Слепой царь

Через минуту вестибюль опустел.
— А вот теперь пошли. — Сказал я, берясь за ручку входной двери.
На улице, в самом деле, было жарко. Мы пересекли портик, спустились на тротуар, подошли к описанной мною черте. Девчонки одновременно зашипели: "Стоп!". Я остановился, и лишь теперь понял, что двигатель машины заглушен.
— Здравствуйте. Чем обязаны такому визиту? — Поздоровался я.
— Не балабонь, хмырёнок. Тут нормальные пацаны на корыте завалили. — Ответил незваный гость.
— Ты у нас во множественном числе?
— Не хипиши. Пацаны в одиночку не ездят. Побазлакать надо.
— Видать твои пацаны невидимками стали.
— Ты чо? По фене не ботаешь?
— Я по-русски говорю. Других языков не знаю.
— Чо? Батва не варит?
— Слушай, или переходи на нормальный язык, или я пошёл. На фиг мне эти шарады.
— Забей. — Донеслось из машины.
Голос был женским. Так что если в салоне и был кто-то, так явно не мужчина.
— Слыхал, — обратился я к приезжему. — Тебе совет дельный дали.
— Значит, ботаешь. Тады давай на дачку махнём? Посечкуем, хавчик забугровый имеется. Косячок забьём, оттянемся по полной. Крокодилов своих оставь. У меня центровые козочки! Закачаешься!
— Это вон та твоя дача? — Я осторожно махнул в сторону тюрьмы.
— Врубаешься!
— Как же тебя оттуда выпустили?
— Фильтруй базар! Я взрослый.
— Хм! — Выразил я своё сомнение. — Не крути луну.
— Ты буркалы-то свои открой!
— А на тебе написано?
— Харэ буксовать. В дальняк пустишь? Рыбкам воду поменять. Не то я тут тебя цельный час дожидаюсь.
— Извини. Не пущу. Пока не могу. Много дел, да и гальюна общественного ещё не построил.
— Шняга. Не вышла тёрка.
— Выходит так.
- Не пыли.
— Так зачем приехал?
— Побазлакать.
— Опять за рыбу гроши. Ладно. Бывай. Как будет время, обязательно навещу твою хату.
— Не. Жду на стрелке завтра вечером.
— Какая стрелка? Ты чего-то делить собрался?
— Делить? — Задумался приезжий. — Не. Перетрём кое-что, да по домам.
— Тему-то хоть скажи? Что тереть-то?
— По тёлкам вопрос имеется. Мне столько не надо. Грелок валом, ну и лапосты хватает. Забрал бы?
— А чего бы и нет? Заберу, конечно.
— Взамен дашь на выбор.
— Хренушки. Или отдаёшь просто так, или на фик мне твои девки. Парься с ними сам.
— Окей. Пригоню сегодня с десяток, опосля поталдычим.
— Ладно. Ну, бывай!
— Он тебе руку протягивает. — Зашептала Павлина.
— Прости, братан, но руки незнакомым не подаю. Я с тобой не чифирил, на киче не отдыхал. Так что пока!
Я махнул рукой и повернулся уходить, как вдруг сзади раздался грохот. Девчонки разом зашептали:
— Упал на переднее сиденье.
— У него ноги по самое немогу обрезаны. — Добавила Павлина.
— Усёк. На мякине тебя не поймать. — Раздалось из машины.
— А и не надо было ловить.
— Ок. Завтра жду до вечера. Не появишься, обижусь. Сильно обижусь.
— На обиженных воду возят. — Усмехнулся я. — Пошли.
Мы поднялись по ступеням на террасу. Автомобиль как-то не естественно взвизгнул и завёлся. Мы остановились посмотреть, куда направится теперь наш новый сосед. Машина рванула с места, промчала около километра и замерла.
— и что это значит? — Спросила Лина.
На таком расстоянии двигатель слышно не было. Поэтому я промолчал, а Павлина вдруг сказала:
— Сейчас будет цирк.
И действительно, цирк начался. Из машины вышли две девицы, зашли с заднего бампера и принялись толкать. Получалось это у них не очень хорошо. Машина едва стронулась с места.
— И что это значит? — Задал тот же вопрос, что и Лина, я.
— Это значит, — ответила Павлина, — что у них кончился бензин.
— Как это? — Не поверил я.
— Не знаю. Но они пытаются развернуть машину.
— Ага, а потом толкать её до своей тюряги?
— Видимо, да.
— Долго же им придётся это делать. Без подмоги до вечера не дотолкают. От нас до них километров десять будет?
— Хм! — Задумалась Лина. — Наверное, будет.
— Ты что скажешь, Павлина?
— Думаю не больше шести.
