Наглец из магической академии (СИ)

— Тебе нужно в больницу! — всполошилась Джина.
— Мне нельзя в больницу. Не смейте вызывать врача! Я отлежусь пару часов, и все пройдет.
Произнесла и заснула.
***
Меня потревожили заботливые женские руки. Я открыла глаза — на кровати сидела Джина.
— Знатно ты нас напугала, Дэй, — сказала подруга, — видела бы ты, что учудила Молли, увидев твое окровавленное тело. Их, видите ли, в Джимингей не возят на практические занятия в госпиталь. Они у нас больше специалисты по мозгам, а от бренностей физического тела властители разума сами теряют сознание. Им бы нашего профессора Спорк! После его практических занятий безразлично смотришь на свежевание котят.
— Какой кошмар, — фыркнула соседка и прикрыла рот ладонью, сдерживая приступ тошноты.
— Кошмар — когда я была одна, а возле меня два бессознательных тела. Даже не знаю, как я справилась с вами двумя.
Подруга сняла повязку и намотала новую. Рана на руке затягивалась, но все равно выглядела тревожно.
— Как тебя угораздило? — спросила Джина меня.
— Дракон оцарапал.
— Десмунда? Это у него ты пропадала всю неделю? — я замялась, думая, что ответить. — Можешь не отвечать, он по перевязкам самый отвратительный на своем потоке. Руку такого специалиста я узнаю без труда.
— У него… Вы никому не сказали, что со мной произошло? — спросила с осторожность.
— Нет. Ты же просила не говорить. Да и что рассказывать, все и так ясно. Дракон Десмунда оцарапал тебя на кануне состязание. Чтобы ящера не дисквалифицировали за излишнюю агрессивность, Матиас решил скрыть инцидент. Его же драконица — чемпион! Я видела, как она обыграла Мартана. Ох, какой знатный кульбит в воздухе она сделала, чтобы облапошить Гая. Жаль, ты пропустила это шоу.
— Жа-аль, — произнесла, растягивая буквы.
— Вот только приземление ей не удалось. Дракон Гая хоть и проиграл, но на него хотя бы приятно было посмотреть, — отозвалась соседка из Джимингейла.
— А что не так с приземлением?
— Матиас сказал, что у Драквин закружилось в голове, и она сбилась с траектории. Но теперь все с ней в порядке. На следующий день он демонстративно выводил ее на стадион, хвастаясь своей победительницей, — Джина приступила к ране на другой руке. — У тебя так быстро все заживает! Никогда такого не видела.
— Спасибо. Хороший обмен веществ способствует быстрому заживление, — на лице подруги появилось недоверие. Все же она тоже училась в академии с медицинским уклоном, и обмануть ее не так просто. — К тому же Матиас дал несколько волшебных настоек, которые обещали скоро поставить меня на ноги.
Мое дополнение удовлетворило любопытство Джины.
— Тогда почему ты от него ушла, если у него такие волшебные лекарства?
— Мы очень сильно поссорились и решили, что нас больше ничего не связывает.
Джина поняла мои слова по-другому.
— Жаль, вы были приятной парой. Хотя было видно со стороны, что ему отношения были нужны больше, чем тебе.
— Вот же гад! — вспылила Молли и, навострив уши, подсела ближе к моей кровати. — Принуждал тебя работать на дракона, заставил скрывать от всех, что на тебя напали, а после выставил за дверь с такими страшными ранами! Как ты справляешься с этим, бедняжка?
— Ему за такое нужно оторвать хозяйство и пришить на лоб, чтобы все видели, что идет по улице не мужчина, а тряпка, — возмутилась Джина.
От ее ругательств я улыбнулась.
— Мне нужно будет раздобыть справку о болезни, чтобы меня не выгнали за прогулы.
— Не переживай, я все улажу, — сказала Джина и многозначительно посмотрела на Молли. — Мы с Молли разберемся. Тебе сейчас нужно приходить в себя и восстанавливать силы. Если заживление не сбавит темпов, то через пару дней ты сможешь встать на ноги, — соседка протянула мне горсть таблеток: — Вот выпей. От это станет легче.
— Я должна знать, что в этих лекарствах? — насторожилась я.
— Нет, — тоном, не принимающим возражений, ответила Джина.
***
Еще около недели я провела в постели. Это время я потратила на размышления. Нужно было принять решение, что делать дальше. После разрыва с Матиасом мне не дадут стипендию. Но денег на моем счету достаточно, чтобы внеси оплату за свое образование.
 
