Не стой у мага на пути! 4 (СИ)

— С первой минуты общения чувствуется, что вы хорошо воспитанный молодой человек. Где обучались магии? Кому прежде служили? — полюбопытствовал он, опираясь на трость.
— Учился я, ваша светлость, в местах очень отдаленных — в университете Тихого Слова Геал Ши, — сказал я, зная, что название одного из мест моего обучения совершенно в ином мире, не может ему быть знакомо. — Это не в Арленсии. Это очень далеко отсюда. Намного дальше, чем Наурия и даже дальше, чем Тайсим. А служил я лишь ее сиятельству, графине Арэнт, ей и продолжаю служить. В остальное время своей недолгой жизни, странствовал. Много странствовал. Служил, собственно, себе самому.
— Странствовал… — протянул он. — Странный вы молодой человек, и магия у вас, говорят, очень странная. Это же вашими стараниями? — он указал на останки голема, превратившегося в глыбы тающего льда в проломе стены.
— Моими, — согласился я. — Иначе он все бы здесь превратил в руины.
— Знаю, Райсмар Ирринд, за вами есть еще кое-какие заслуги. Причем не во всем светлые, но пока я на это закрываю глаза. Даже более того, у меня возникло желание, сделать вам интересное предложение. Желаете ко мне на службу? Вы можете стать первым помощником моего личного мага. Это так, для начала так, там кто знает — многое будет зависеть от вас, ваших стараний и способностей, — его глаза испытывающе смотрели в мои.
— Сожалею, ваша светлость, но я служу графине Арэнт и не посмею изменить ей, — я знал, что мой ответ ему не понравится. Но что поделаешь… Допустим, мне очень не нравился его вопрос. Я вообще не люблю никому служить, кроме как самым близким мне людям.
— Вот как… Прямо так, даже не задумываясь отказ, — он покачал головой, постукивая тростью, сделал несколько шагов в сторону, туда, где лежали тела убитых воинов, тех, что из «тигров», хотя был там один из людей барона Лорриса. — Какие у вас отношения с графиней Арэнт? — неожиданно спросил он.
Я видел по лицу Ольвии, что она желает что-то сказать, похоже даже, возразить, и поспешил ответить, чтобы избавить госпожу Арэнт он ненужных объяснений, требовать которые герцог не имел никакого права:
— Я уже говорил вам, ваша светлость: я служу госпоже Арэнт — в этом наши отношения. Если угодно, я ее личный маг и телохранитель. Думаю, это вполне достаточные разъяснения.
— Телохранитель? — усмехнулся один из свиты герцога, тот, был с длинной копной черных волос и превосходил других ростом. — С таким жалким телом.
— У вас есть сомнения, в моей силе и способностях? — я хмуро глянул на него. — Если угодно, то я к вашим услугам.
— Райс, не надо, — тихо сказала Ольвия, подходя ко мне. Ее рука обвила мою талию, и я понял, что госпожа Арэнт не собирается скрывать отношения со мной ни перед кем. Это было особо приятно и сразу упрощало мой выбор как вести себя и что отвечать Кернсту Альгеру.
— Вы, Райсмар, хоть и воспитанный, но при этом очень дерзкий молодой человек. Советую быть осторожнее с моими людьми — они не прощают подобное отношение, — сказал герцог, потом, повысив голос обратился к Лоррису. — Барон, чтобы завтра к Часу Василиска были у меня. Мне потребуются кое-какие разъяснения от вас, — потом махнул тростью своим: — Подайте коня! Едем отсюда!
Когда он выехал со двора, я обнял Ольвию и спросил:
— Дорогая моя, у тебя неприятности?
— Есть немного, — она попыталась улыбнуться. — Я дружу с его женой — Дарси. А он в хороших отношениях с Малгаром. И, кажется, у них есть какие-то свои дела. Разумеется, сейчас Кернст не на моей стороне, хотя делает вид, что просто пытается восстановить порядок, — пояснила она. — Давай не будем пока об этом. Я так устала. Бери Флэйрин и пойдем в дом.
* * *
— Ищите его! Ищите! — прикрикнула Ионэль на графских слуг.
Сама она уже выбилась из сил. Она оббежала все подножье холма, спустилась даже до начала Темных Земель, где под ногами были лишь камни и черная пыль, однако Яркуса нигде не было. Быть может он побежал к лесу, однако слуги и конюх утверждали, что оборотень бежал в эту сторону. А потом он как сквозь землю провалился.
