Э(П)РОН-9 Водный мир. Конкиста (СИ)

— Со мной всё в порядке, Лера! Не волнуйся! Это всего лишь физическое истощение, Ванюша уже обо всём позаботился.
— Ага, — кивнул я, повертев перед носом обомлевшей девицы опустошенную аптечку. — Сейчас Евгений Викторович чуток оклемается, и мы его перетащим в мансарду. Может, сбегаешь, лежак подготовишь, Лер?
— А?.. — не сразу дошло до той. Но, видимо, как раз в этот момент ненаглядная таки осознала, что запалилась, и лицо Валерии Николаевны запылало стыдливым румянцем: — Что я несу?! Точно всё нормально, дед?!
— Нормально, внученька! — ещё увереннее подтвердил тот — лошадиная доза стимуляторов начала действовать. — Всё, что мне сейчас нужно… ну, помимо приятных новостей, — подмигнул он Лерке, — это капельница и нормальный отдых. Ну и бульончик какой-нибудь горячий…
— Поняла! — заверила обрадованная возможностью съехать со скользкой темы Лерка. — Я сейчас… я быстро! Розанова позвать?
— Да он уже сам всё знает, — отмахнулся я. — Беги, давай!
— А?..
— Потом всё расскажу!
— Ладно!
Собственно, на этом инцидент и был исчерпан, хотя без серьёзного разговора и не обошлось. Но это уже потом, на следующий день, когда новость немного улеглась в голове. А до того, вечером и ночью, я боролся с противоречивыми чувствами: радостью от грядущего пополнения семейства и беспокойством по поводу батюшки, которому оное пополнение как серпом по одному месту. Но, опять же, и в неведении его держать себе дороже, так что примерно через неделю пришлось переговорить и с ним. И не скажу, что беседа получилась лёгкой. Наоборот. Но к тому времени мы с Евгением Викторовичем уже заготовили пару аргументов, которые и решили дело в нашу с Леркой пользу.
Нашу с зазнобой явку с повинной я подгадал аккурат к визиту Ильи Фаддеевича, когда тот лично пригнал заранее обещанную яхту. Ту самую, на которой Дюсак с Офигенным Ленни и гексовским прыжковым генератором должны просканировать систему Иддии «зовом». Впрочем, об этом я уже рассказывал, и с тех пор планы наши ничуть не изменились, поскольку Паутина всё так же отрицательно реагировала на любую попытку «просвечивания» изнутри. А без нормальной карты, сами понимаете, как без рук. У меня, правда, теплилась небольшая надежда, что Евгений Викторович внесёт хоть какую-то ясность, но профессор наш с Лиу Цзяо план поддержал целиком и полностью, ещё до того, как я продемонстрировал ему предварительные результаты. Так и получилось, что с исследованиями мы на какое-то время тормознули: и яхту дождаться надо, и самому Эйгену восстановиться после столь длительной работы на истощение. Но хотя бы с этим проблем не возникло: дядька Митяй вызвал медиков, и те приволокли медицинскую капсулу, позаимствованную в бездонных закромах службы безопасности. Понятно, что с ведома Елагина-старшего. Соответственно, Евгений Викторович проходил курс реабилитации, и попутно мы с ним болтали — много и плодотворно. А вот Дюсак с напарником в буквальном смысле слова рыли копытом землю. До такой степени, оказывается, им надоел пляжный отдых. Да и планета в целом. Хотелось как можно быстрей вернуться в привычную атмосферу космического полета. Но тут я ничем помочь не мог, сроки зависели исключительно от моего почтенного батюшки.
И вот, тот наконец соизволил явиться. Естественно, с порога огорошивать его «приятной» новостью мы не стали, дождались, пока он передаст посудину парням Розанова и проследует в жилую часть базы, а из неё на стартовый пятак, к дежурному глайдеру. Вот здесь, в родной мансарде, мы его и подкараулили всей честной компанией, включая Леркиного деда. Под предлогом знакомства, хе-хе. Очень удачно, кстати, сложилось, что Елагин-старший Эйгена до того воочию не видел. А тут такая оказия! В общем, какое-то время убили на светскую ерунду — взаимное представление, расшаркивания и пристальное наблюдение за оппонентом. Причём я, глядя со стороны на это противостояние взглядов, так и не определился, на кого бы поставил. За Евгением Викторовичем прожитые годы и богатый опыт общения с разнообразным университетским людом, а за Ильей Фаддеевичем — происхождение, воспитание и… тоже опыт, и тоже общения. Правда, несколько специфический. Что называется, нашла коса на камень. И когда пауза совсем уж неприлично затянулась, Лерка во всём призналась.