Нужно лишь решить: пойти в открытую конфронтацию с Десмундом и остаться в академии или забрать документы и поступить на второй курс еще раз уже в новом учебном году?
Ссориться с Матиасом не хотелось, но, положа руку на сердце, мы оба жульничали. После произошедшего на стадионе я не понимала, почему должна бросить учебу ради того, чтобы он чувствовал себя комфортно. Пусть он оплатил мое образование и жалование, но я-то его честно отработала. Более того, я чуть не умерла ради его тщеславия.
После всего случившегося остаться в академии вопреки запрету Матиаса не казалась таким страшным. Ему придется меня потерпеть, как я вынуждена терпеть шрамы на своем теле. Раны заживали быстро, но на коже оставались блеклые следы — напоминание о моей ошибке.
Сегодняшним утром я впервые после долгого перерыва собралась вернуться на занятия. Вопрос со справкой так и не решился, хоть подруги и обещали помочь. Я не могла их упрекать в этом — мои проблемы, и должна их решать только я. У меня несколько идей на этот счет, но я все же надеялась, что в огромном потоке студентов мои прогулы остались незамеченными.
Я тихонько собралась и надела форму академии. С восхищением отмечая, что у Джины золотые руки — она отчистила мой единственный комплект от грязи и крови так, что не осталось и следа. Юбка и жакет выглядели, словно их только принесли из магазина. Длинные волосы я расчесала и подхватила лентой. Впервые за долгое время отражение в зеркале перестало меня пугать. Взяла в гардеробе свое твидовое пальто, замечая рядом с ним на плечиках куртку Гая. Я так и не вернула ему ее. Решила отдать после занятий. Будет странно таскаться с мужской курткой в академии.
Одна вышла из комнаты — Джине сегодня на вторую пару, а Молли опять не ночевала дома. Я спустилась по ступенькам на улицу. Небо заволокло плотными тучами, а противный мелкий дождик неприятно бил по лицу. Закуталась в куртку и быстрым шагом пошла к учебному корпусу.
Первым сегодня стояло занятие у профессора Руэрти. Я порадовалась, что не встречу там Матиаса и Гая. От воспоминания имени обоих парней у меня начинала болеть голова, но от каждого по разным причинам.
Заскочила в аудиторию, в которой было не более десяти человек. Профессор уже стал возле кафедры, готовясь к занятию. Он оживился, увидев меня в дверях.
— Адепта Грияр, давно вас не было.
— Простите, профессор, я болела, — сняла куртку и повесила на спинку стула.
Так торопилась, что забыла о гардеробе для студентов.
— Хорошо, что вы выздоровели. Я уже волновался, что наши практические занятия вас настолько впечатлили, что вы бросили обучение.
Я насторожилась. Откуда он знает, что меня не было не только на его парах? Академия из-за наплыва студентов учится в две смены. У Руэрти расписаны занятия с утра до вечера. Конечно, он заметил, что меня нет на его парах. Но не проверял же мою посещаемость по всем предметам? Или это шутка, а моя подозрительность приобретает параноидальный характер?
Прозвенел звонок. Я удобно расположилась на стуле.
— Сегодня мы с вами поговорим о таком понятии, как «ментальная топь», — студенты стали перешептываться и приглушенно хихикать, — и так…
Светловолосы парень за моей спиной поднял руку. Руэрти дал ему слово.
— Профессор, так нет же ментальной топи. Выдумки все это. Не существует ни одного доказанного случая. Вы единственный, кто в нее верит. Это же… не научно.
 
— Если в твоей жизни не случилось встретить человека, в чьи топи ты мог угодить, то тебе несказанно повезло, Эдворд. Я встречал не более пяти случаев «ментальных топей». Явление это очень редкое, но в то же время достаточно любопытное. Менталист попадает в чужое сознание, и ему там настолько комфортно, что постепенно он становится зависим от этого человека.