Три жизни Тани (СИ)
- Поразительно, - выговорил, наконец, Тьерр. - Я не раз слышал, как ты, Люк, обсуждаешь с советниками и придворными статистику гибели людей от некачественных продуктов и смертельных вирусов, как выражаешь соболезнования семьям погибших, и за все эти долгие месяцы я ни разу - ни разу! - не распознал в твоём голосе и запахе ноток вины и раскаяния, лишь чистую злость. Я полагал, что это праведная злость на негодяев, истребляющих людей, а на самом деле ты раздражался оттого, что срываются твои планы уничтожить их как можно больше!
- С чего бы мне раскаиваться? Я не сошёл с ума, как отец, - брезгливо поморщился Люкиэль. Его красивое, идеально симметрично лицо стало выглядеть гротескной маской. -Разве ты, литэйр, испытываешь муки совести, когда травишь шурхов на космическом шаттле или тараканов в рабочем кабинете? Мне куда тяжелей давать разрешение на отстрел волков и расплодившихся кроликов! У меня сердце кровью обливается на каждой охоте, однако я понимаю, что размножение одних видов не должно приводить к вымиранию других видов - и слежу за равновесием в природе. «Разумное» же население расползается по планете, как злокачественная опухоль, и нуждается в срочном иссечении. В вырывании с корнем, в удалении молодых побегов!
- Так ты - спаситель миров, Люкиэль? - насмешливо протянул Тьерр.
- Скорее дезинсектор, санитар-очиститель. Природа твоего мира, Тьерр, умирает, как у нас?
- Нет, население моего мира всегда жило в гармонии с природой.
- Прекрасно, тогда оно не нуждается в чистке и прореживании, а про моих подданных такого не скажу. Они не желают ограничивать себя в своих запросах, в своём стремлении бездумно размножаться, так что ограничивать их приходится мне.
Тьерр просчитывал расстановку сил, краем уха слушая речи Люкиэля, обсуждающего с сообщниками стратегию их дальнейших действий. Стратегия была продуманной и вполне осуществимой, тем более что Лориэль с Микэлем заранее позаботились подвести улики под мнимого убийцу и их планы уже вовсю реализовывались, осталось лишь дождаться результата. Тьерр слушал и думал:
«Самые опасные маньяки - те, что убеждены в неоспоримом превосходстве своего разума над всеми прочими и поэтому полагают себя вправе выступать в роли высшей силы, принимающей «верные и полезные» решения за всех. Смертельно опасны фанаты одной идеи и неважно, насколько благой эта идея выглядит. Мировоззрение, основанное на том, что существует абсолютно верная для всех доктрина, абсолютно правильный для всех путь
- порочно само по себе, даже если не предполагает массовых убийств. Идея сбережения природы тоже изначально их не предполагает».
- Если вы намерены убить меня, то советую ускориться - скоро здесь будет куча полицейских, причём точно не тех, что входят в вашу шайку. - Тьерр пренебрежительно сплюнул на пол.
- Всё еще пытаешься держать нас за идиотов? - хмыкнул Люкиэль. - Система магических стражей мигом среагирует на смерть полицейского при исполнении и никакой купол не убережёт нас от мгновенной высадки вашего десанта. Нет, пока твои агенты не добрались до нас с разрешением на аресты, эксгумацию и с постановлением о принудительном снятии всяческих защит с поместья, мы успеем обдумать, что нам делать. Ты полезнее живым, чем мёртвым, Гордеон, и я рад, что мои торопливые родные не сумели тебя прикончить.
Люкиэль подошел ближе к магическим сетям, в которые был запутан Тьерр, и произнёс самодовольно:
- Видишь ли, без твоих показаний об этом последнем часе в склепе, меня никто не заподозрит в причастности к тем действиям, что ты считаешь преступлениями. У меня развязаны руки, а моих высоких сообщников в других мирах твои люди не вычислят, не просканировав нашу память. А они доступ к ней не получат: я - невиновен, а Лориэль и Микэль прямо сейчас сбегут и стартуют к тёмным мирам, где их не достанет никакая полиция. Наша «шайка», как ты выразился, состряпает для них хорошее прикрытие, которое не так-то просто будет разбить в суде. Потом наши приверженцы и друзья в сотне миров помогут поднять шумиху в прессе о произволе, творимом всекосмической полицией.
