телом. У нее седые волосы, и она выглядит элегантно, даже среди всей этой бойни. Кто-то кричит. Я не слышу, что именно. Том выскакивает из-за кресла с откидной спинкой и бежит через комнату, пока последний оставшийся в живых злодей продолжает стрелять. Я съеживаюсь, когда Медведь отталкивает Кори с дороги. Он не заботится о теле молодого человека. Не то чтобы это больше имело значение для Кори.
Но для меня имеет. Ведь из-за меня его убили.
Том, наконец, присоединяется к нам, скользя в крови, почти теряя равновесие. Медленно, о-о-очень медленно двери лифта закрываются на месте происшествия. Пули со звоном отскакивают от металла. Одна с грохотом врезается в стену у меня над головой. Все, что я чувствую, — это запах пороха, пыли и крови. Кроме того, мой разум вращается по спирали. Определенно находясь в шоке от текущих событий. Я замечаю кровь на белых розах. Даже наполовину растоптанные красные крапинки на белых лепестках выглядят довольно симпатично.
 
— Лежи, — приказывает Том. — Какого черта ты здесь делаешь, Бетти?
Я пытаюсь подобрать нужные слова. Но их просто нет сейчас. Наконец мы начинаем спускаться. Все мы: я, Медведь, Том и леди. На данный момент в безопасности.
О Боже мой.
— Почему ты ушла из квартиры? — рычит он.
— Должна была предупредить тебя, что Барсук жив, — говорю я, по какой-то причине сдавленным голосом. — Я увидела его на заднем фоне фотографии, и подумала, что он может быть плохим парнем и может попытаться убить тебя и… м-да.
Он тихо ругается.
— Это было действительно страшно, — говорю я, медленно выдыхая.
Том опускается на колени рядом со мной, крепко прижимая меня к себе. Затем он снова ругается. Очевидно, он в очень плохом настроении. Я могу это понять.
— Я застрелила кого-то. — Информация не совсем верна. Наверное, мой мозг все еще работает неправильно. В основном я просто чувствую оцепенение. — Убила их.
— Мы поговорим об этом позже. Прямо сейчас тебе нужно убрать этот пистолет с глаз долой.
— Верно. Ладно. — Я делаю, как сказано.
Медведь, тем временем, был занят своим мобильным телефоном.
— Вашу машину сейчас подгоняют, мэм.
— Мы выведем Вас через парадную дверь, — говорит ей Том. — Если они добрались до вас здесь, наверху, вполне вероятно, что подземный выход уже взломан.
Элегантная пожилая женщина кивает и приглаживает волосы, беря себя в руки.
— Моя охрана мертва. Надеюсь, вы готовы временно заменить их, начиная немедленно.
— Да, мэм. — Том сглатывает. — Всем встать на ноги. Мы собираемся пройти через вестибюль как можно спокойнее и быстрее. Медведь, ты берешь инициативу на себя. Миссис Синклер, пожалуйста, следуйте за ним по пятам. Мы с Бетти будем сзади.
Как только двери лифта открываются в вестибюль, Медведь выходит, сталкиваясь лицом к лицу с озабоченно выглядящими охранниками, ожидающими подъема наверх, вероятно, чтобы проверить шум, доносящийся из номера. Оружие громкое. Даже те, что с глушителями на самом деле не бесшумны. Кроме того, вокруг лифта разбрызгана кровь.
— ФБР, — говорит Медведь, показывая какое-то, несомненно, поддельное удостоверение личности. — Отойдите, пожалуйста. Держись подальше.
На лицах двух мужчин мелькает удивление. Но они делают то, что им сказано. Ближайший говорит:
— Агент…
— Установите оцепление. Никого не пускать в пентхаус. В ближайшее время прибудут еще агенты, чтобы разобраться с ситуацией.
— Д-да, сэр.
Мы спешим в пространстве, двигаясь в два раза быстрее, чем было приказано. Край моих джинсов прилипает к ноге, мокрый от крови Кори. Весь мрамор, хрусталь и красота этого места ускользнули от меня. У меня во рту какой-то неприятный, какой-то кислый привкус. Насилие портит все. Мы пробираемся сквозь толпу, не замедляясь ни перед кем и ни перед чем.
Большой черный роскошный седан с тонированными стеклами ждет нас у входа. Они не шутили насчет того, что машину подадут сразу же. Хотя, если ты можешь позволить себе остановиться в пентхаусе, то ты, вероятно, привыкаешь к такому сервису.
Медведь отталкивает в сторону носильщика, придерживающего открытой заднюю дверь автомобиля. Затем он просовывает голову внутрь, осматривая салон. Миссис Синклер забирается в машину.
— Бетти, залезай на заднее сиденье, — говорит Том, легонько подталкивая меня.
Тем временем Медведь вытаскивает водителя из машины, еще раз сверкая удостоверением личности. На лице мужчины такое же испуганное выражение, что и у парней из службы безопасности отеля. Затем Том забирается на пассажирское сиденье, двери захлопываются, и мы трогаемся в путь, выезжая в пробку.
На данный момент в безопасности. По крайней мере, я на это надеюсь.