Ярость и Разрушение (ЛП)

О, боже.
Я буквально ничего не видела. Даже Каймана, когда он вошел, и его поглотила пустота. Крошечные волоски поднялись по всему моему телу. Вибрация, которую я испытывала раньше, усилилась, когда я уставилась в темноту.
Мои ноги словно приросли к земле. Я, которая не боялась призраков, была немного напугана перспективой войти в этот спортзал.
— В чём дело? — спросил Рот.
— Призраки. Там полно призраков. Я их чувствую, — сказала я, глядя на него. — Хотя я не могу их увидеть. Я не могу...
Рот понял и кивнул.
— Дай мне руку. Я доставлю тебя туда, куда нам нужно.
Я уставилась на его руку.
— Ты рассказал Зейну, что я сделала с Фэй после того, как велел мне ничего не говорить.
— А я-то думал, когда ты об этом заговоришь, — ответил он. — Я передумал после того, как высадил тебя. Виноват.
Я нахмурилась.
— Ребята, вы идёте? — крикнул Кайман. — Потому что здесь как-то странно. Типа, я не думаю, что я один такой странный.
— Может быть, поговорим об этом позже? — предположил Рот.
— Определённо позже.
Я вложила свою руку в его. Там, где его кожа соприкасалась с моей, ощущался странный всплеск энергии, но я не могла сосредоточиться на нём.
Рот повёл меня в пустоту, и это было всё равно, что идти сквозь суп. Воздух был густым, и он двигался, как будто закручивался вокруг нас. Мои штанины подёргивались, как будто крошечные руки хватали их. Я продолжала идти. Ещё несколько шагов, и я почувствовала, как они давят, теснят нас. Что-то похожее на руку скользнуло по моему бедру, а затем по заду.
У меня появилось очень плохое предчувствие насчёт тех призраков, которые были здесь.
— Ты действительно видишь? — спросил я, нервничая.
— Достаточно.
— Это обнадёживает...
Палец скользнул по моей щеке.
— Не трогай меня! — рявкнула я в темноту справа.
— Я не трогал, — ответил Рот.
— Это был не ты.
— Ох, — он крепче сжал мою руку. — Ты будешь думать обо мне хуже, если я признаюсь, что мне немного не по себе?
— Да.
— Ух, ты.
— Я шучу.
Конец моей косы приподнялся. Я выхватила его другой рукой.
— Если ещё кто-нибудь из вас, извращённых призраков, поднимет на меня руку, я покончу с вашим существованием.
— Хочу ли я знать, что происходит? — откуда-то донёсся голос Каймана:
Пронзительный смешок, который не был ни мужским, ни женским, ответил, а затем воздух вокруг нас с Ротом снова пришёл в движение, как будто он расступался, когда мы пересекали спортзал.
— Никто из них не обращается ко мне за помощью, — сказала я через мгновение. — Что, я думаю, они бы и сделали, если бы захотели выбраться отсюда.
— Можно было бы так подумать, — пробормотал Рот, останавливаясь. — Кайман?
— Сейчас работаю над дверью. Она запечатана...
Металл заскрежетал, а затем поддался.
— Ну вот.
Тусклый свет лился внутрь, слава детёнышам лам... о, нет. На нём было написано "нет".
Перед нами был узкий выступ и несколько ступенек, но они не были пусты.
Мёртвые люди.
На ступеньках, прижавшись к стене, лежали мертвецы. Их были десятки. Я никогда не видела ничего подобного. Когда мы вошли, они уставились на нас, и лица у них были какие-то странные. Некоторые отражали то, что их убило. Пулевые ранения. Отсутствующие щёки. Черепа. Синяки и вздутие живота. Уродства. Другие не выказывали никаких видимых признаков увечий, но улыбались нам, источая запах чистого зла. Я подняла глаза, и моё сердце чуть не остановилось.
Они роились под потолком, как тараканы, кричали и ползали друг по другу. Там не было пустого места.
— Ты видишь? — спросил Рот.
— К сожалению. — Я высвободила руку. — Тебе лучше не знать.
Кайман прошёл сквозь призрака, от головы которого почти ничего не осталось. Он завертелся, шипя на него, прежде чем взмыть к потолку, переползая через других, столпившихся там.
— Нет. Не делай так.
Я обошла одного из них, который послал мне воздушный поцелуй.
