Психушка монстров (СИ)

Ксюша вскинула взгляд и прямо в эту секунду увидела, как в чёрную металлическую дверь заходит стайка девочек-подростков.
— Да как же одна? Вон, глянь, школьницы в левую заходят.
В глазах Вальки появилось странное выражение — непонимание, опасение и заботливость, как когда общаются с тяжело больными.
— Ксюш, наверное, последний бокал пива был лишним.
— Да не пьяная я!
— Всё, пойдём отсюда, а то вон бармен уже странно смотрит. Сейчас охрану позовёт.
Валька подхватила подругу под локоть и уверенно повлекла к выходу из ресторана. Та не сопротивлялась, хотя обидно ей было невероятно. Ксюша даже показательно шмыгнула носом и провела рукой по глазам, словно стирая выступившие слёзы. А когда снова подняла веки, они проходили мимо двери в уборную. Одной двери, рядом с которой была только глухая стена.
  
Глава 7
 
Эдик. Подменыш ​
 
Что-то мокрое и шершавое раз за разом касалось его лица, тревожа и заставляя всплывать из тёмной клубящейся дымки обморока. К тактильным ощущениям довольно быстро добавились сведения, посылаемые обонянием. И Эдик вслепую оттолкнул от себя слюнявую собачью морду. Страж протяжно заскулил, обиженно так, но послушно отодвинулся. Самую капельку, правда, но хоть дышать прямо в лицо и ронять слюни перестал.
Парень сидел на полу в уголке комнаты, которую он ещё не видел — спальня, судя по доминирующей в интерьере кровати. А вообще помещение маленькое, напоминающее гостиничный номер эконом-класса, только и вмещается спальное место, тумбочка, одёжный шкаф и малюсенький столик с табуреткой рядом.
Никаких признаков Михаила Евграфыча не наблюдалось. Только Страж, в обычном своём виде — крупная дворняга без всяких демонических крыльев за спиной — сидел рядом с Эдиком и преданно смотрел на него, шумно дышал и чуть перебирал лапами. Дескать, погляди, хозяин, какой я молодец и как тебе помогаю во всём.
— Спасибо, — кивнул Эдик, вспомнив о чавкающе-сосущих звуках и страшной головной боли, от которой сейчас ни следа не осталось. — А как ты сюда попал, а? Я ж дверь запирал. И где этот… главврач?
Странно было бы всерьёз надеяться, что пёс ответит человеческим голосом и разъяснит, что к чему.
«Там…»
Брякнуло в мозгу очередное слово, которыми мысленно общался Страж. Пёс аккуратно прикусил рукав Эдикового свитера и потянул к выходу из комнаты. Парень не стал противиться и поднялся, на удивление легко, только локоть немного болел, наверное тот, на который он приземлился, теряя сознание. Прошёл вместе со Стражем обратно по знакомому уже коридору, мимо кухни, вернулся в приёмную или гостиную. В общем, в первую комнату. Пёс тянул дальше, к входной двери, но наружу, на мороз к сумасшедшим беглым пациентам Эдику совсем не хотелось.
— Не пойду я туда, — он упёрся свободной рукой в дверной косяк на границе гостиной и прихожки. Ободранная ладонь тут же отозвалась болезненным импульсом, Эдик поморщился, а потом понял, что пёс вёл его вовсе не на улицу. Просто человек попросил объяснить, как попадают в запертые дома, Страж и показал, раз уж словами описать не в состоянии. Оказывается, в нижней части входной двери имелся лаз, такой обычно делают в деревенских домах для кошек. Здесь он был самую чуточку побольше, но переведя взгляд обратно на псину, Эдик скептически помотал головой:
— Ты туда не пролезешь.
Пёс зарычал, словно расстроившись, что в его способности не верят, подошёл к лазу, весь как-то сжался, уши прижал, лапы согнул и, сопровождаемый разноцветными сполохами, пролез наружу. Эдик так и остался стоять, опираясь на косяк, и изумлённо чеша в затылке. Такое впечатление, что Страж скомкался, как не может ни одно живое существо, но всё равно высек искры, потому что протискивался впритык.
— Офигеть.
Эдик не успел облечь свои эмоции в более вразумительные слова, как сияющие пятна появились опять и псина влезла обратно в дом. Страж уселся у порога с довольной мордой, явно ожидая одобрения или даже, быть может, угощения, как самая обычная дворняга.
 