 
Надо сказать, батюшка удар выдержал с достоинством, ничем внешне не проявив своего раздражения. Разве что зубами тихонько скрипнул. Ну а потом подошел к нам с зазнобой поближе, тяжко вздохнул и… отвесил мне крепкий подзатыльник:
— Балбес! Я же тебя, Ванька, росским языком предупреждал!
— Предупреждал, — виновато шмыгнул я носом. — Правда, поздно.
— А своей головой подумать?! — рявкнул Илья Фаддеевич. Впрочем, на этом вся его нервозность сошла на нет, и к Лерке он обратился уже предельно спокойно: — Срок какой?
— Четыре месяца… — едва слышно выдавила та. — Почти.
— Действительно? — хмыкнул Елагин-старший. — А по тебе и не скажешь! Ладно, собирайся! Со мной полетишь.
— К-куда?..
— В семейную клинику, куда же ещё! Не сюда же врачей засылать?! — снизошёл до объяснения мой батюшка. — Тут секретности никакой! Да и условия, честно говоря, не ахти.
— Нет! — вклинился я.
— Ваня, — с бесконечным терпением в голосе обратился ко мне отец, — хоть ты-то не будь ребёнком! Сам же всё прекрасно понимаешь! Не можем мы род под удар подставлять, сейчас мы слишком уязвимы!
— Нет! — остался я непреклонен.
И для верности встал между отцом и Леркой, заслонив собой зазнобу. Евгений Викторович, что характерно, пока что сохранял спокойствие и не отсвечивал. И правильно, его время ещё не пришло.
— Мне вас силой заставлять, что ли?! — начал заводиться Илья Фаддеевич. — Думаете, мне вот это вот всё приятно?! Да это, между прочим, — покосился он на Лерку, — мой первый внук! Заждался уже!
— Так в чём проблема?! — хмыкнул я.
— В политической обстановке. И вот в её, — ткнул отец в Валерию Николаевну пальцем, — статусе!
Ну, что сказать? Прав батюшка, причём на все сто. И не поспоришь. Но, тем не менее, придётся.
— Думаю, есть другой способ, отец.
— В самом деле? — иронично заломил бровь тот. — Ну и какой же? Просвети меня, сын!
— Я могу жениться и обзавестись законным наследником. И тогда наш с Леркой ребёнок станет всем безразличен.
— Отличный план, сын! — показал мне батюшка большой палец. — Надёжный, как швейцарские часы! Вот только как со сроками быть? Даже если ты прямо сейчас пойдёшь и заключишь брак с… да не важно, с кем! С кем угодно! — и ближайшей же ночью заделаешь наследника, тот всё равно родится на четыре месяца позже! Ну, почти! И где ты тут видишь решение проблемы? Природу не обманешь!
— Так мы и не будем, — пожал я плечами. — Сам же сказал, что по Лерке ничего не видно! А знаешь, почему?
— Понятия не имею, сын. Так что жажду подробностей.
— Мы просто будем держать Лерку здесь, на Ликее, поближе к аномальной зоне, замедляющей биологические процессы в живых организмах, отец.
И вот это моё заявление, судя по виду, батюшку проняло конкретно. Правда, подозреваю, что он пытался определить, насколько сильно я головой ударился, и не пора ли звать санитаров. Впрочем, доводить до такого не входило в наши планы, и я поспешил технично отмазаться:
— Вон, профессор тебе сейчас всё по полочкам разложит, он знает гораздо больше.
— Действительно? — перевёл отец взгляд на Эйгена. — Объясните, Евгений Викторович?
— Если вы согласитесь меня выслушать, Илья Фаддеевич, то непременно!
— Ладно, слушаю. Вам веры больше, чем этому балбесу…
Так, что-то я отвлёкся. Что там у нас на таймере? Вовремя я…
— 00:00:04… 00:00:03…
Тэ-эк-с, где у нас точка выхода? Невооружённым глазом, конечно, не разглядеть, особенно в непогоду, но в «дополненной реальности» Ли уже наложил визуализированную математическую модель на изображение, так что не ошибусь. Опять же, примерно представляю, как собственно процесс будет выглядеть — пробные пуски уже были, пусть и с небольшими грузами.