— Нам надо поторопиться.
Так мы и поступили.
Сбегая по ступенькам, я старалась не смотреть на них, но некоторые выходили, шепча слишком тихо и быстро, чтобы я могла разобрать, о чём они говорят. Другие потянулись ко мне.
 
На полпути вниз я узнала одного из призраков. Это была женщина в тёмной военной форме, но она выглядела... по-другому. Краска сошла с её кожи, тени на лице делали её глаза похожими на чёрные пустые глазницы. Её челюсть вытянулась, зияя чем-то нечеловеческим и искривлённым.
Она взвыла.
Рот резко обернулся.
— Какого чёрта?
— Ты слышал?
Я осторожно обошла женщину, чьё лицо было вытянуто за пределы человеческих возможностей.
— Почти уверен, что все в радиусе одной мили слышали это, — прокомментировал Кайман. — И я должен сказать, что чувствую кое-какие злые флюиды.
— Я не понимаю. Они все... Я не знаю. Они все плохие, — моё сердце бешено колотилось. — Сэм сказал, что они в ловушке, но...
— Люди-Тени.
Рот резко провёл рукой по лицу, словно попал в паутину. Но это была не паутина. Это были волосы молодой женщины, свисавшей вниз головой с потолка.
— Могли до них добраться. Развратили их.
Это... Боже, это было ужасно, и мы должны были прийти сюда раньше, рискнуть, потому что эти люди...
Мы дошли до конца лестницы, и запах ржавчины и гнили усилился, когда мы вошли в комнату. Мерцающий флуоресцентный свет отбрасывал тени вдоль рядов широких шкафчиков. Двери были сорваны, скамейки опрокинуты. Я огляделась, понимая, что мы, должно быть, в старых раздевалках, где Ночные Краулеры... вылуплялись.
Здесь не было никаких призраков.
Кайман прошёл через арку в другое отверстие, в то время как Рот стоял рядом со мной.
Кое-что пришло мне в голову. Я протянула руку и прижала её к голой кирпичной стене.
Стена завибрировала под моей ладонью, и мгновение спустя золотое сияние омыло стены и потолок, а затем исчезло, открыв то, что Рот подозревал, что мы найдём в тот день в туннеле.
Вся школа была полна ангельских заклинаний.
— Это заточило их здесь.
Я отдёрнула руку. Письмена остались.
— Эти люди могли бы быть хорошими. Просто нужна была помощь, чтобы уйти. Они могли даже быть духами, потому что некоторые из них не были в состоянии смерти, но все они выглядели неправильно.
Я понятия не имела, способны ли Люди-Тени на такое, но, оглянувшись на лестничную клетку, я приняла то, что знала в тот момент, когда увидела призраков и духов.
— Они все скоро станут призраками, и...
— Слишком поздно, — Рот сказал то, чего я не хотела. — Призраки и духи — это обнажённые души. Они более уязвимы в смерти, когда решения и действия становятся постоянными. Как будто они все заражены, и это неизлечимо.
Тяжесть поселилась в моём сердце, и я оторвала взгляд от лестницы. Здесь не осталось никого, кого можно было бы спасти.
— Ребята? — из-за стены донёсся голос Каймана: — Вы захотите это увидеть.
Мы с Ротом обменялись взглядами, прежде чем направиться к выходу.
— Это место, где родился Лилин, что-то вроде гнезда. Это старые душевые.
Мы вошли в пустую комнату, и я разглядела стоящего на коленях Каймана.
— Что случилось? — спросил Рот.
— Нашёл кое-что. Дыру. Там внизу свет, — он откинулся назад. — Нет другого пути вниз, кроме как прыгнуть, но, кажется, около десяти футов. Это было здесь раньше?
— Нет, — Рот осторожно обошёл отверстие размером восемь на восемь. — Это что-то новое.
— Может, стоит проверить?
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что Кайман обращается ко мне. Я кивнула.
— Я думаю, нужно.
— Всё в порядке, — Кайман поднялся. — Встретимся там, внизу. — Он подпрыгнул и через мгновение подал сигнал "окей".
Я пошла следом. Приземлившись, я подняла в воздух облако пыли и грязи. Кашляя, я отступила в сторону, чтобы Рот не приземлился на меня, когда через несколько секунд он появится в дыре. Когда облако пыли осело, моё зрение приспособилось к окружению.