Ярость и Разрушение (ЛП)

— Я сожалею о том, что случилось со Стражем, — сказала я, когда Дез завёл машину.
Он взглянул на меня, выражение его лица было скрыто сумраком салона. Он отъехал от тротуара.
— Спасибо.
Я хотела спросить, хорошо ли был знаком Зейн с этим Стражем, но посчитала это бездушным.
— Он давно состоял в вашем клане?
— Да, провёл здесь несколько лет, — ответил он, и у меня сдавило сердце. — У него не было пары, и мне кажется, это к лучшему.
Как же печально, что он добавил это, словно это было напоминанием о том, что могло быть и хуже.
— Но по нему всё равно будут скучать.
— Конечно. Он был чертовски хорошим воином и ещё более хорошим другом. Грин не заслуживал такой участи, — он вздохнул. — Никто, из тех, кто был убит до твоего появления здесь, не заслуживал этого.
В горле встал ком, и я отвернулась к окну, не зная, что сказать или есть ли у меня другие слова кроме как "мне жаль". Я стала грызть ноготь, но остановилась, вспомнив, что мои руки были замараны кровью зомби.
— Мы были на той станции, не более тридцати минут назад. Эта часть города была фактически безлюдной, и мы не чувствовали ничего, кроме того демона. Если бы мы почувствовали, или знали что искать...
— Но вы не знали, — закончил за меня фразу Дез. — Вы в неведении, таком же как и мы, и я ни в коем случае не критикую. Чем бы это создание ни было, оно умное. Оно подождало, пока вы с Зейном не уйдёте.
Я кивнула, и беспокойство расцвело в моей душе, распространяясь как ядовитый сорняк. Предвестник был не просто умён. У меня было чёткое убеждение в этом, хотя мы и понятия не имели, кем или чем он был. Он совершенно точно знал, кем и чем мы были с Зейном.
* * *
Всё моё тело резко дёрнулось, и я стала ртом хватать воздух, кровь понеслась по венам так быстро, что я слышала шум потока в ушах. Я потеряла ориентацию. И только через минуту я осознала, что уснула после душа.
Проклятье, я не собиралась спать. Я хотела встретить Зейна, когда он вернётся. Я понятия не имела, как долго спала или если Зейн...
— Тринити!
Призрачное лицо Арахиса внезапно показалось в паре дюймов от моего лица, освещённое светом прикроватного светильника, который я оставила включенным.
— Господи, — выпалила я, прижав руку к груди. — Зачем ты так делаешь?
— Трин...
— Иногда мне кажется, что ты пытаешься довести меня до сердечного приступа.
Я отвернулась от Арахиса, раздражение загудело в моих венах, как осиное гнездо. Глаза привыкли к полумраку. Я увидела, что дверь, которую я оставляла открытой, чтобы услышать приход Зейна, была закрыта. А это означает, что вероятней всего Зейн уже вернулся и закрыл её. Я очень сомневалась, что Арахис смог сделать это.
— Арахис, я серьёзно. Сделаешь так ещё раз...
— Послушай меня, Трин, там...
— ...и я изгоню твою задницу прямиком в загробную жизнь, — рявкнула я. — Так нельзя, Арахис. Совсем нельзя.
— Я не наблюдал за твоим сном и не пытался напугать тебя!
Арахис замельтешил.
— Неважно, — пробормотала я и потянулась за телефоном, желая проверить время.
— Послушай меня! — заорал Арахис так громко, что если его мог кто-то слышать, он бы разбудил половину жилого дома.
Я никогда не слышала, чтобы он орал. Ни разу. Я сосредоточилась на нём, всерьёз всмотрелась в него, и для призрака он выглядел до ужаса перепуганным.
— Что?
Арахис переплыл к изножью кровати.
— Здесь что-то... что-то в квартире.
ГЛАВА 12
Я вскочила с кровати, словно к моей заднице была прикреплена ракета.
— Что?
Арахис кивнул.
— Здесь что-то есть.
— Тебе стоит поделиться со мной деталями, — я схватила с ночного столика кинжал. — Немедленно.
— Я видел его в другой комнате, возле кухонного острова, — сказал он. — Ему здесь не место.
О, боже мой, Зейн был там.
