Сожги мои крылья

Никто не знал о плане, который я подготовил. Лишь мы с Лоу все продумали так, чтобы в определенное время выйти из леса без преследований. И я уже опаздывал из-за того, что побежал не по тому пути, чтобы запутать следы стаи, что охотилась в этих землях.
– Уходи! – прикрикнул со всей злостью, но он упрямо продолжал хвостом плестись за мной. Бежал со всех ног и почти не отставал.
Тогда я остановился, сел на ближайшей тропе и посмотрел на Миона, который последовал моему примеру. Вперился в меня жалобным взглядом и заскулил.
– У меня важное дело. Ты должен прибиться к Нарану. Он все покажет, он научит. Здесь опасно, – сослался я на друга, который обещал взять заботу о моем брате на себя. – Просто уходи и не беги за мной, – прорычал в приказном тоне, чем явно обидел мальца.
– Что ты задумал, Тил? Опять к этой эльфийке бежишь? – спросил и вверг меня в ступор.
– Откуда знаешь? – напрягся каждой мышцей. Никому, кроме Нарана, я не рассказывал о связи с Лоу, а в друге был полностью уверен, он не стал бы трепаться о таком.
– Видел, – опустил он виновато морду. – Однажды.
– Следил за мной, – сделал я не утешительный вывод и в приступе ненависти шерсть вздыбилась. Хотелось проучить неуемного брата за то, что нарушил мой приказ.
– Я никому не сказал. Никому не скажу, честно, правда. Не злись. Возьми меня с собой…
– Проваливай! – закричал, хотел сорваться с места и оставить Миона прямо здесь, чтобы неповадно было, но хруст веток, который раздался за спиной брата, заставил насторожиться.
Незнакомый запах приближался к нам с такой скоростью, что ни одна болотная крыса не сравнится с подобным норовом. Это было нечто иное, то, с чем я раньше никогда не сталкивался.
На голых инстинктах перескочил через Миона и заметался по сторонам, стараясь уловить направление запаха. Оно постоянно менялось. Мешал разбушевавшийся ветер. Оставалось ориентироваться на звук.
И вдруг я услышал уже громкий хруст, но не успел поднять голову, как огромный крылатый змей бурового цвета рухнул с дерева прямо на брата.
Мион заскулил в ту же секунду, как гадина укусила его за шею. От ярости на секунду потемнело в глазах, а потом я набросился на ночную тварь и вонзил в ее скользкое толстое тело клыки.
Змей извивался, стараясь выбраться из захвата, выпустил ядовитые зубы, и расправил перепончатые крылья, на концах которых появились красные шипы. Я чувствовал, как гад жалит меня крыльями, пробиваясь шипами через густую шерсть, но продолжал яростно впиваться в него, стараясь перекусить его пополам.
А когда черная субстанция рекой потекла из моей пасти, змей обмяк. У меня задвоилось в глазах, но я закончил начатое и разорвал его на части. Сквозь туманную пелену посмотрел на Миона, который лежал на тропе в человеческом облике и не подавал признаков жизни. Перекинулся, чувствуя, как меня покидают силы, подхватил братишку на руки и побежал в сторону поселения.
Вскоре полностью потерял слух, и мне начали мерещиться эльфы. Казалось, они пролетали мимо, а я бормотал безустанно:
– Лоу, Лоу… моя девочка. Я уже иду.
Когда показались горящие факелы и покатые крыши домов, я и вовсе начал бредить, отравленный ядом змея. Мне виделось, что у отца выросли заостренные уши и засветились крылья за спиной. Он что-то говорил, жестикулировал. Вокруг собралась толпа сородичей, и кто-то выхватил у меня из рук брата. И тут ко мне резко вернулся слух. Оглушительный душераздирающий крик матери разорвал перепонки. Я снова перестал слышать и почувствовал, как подкашиваются ноги, будто кто-то ударил по коленям палкой.
Как только лицом встретился с землей, ощутил привкус крови во рту и окунулся в забвение.
Начал приходить в себя лежа в постели, слушая суровый голос отца.
– Амфитуры водятся в северной части леса. Там охотятся только опытные волки. Что Тилион забыл в этих землях? Почему повел туда Миона?
– Какая теперь разница, Мисур? – узнал я голос старейшины совета стаи. – Миона не вернуть, а Тилиона достали с того света. Едва успели. Яд Амфитура быстро поражает жертву. Это чудо, что он выжил.
 