  
— Почему ты не сказал мне, что он жив⁈ Ты врал мне, Малгар! — эльфийка вцепилась в его камзол и прочная замша, затрещала в ее пальцах. Тетива Ночи уже не удивлялась своей силе.
— Ионэль, ты в своем уме⁈ — граф Арэнт едва сдержал негодование. Он стал слишком много ей позволять. Никто бы не посмел так разговаривать с ним, тем более при слугах. Лишь понимание, что в эльфийке сама Калифа или же богиня Ночи избрала Ионэль, сдерживали графа от того, чтобы грубо отдернуть свою любовницу. — Мы его убили на твоих глазах! Кагиар держал твою сеть и еще кричал на тебя, требовал, чтобы ты смотрела на это! При тебе мы бросили его тело в яму и засыпали землей! И я перед тобой дважды извинялся за содеянное! Хотя ты ни разу не извинилась за убийство Варгума Харса!
— Я должна его найти! Я обязана с ним поговорить! Я обязана все объяснить! — Ионэль, подняла голову, глядя на обе луны, которые почти слились. Ей хотелось выть, как это делали волки и некоторые оборотни. — Я должна Малгар! Помоги мне! — она снова вцепилась в его одежду. — Тем более он оборотень! Он должен быть с нами!
Граф Арэнт увидел, как в ее глазах зачинается нечто похожее на черное пламя, которое уже много раз вызывало в нем необъяснимую тревогу, даже страх.
— Я не знаю, что думать? Может это приходил призрак или мертвец — в Вестейме и округе полно некромантов. Или может ты обозналась: просто какой-то другой оборотень — не наш, — произнес Малгар, пытаясь разжать ее руку. — Или… может этим явлением Калифа послала нам какой-то знак?
— Какой знак, Малгар? — рука эльфики ослабла, повисла как плеть. — Я должна его найти, призрак он, мертвец или кто-либо еще! Я должна найти своего брата! — из глаз ее потекли слезы.
— Я мог бы попробовать пойти по его запаху, — сказал граф Арэнт, тоже подняв голову и глядя на две ярких луны. — Чтобы идти по его запаху, нужна какая-нибудь его вещь. У тебя есть хоть что-нибудь?
— Нет ничего! Как ты можешь об этом спрашивать, если вы упрятали меня в клетку лишь в одном рваном платье⁈ — Тетива Ночи пыталась сдержать слезы. Слезы — это слабость. Она с детства не позволяла себе подобную слабость — так научили ее в стае «Волков Авия». Ее ум ухватился за слова Малгара, что приходивший мог быть призраком или каким-то другим оборотнем, но она чувствовала, что это был Яркус. Разве какой-то чужой оборотень мог оказаться в их лагере, вдобавок еще знать ее имя? Разве кто-то кроме Яркуса в силах выговорить его, находясь в теле зверя?
— Он касался полога нашей палатки, — вспомнил Малгар, чувствуя, как в теле начинается слабая дрожь, а значит превращение может случиться скоро, намного раньше полуночи. — Идем к шатру! Идем скорее! — граф Арэнт вскочил, ощущая, что дар Калифы вот-вот войдет в него. — Там, возле шатра я возьму след, и мы найдем его, если это так важно для тебя!
 Глава 14 
 Дар Холодной Крови 
Талонэль…
Смерть не красит никого. Хотя старик Хенран постарался как мог и честно отработал свои деньги, мертвая эльфийка выглядела так жалко, что это расстроило даже Флэйрин. Вампирша стояла у изголовья гроба, держа букет любимых цветов Талонэль — их Салгор вместе с Гурвисом нарвали на клумбе перед домом Талонэль. Я отговаривал Флэй идти на похороны. Когда мы вышли, исполнилось Час Береса — жара только начала спадать, и для моей милой кровопийцы дорога на кладбище стала бы испытанием. Но Флэй все равно пошла, пряча голову в аютанский платок, серебристый, как и ее волосы. По пути она старалась держаться в тени, но я видел по ее глазам, как тяжело ей дается эта безрадостная прогулка.
Но все это происходило два часа назад. Сейчас же похороны приблизились к завершающему этапу. Жрица Аолис сказала важные слова — Слова Возрождения, положила в рот умершей желудь и зерна пшеницы, за этим удалилась. Хмурый жрец Авия только начал печальный обряд, разложил атрибуты на переносном столике с костяной столешницей. Его помощники запели жутковатую песнь погребения.