Что если Предвестник последовал за нами? Такое было вполне возможно, особенно если он знал, что мы были на Истерн-Маркет. Мы его не чувствовали, значит он может быть здесь скрытно. Рванув вперёд, я распахнула дверь и шагнула в общую комнату, которая была освещена лунным светом и слабым свечением подсветки шкафов кухни. Мой взгляд скользнул по кухонному острову к дивану... Стоп. Что-то было за островом. Это что-то заграждало секцию света.
 
Я шагнула вперёд, прищурилась и стиснула в руке кинжал. Форма была в виде... человека, но она не была твёрдой. С каждой последующей секундой я видела, как огни от шкафов моргают, словно форма парила...
— Ты видишь его? — из-за спины спросил Арахис. — Его здесь не должно быть.
Я увидела его.
Медленно я опустила кинжал.
— Он осматривался тут, смотрел на Зейна, — продолжил Арахис, держась позади меня, словно я была его личным охранником.
Я стала красться к дивану.
— Я спросил его, что он делает, но он не отвечал. Он проигнорировал меня, словно не видел меня, но это не тот случай.
Дойдя до дивана, я быстро опустила взгляд, и в груди растеклось облегчение. Зейн лежал на диване, спал. Одну руку он завёл за голову, а другая лежала на животе. Он лежал, повернувшись ко мне лицом, и серебристый лунный свет целовал его щеку.
Я резко перевела взгляд на кухню. Кровяное давление стабилизировалось. С Зейном всё было в порядке, но сумрачная форма всё ещё была на кухне, и это был не Предвестник, не демон, который каким-то образом проскочил мимо моей внутренней системы обнаружения.
Это был призрак... или дух.
И было бы хорошо, если бы Арахис упомянул об этом, когда разбудил меня, а не довёл меня до сердечного приступа.
Призраки и духи, по большей части, были благосклонными, даже те, которые могли общаться с их окружением, такие как Арахис. Бывали иногда исключения, которые застревали в этом мире и не желали признавать, что они были мертвы, и их гнев загнивал, очерняя их души. Они становились приведениями. К ним стоило присматриваться, поскольку они могли быть опасными и ожесточёнными.
Я предположила, что этот призрак увидел меня где-то и последовал за мной сюда. Уже не впервой, когда призрак чувствовал меня и затем позже находил меня.
— Заставь его уйти, — прошептал Арахис.
Я бросила на него взгляд, а потом сосредоточилась на незваном госте. Я, может, и искала сейчас Предвестника, но помогать призракам и духам было важно для меня. Для многих из них я была единственным шансом передать сообщение или получить помощь в переходе через миры.
Из всего, на что я была способна, помогать умершим осуществить переход или передавать послание духов было самым удивительным даром в моём арсенале. По крайней мере, я так считала.
Я приблизилась к острову, и форма изменилась без какого-либо предупреждения. Появилась одежда. Чёрно-белая фланелевая рубашка поверх футболки со словами на ней, внезапно заполнилась грудью и руками. Оформились черты. Круглое, почти детское лицо. Взъерошенные волосы. Очки на прямом носу. Он бы примерно моего возраста, плюс-минус пару лет.
И он был духом.
Я тут же поняла это, потому что его кожа изучала эфирное сияние, которое подсказало мне, что он вышел на свет и принял его. Но я никогда не видела, чтобы дух делал то, что сделал этот дух прямо сейчас — изменился с чёрной сумрачной формы на телесное явление.
— Мне он не нравится, — прошептал Арахис. — Я хочу, чтобы он ушёл.
Дух сосредоточился на Арахисе.
— А ты не очень дружелюбен для призрака.
Арахис ахнул.
— Я не Каспер, ты надменный придурок.
— Прикольно, что ты упомянул Каспера, — ответил дух, наклонив голову. — А ты знаешь, что когда Каспера впервые создали, он был призраком маленького мальчика, который умер, но затем создатели обеспокоились, что мёртвый ребёнок это слишком мрачно, и поэтому они изменили его, и теперь по их задумке он всегда был призраком, и они даже дали ему родителей-призраков, потому что по их разумению, было гораздо проще объяснить призраков, имеющих детей-призраков?