— Что делать будем?
— А чем мы можем им помочь? — Спросила Лина.
 
— Можно попросить Альбину подцепить их на трос и лошадьми отбуксировать. — Предложил я.
— Можно проще. — Сказала Павлина.
— Как? — Поинтересовался я.
— Пожелай, чтоб у них появился бензин и всё.
Я немного подумал, потом ответил:
— Если у них закончился бензин, то не значит ли это, что лимит на творческий процесс закончился?
— У всех или только у них? — Уточнила Лина.
— Ты знаешь, — произнёс я, обдумывая, стоит ли так легко разбрасываться возможностями переформатирования пространства. — Проверять специально что-то не хочется. Будет необходимость, проверим.
— А насчёт помощи лошадьми, придётся отказаться. — Заявила Лина. — Нам давно уже пора ехать. И не факт, что Альбина сможет это сделать.
— Не знаю, не знаю. Но, думаю, что стоит попробовать.
— Хозяин — барин.
— Правильно. Нам ведь по дороге проще проехать.
— Но у нас вдоль забора проложена своя дорога. — Напомнила Лина.
— А есть ли там ворота? — Спросил я?
— А потянут ли лошади карету по глине? — Не унималась девушка.
— Лошади, как раз, потянут. А вот автомобиль по бездорожью!!! Правильное решение предложила вчера Альбина. С лошадьми мы не пропадём. Сена для них всегда найдётся. Надо будет озаботиться лугами, речкой и вообще, какими-нибудь водоёмами. Там и рыбку можно будет половить.
— А как насчёт моря? — Подковырнула меня Лина.
— Можно и море, если потяну. — Согласился я. — Павлина, глянь-ка, есть ли у них там крючки для сцепки?
— Отсюда невидно.
— Блин. Бинокль у Дженни. Забыл забрать. Ладно. Павлина, беги, найди конюшню, расскажи Альбине о возникших проблемах и нашем варианте решения. После чего садитесь в карету и дуйте сюда.
— Как?
— Ну, по дороге, разумеется.
— А где ворота?
— Чёрт!.. Про ворота мы забыли.
— Нет, — вмешалась Лина. — Ворота есть, они почти напротив тюрьмы.
— Не годится. Ворота должны быть здесь, рядом с основным зданием. — Сказал я, и задумался.
Через мгновение ворота появились. Красивые, ажурные, с вензелями по краям и гербом над ними.
— На гербе что изображено? — Спросил я.
— Хм! — Хмыкнула Лина. — Давай подойдём поближе. Кстати, Павлине не придётся идти через весь двор. Дорога от ворот наверняка ведёт к конюшне.
— Верно. — Согласился я, беря девушку под руку.
Герб показался мне странным. Солнечные лучи, огибающие земной шар, сходящиеся над ним в замысловатую букву толи "Ж", Толи "М". Лина вообще предположила, что это скрипичный ключ. Я мысленно представил себе букву "Ж" и скрипичный ключ. Ничего общего. Да и "М" трудно спутать с "Ж". И держал всё это нагромождение в своих лапах орёл с крыльями чайки. Я не очень понял, что это за птица такая. Но, по словам девушек, утверждающих единогласно, что это горный орёл, только крылья у него изогнуты, как у морской чайки.
— Хватит разглядывать. — Прервал я живописание девчонок. — Пора бежать. Так, где они тут открываются?
— А открываются они изнутри, между прочим. — Съязвила Лина.
— Ладно тебе. Я и отсюда открою. Один раз можно. Да, что там наши пострадавшие делают?
— Уже развернулись. Видимо, отдыхают. Девицы стоят у машины. Нет. Одна бежит сюда. — Прокомментировала Павлина.
— Так, пава, беги.
Ворота распахнулись, и девушка нырнула внутрь. Приоткрытая воротина с металлическим лязгом тут же захлопнулась.
— В какую сторону от ворот она побежала? — Спросил я Лину.
— Направо. Видимо, там конюшня, или дорога ведёт туда.
— Интересно, а ворота напротив тюрьмы исчезли?
— По-моему, да.
— Можешь осторожно посмотреть, где та, что бежала за помощью?
И тут мне в голову стукнула ужасная мысль!.. Если Сяомин не нашла в телефонном справочнике никого, кроме нас, значит, никто до этого не додумался. Зачем открывать секреты другим? пусть свою соображалку включат. Если успеют. И зачем нам открывать свой секрет средства передвижения? Пусть заказывают автомобили. Ко всему, наверняка, есть предел возможностей творить или строить, не знаю, как правильно. Только резерв когда-нибудь истощится. Надо бы узнать, как его восстанавливать, если это вообще возможно. Подобными вещами с неизвестными не делятся.