– Уже сутки в себя не приходит, – тяжело вздохнул отец, и я открыл налитые свинцом глаза.
– Мион, – сумел проговорить пересохшими губами и увидел, как надо мной склонился отец.
Что-то теплое полилось из уголков глаз. Я даже не сразу понял, что плачу впервые в жизни. Вся тяжесть осознания беды глыбой свалилась на туманную голову. Никогда не чувствовал такую слабость тела и опустошенность души. А потом за пустотой пришла боль. Невыносимая и всепоглощающая она напоминала, что я виновен в гибели брата. Если бы не пошел на север, если бы не задумал побег, если бы…
– Посмотри на меня, – коснулся моего плеча отец, но я продолжал смотреть на деревянные перекладины потолка. Кожа саднила от соленых слез, а подушка уже промокла. – Тилион! Говори! Говори со мной! – он затряс меня с такой силой, что я немного пришел в себя и смог присесть в постели. Голова закружилась, и свет от пламени свечей резал заплывшие глаза.
– Прости, – шепнул, и отец обнял меня, крепко прижимая к себе. – Где мама?
– Готовится к погребению…
 
Глава 6 Асур
 
Кабинет Эйлинга Сэлмана практически не отличался от кабинета моего отца в поместье Грэм. Лишь мелкие детали давали понять, что я нахожусь в чертогах лесных эльфов – герб рода в виде остролиста на картине и четко по цветам расставленные книги на полках. Но самое странное в этой ситуации то, что я вообще об этом думал, в то время как стоял рядом с Лоурэн на ковре перед главами наших семейств, ожидая важного вопроса.
Посмотрел на горделивый профиль самой прекрасной эльфийки на свете и сердце предательски забилось чаще положенного. Она еле заметно прикусила алую губу и тяжело вздохнула.
– Асур и Лоурэн, вы уже знаете, что мы изначально, когда вы были еще детьми, договорились о вашей свадьбе. По всем правилам и традициям клана мы заключили договор о помолвке, – заговорил мой отец и пальцем указал на свиток пергамента. – Согласно закону, мой сын вправе отказаться от выбранной мной партии, обозначив причину отказа.
– Законы устарели и давно пора их поменять, – бесцеремонно выступила Лоурэн и сделала шаг вперед.
От удивления, мои глаза округлились. Нет. Никогда я не видел таких смелых и нахальных эльфиек. Только из-за одного этого выпада я мог сейчас отказаться от свадьбы, но ее чарующий голос снова заворожил, заставляя кровь кипеть и обжигать вены до приятной боли. Только рядом с ней я чувствовал себя по-настоящему живым.
– Почему бы мне не задать этот вопрос? Что если я не согласна на брак и хочу посвятить свою жизнь вовсе не рождению детей?
– А чему? – растерянно спросил отец и оторопел.
Эйлинг Сэлман вообще рот открыл и побагровел, а я едва сдержал нервный смешок. Да уж! В этом браке мне точно скучать не придется!
– Образование позволяет мне поступить на практику, чтобы потом стать педагогом в Академии Семи Ветров, – выпалила Лоу и тут ее отец не выдержал.
– Вижу, твоя мать ничему тебя не научила! Предназначение настоящей родовитой эльфийки в том, чтобы выйти замуж и воспитывать детей! Я не потерплю подобного отношения к браку в моей семье! И сейчас жалею, что поддался на уговоры Эрвен и отправил тебя учиться! А рассуждать о законах, которые по твоему мнению устарели, не позволю! – стукнул он по столу, окончательно выходя из себя. – Асур, ты вправе отказаться от моей дочери, – прожег он ее ненавистным взглядом.
Лоу посмотрела на меня с надеждой в глазах. Я вспомнил слова сестры, ее предостережения и жестокую правду о том дне, когда мы играли в фанты у леса. На долю секунды представил, как она тонет в объятиях грязного оборотня, и ярость больно ударила по сердцу. Но если откажусь, никогда себе не прощу!
– Я согласен взять в жены Лоурэн Сэлман, – произнес ровным тоном, глядя ей прямо в глаза, замечая, как их ярко-зеленый цвет темнеет от злости.