Мои родные будут представлены невинными жертвами этого произвола, в их поддержку пройдут тысячи митингов и акций, сотни адвокатов камня на камне не оставят от всех твоих доказательств и дискредитируют всех твоих детективов-свидетелей. В конце концов, Лориэль и Микэль измученные и несчастные добровольно вернутся из вынужденной ссылки, решив довериться справедливости галактических законов, и ни один судья не рискнёт подписать «жертвам» обвинительный приговор. Так что тебя придётся оставить в живых для подтверждения моей версии событий, но не радуйся слишком сильно - жизнь частенько бывает хуже самой лютой смерти. Прощай, Тьерр-Гордеон, ты улетаешь вместе с телохранителем Вориэлем. Лориэль, Микэль, вам пора - поспешите добраться до космодрома и приготовьтесь стартовать вскоре после отлёта литэйра.
За окном послышался громкий гул приближающегося и приземляющегося космического шаттла - Тьерр по рокоту двигателей мог назвать модель и марку аппарата. Люк дал знак охране и несколько человек побежали встречать прибывших, Лориэль с Микэлем тоже покинули склеп. Вскоре в сопровождении людей Люка в проёме двери показался связанный и недоумевающий Диэль Молкиаль, в измятой несвежей одежде. Он перевёл вопросительный взгляд с правящего лорда на слабо шевелящегося у его ног Тьерра, стянутого магическими нитями.
- Что происходит? Зачем вы велели своим людям схватить меня вчера на рассвете и удерживаете меня в плену вторые сутки? Что вы творите, лорд Люкиэль? - спросил Молкиаль. Он хмуро посмотрел на связанного Тьерра и безуспешно дёрнул собственные путы.
Люк зловеще усмехнулся и сказал:
- Собственно, вас велел схватить мой дядя, я только что узнал, что вы тайно гостите у меня на космодроме. Видите ли, в чем дело, Диэль: всекосмическая полиция обнаружила доказательства того, что мой отец погиб не в аварии. Отца убили еще в доке, до заезда, наложив затем на тело магический стазис, и нашлись свидетели, которые видели вас выходящим из этого дока перед самым стартом. Кроме того, все знали о вашей ссоре с моим отцом, многие слышали, как вы угрожали ему, говоря, что найдёте способ его остановить. Вы маг, Диэль, вы имели мотив и возможность для убийства моего отца, а вчера и сегодня проникли в склеп, чтобы уничтожить саркофаг с его телом - вам надо было избавиться от уличающего вас следа на нём. Бравый литэйр всекосмической полиции организовал для вас ловушку, в которую вы чуть не попались, но в последний момент успели взорвать склеп и сбежали на угнанном вами шаттле. Мне пришлось выделить литэйру второй шаттл для погони за вами, на этом, собственно всё. Ах да, один нюанс: на самом деле вы никуда не полетите, Диэль.
- Что за бред, - растерянно выговорил Молкиаль, на что Люк пожал плечами и сказал:
- Я надеялся, что несчастный случай с дочерью тебя утихомирит, но девчонка чудом спаслась, а ты не понял намёка. Прощай, оппозиция: твой прах не найдут в руинах склепа, а твоё имя станет именем убийцы, разыскиваемого по всей Галактике.
Люкиэль выхватил бластер, настроенный на максимальную мощность. Бесшумная вспышка
- и от живого человека осталась горсть пепла, как от бродячего пса. Люкиэль обернулся к Тьерру:
- Как тебе моя задумка? Вопрос с убийством моего отца решён. Вопрос с твоим отсутствием на месте преступления тоже: ты догоняешь преступника Молкиаля, и вся полиция, что скоро явится сюда, умчится по следу сбежавших преступников, чтобы помочь тебе в их захвате. Только никто никого не догонит - космос велик, а пути отхода у нас давно продуманы и проработаны. Твоя память не будет сканирована, никаких других улик против меня нет, моих родных тоже в итоге оправдают.
- Ты не так умён, как привык считать, Люк, - с ненавистью ответил Тьерр. - Ты правда думаешь, что я не предусмотрел самые плохие варианты, собираясь в этот склеп? Тебя казнят, как и твоих родственничков, обещаю!
Лицо Люкиэля исказилось неистовой злобой, он окутался маревом магического сияния, и в сторону беспомощного Тьерра полетела серебристая лента...