— Нет у меня ничего, — парень развёл руками, и сразу же в голову пришли одновременно две ассоциации.
Первая — чисто физиологическая, Эдик понял, что страшно, просто смертельно хочет есть. Нет, жрать, более литературное слово уже не подходило. Чай с наркотой, подсунутый главврачом, не мог считаться даже за перекус, а до этого Эдик ел только на завтрак, который был так давно, что можно и не вспоминать даже. Вторая — неприятная, почти отвратительная, о звуках, которые издавал Михаил Евграфович перед тем, как Эдик отключился.
— А на второй вопрос ты мне не ответил: где этот врач ужасный?
Если старикашка столь опасен, лучше определиться с тем, как ему противостоять. А для этого сначала надо понять, куда он делся. Сбежал? Спрятался? Второе больше похоже на правду, потому что засов на двери по-прежнему задвинут изнутри. Ну, или в доме есть второй выход.
Страж лишь помотал лобастой головой и принялся устраиваться прямо здесь же подремать. Почесал задней лапой за ухом, свернулся колечком, уложил морду на лапы. Ни дать, ни взять — обычный домашний питомец. Эдика, конечно, этим уже не проведёшь, но помогать в поисках Страж явно не собирался.
— И чёрт с тобой. Пойду посмотрю, что там с телефоном.
В отключке он мог пролежать как совсем немного, так и несколько часов — зимние ночи длинные, освещение не меняется, а узнать время можно только с помощью того же телефона.
Экран послушно загорелся, показав полный заряд.
 
3:43.
 
Не утро, но и большая часть ночи уже прошла. Ещё чуть-чуть и надо будет не домой идти, а обратно на остановку. Эххх… Эдику вспомнилось предложение Михаила Евграфыча о работе, и даже как-то грустно стало от того, что главврач оказался сдвинутым психом и не примет его на вакансию сторожа. Парень душераздирающе зевнул во весь рот, пару раз без особых смысла и цели ткнулся по разным приложениям в телефоне. Вроде всё работает.
Теперь для полного счастья надо найти чего-нибудь поесть и поспать хоть пару часов, благо кровать в задней комнате выглядела вполне приятно. Только ещё про Михаила Евграфыча выяснить. Это можно в промежутке между первым и вторым делом. Страж мирно дремал на коврике, не собираясь уходить, а с таким защитником под боком Эдик не переживал, что чокнутый доктор застанет его врасплох и нападёт — пёс его учует залает или как там ещё сторожевые собаки объявляют об опасности. Так что поесть, если найдётся что, можно спокойно.
Поиски в кухне дали результат и весьма неплохой. В холодильнике обнаружились пачка сливочного масла и колбаса в нарезке, шкафчик над плитой был полон всяческих запасов к чаю — печенья, сухари, сушки, и в придачу полбуханки чёрного хлеба. Коробку с чаем Эдик предпочёл отставить в сторону, вдруг подмешивал главврач не ему в чашку, а просто сама заварка уже с добавлением снотворного или что там было. Зато отыскал маленькую жестяную баночку растворимого кофе, какого-то неизвестного индийского производителя. Понюхал подозрительно, но ничего неестественного не обнаружил — обычный пережжёный кофейный порошок.
После пары кружек кофе с бутербродами и печеньями Эдик почувствовал себя лучше. Продолжающий бродить в крови адреналин придавал бодрости, да и кофе помог, голод был побеждён, а спать хотелось умеренно. Самое время заняться выяснением того, что здесь произошло.
— Всё-таки это случилось. Как в хреновом фантастическом фильме…
И до сих пор Эдик считал, что любопытство слишком часто оборачивается против того, кто его проявляет, и ей-богу предпочёл бы уйти и забыть о странном ЖК и его обитателях навсегда, а не приниматься за частное расследование. Но события планомерно вели к тому, что выбора у него не осталось. Парень про себя решил, что раньше рассвета ноги его на улице не будет, но и безмятежно дрыхнуть в местной спальне он вряд ли сумеет — слишком нервно. Так чем занять оставшиеся часы бодрствования? Попытаться найти главврача и выспросить у него всё, что получится, а при особенной удаче ещё и рыло начистить за попытку сожрать.