Летящий ястреб, рыжая лиса (СИ)

Вот уже показалась задняя часть салуна. На балконе стояло несколько человек. Мужчины без шляп и сюртуков, полураздетые женщины в одном нижнем белье — судя по всему, клиенты и шлюхи.
Кэтрин и Брайан хотели обогнуть дощатый сарай, как вдруг из-за него вышло четверо. Судя по грязной рваной одежде, это были опустившиеся бродяги, тем не менее, на бедре у каждого из них висела кобура. Брайан остановился и жестом велел Кэтрин держаться позади.
— Вот они! — сказал один из оборванцев своим дружкам.
Заношенная шляпа, слипшиеся патлы, похожие на мочалку усы… Мика! У Кэтрин подогнулись колени, и вдоль позвоночника пробежал неприятный холодок.
— Это тот краснозадый, что тебя отделал? — поинтересовался долговязый хмырь с испитым лицом.
— Угу. — Мика осторожно дотронулся до распухшего носа, вокруг которого расплывалось лиловое пятно. — Сраный язычник! Давайте линчуем этого ублюдка, а шлюху — пустим по кругу!
— Согласен, — ощерился верзила, и в его руках Кэтрин заметила свернутую веревку. — Ну-ка, индеец, подставляй шею!
— Я скажу один раз, и повторять не буду, — спокойно произнес Брайан. — Оставьте нас в покое, или я надеру вам задницы.
Все остальное произошло в мгновение ока. Мика потянулся к кобуре. Брайан одной рукой толкнул Кэтрин к себе за спину, второй — выхватил револьвер. Грянул оглушительный выстрел. Следом — еще и еще. Где-то на улице истерично заржали лошади, в нос ударило едким запахом пороха.
Когда дым развеялся, Кэтрин увидела, что Мика и долговязый валяются в утоптанной пыли, а двое их дружков — удирают через заборы, оставляя за собой кровавые следы.
— Твою мать! Он их всех продырявил! — послышался чей-то изумленный голос.
Кэтрин подняла взгляд и обнаружила, что с балкона салуна на них таращатся зеваки. «Боже, все это видели! Нас сейчас арестуют!» — мелькнуло в ее голове.
И правда, один из стоящих на балконе мужчин — плотный и коренастый — закричал:
— Краснокожий поднял руку на белых! Вздернуть его!
— Заткнись, Джонни, — ткнул его в бок бармен, который, оказывается, тоже был здесь. — Все видели, что Мика первым достал револьвер… Так же? Все видели? — Он повернулся к девицам, и когда те закивали, продолжил: — Полукровка защищал белую женщину. Все по справедливости.
— Как же, по справедливости, — не унимался коротышка. — Он-то небось сам и потрахивает эту рыжую девку.
Брайан слушал их перепалку с видимым безразличием, но Кэтрин заметила, как у него стиснулись кулаки.
— Они — брат и сестра, — сказал бармен.
— И ты в это веришь?
Трактирщик пожал плечами.
— Пойди, спроси у него сам, если не боишься прилечь рядом с Микой.
Коротышка пробурчал что-то невразумительное и скрылся за дверью.
— Расходимся, леди и джентльмены, представление окончено! — Бармен замахал руками, загоняя шлюх и клиентов обратно в салун.
Когда Кэтрин наконец очутилась в номере, ее руки дрожали, а сердце выстукивало бешеный ритм. Господи, ну почему они с Брайаном и шагу не могут ступить, чтобы не вляпаться в очередные неприятности! Она наполнила из кувшина тазик и принялась умываться. Повезло еще, что за них заступился трактирщик. Видимо, Мика достал и его.
Пустой желудок выводил заунывные трели. Скорей бы принесли еду! О том, что она будет есть завтра, думать не хотелось. Брайан пообещал раздобыть денег, и она ему верила. Стыдно принимать от него помощь, ничего не давая взамен, но возможно у нее еще будет шанс себя проявить.
Снаружи заскрипели ступени. Наверное, ужин. Кэтрин подошла к двери, чтобы ее открыть, но услышала басовитое: «Апчхи!» и притормозила.
— Будь здоров! — отреагировал Брайан, который, по всей видимости, курил на балконе.
— Спасибо, — отозвался хриплый мужской голос. — Слышь, это ведь ты подстрелил Мику и его дружков?
— А кто спрашивает?
— Я — Хэнк, а это Фрэнк.
Оказывается, их двое. Кэтрин напряглась. Неужели это очередные приятели Мики, жаждущие отомстить?
— Брайан. Чем обязан?
— Сэм сказал, что ты лихо стреляешь.
— Какой еще Сэм?
— Хозяин этой тошниловки.
 
— Допустим. И что дальше?
— Есть одно дельце, и нам не помешают отчаянные ребята, вроде тебя.
По телу пробежала нервная дрожь. В какое еще дерьмо этот мутный тип собирается втянуть Брайана? Кэтрин опустилась на корточки и посмотрела в замочную скважину, но уже стемнело, и разглядеть толком ничего не удалось.
— А мне что за печаль? — равнодушно бросил Брайан.
— Намечается большой куш.
— Насколько большой?
— Может, зайдем в номер? Не с руки обсуждать такие вещи на улице.
— Хорошо.
Чертов Брайан, ну зачем он согласился? А вдруг они хотят его убить? Может выйти из комнаты и велеть этим Хэнку и Фрэнку убираться? Хотя, какое она имеет право вмешиваться? В конце концов, у Брайана своя голова на плечах, и он знает, что делает… Наверное…
Хлопнула дверь, и голоса утихли. Кэтрин схватила со стола жестяную кружку и, прислонив ее к стене, прижалась ухом к холодному донышку. Сквозь хлипкую перегородку было слышно все, что происходит в соседнем номере.
Судя по скрежету ножек по полу, Брайан предложил «гостям» стулья.
— Выкладывайте, — сказал он, но вместо ответа раздался надсадный лающий кашель.
— Слышь, чахоточный, уймись ты уже! — подал голос второй незнакомец — судя по визгливым ноткам, едва оперившийся юнец.
— Завали хлебало, — вяло огрызнулся Хэнк. — В-общем, дело такое, приятель, мы с Фрэнки работали на стройке этой долбаной железной дороги…
— Пропади она пропадом! — вставил Фрэнк.
— Копали землю… укладывали рельсы… забивали костыли, — продолжил Хэнк, шмыгая носом после каждого слова. — Адская, скажу я тебе, работенка. Пахали мы там, как ниггеры на плантации, а получали сущие гроши. Едва хватало, чтобы раз в неделю надраться в салуне да с девкой покувыркаться.
Он замолчал и высморкался с таким звуком, будто протрубил в горн.
— И причем тут я? — поинтересовался Брайан.
— Погоди, сейчас дойдем до сути, — заверил Хэнк. — Так вот, этот богатый мудозвон — мистер Вудвилл…
Он прервался на очередной приступ кашля.
— Чтоб его разорвало! — поспешил вставить свое слово Фрэнк.
— Ты же знаешь кто такой мистер Вудвилл? — прочистив горло, спросил Хэнк.
— Ну, допустим, слыхал, — ответил Брайан.
— Так вот, этот долбаный буржуй решил нанять на работу узкоглазых, потому что им, видите ли, можно платить в два раза меньше. А меня и Фрэнки вышвырнули без выходного пособия. У нас даже нет денег на дорогу домой… Кстати, я из Небраски.
— А я — из Колорадо, чтоб ему провалиться!
— Ближе к делу! — потребовал Брайан.
У Кэтрин начало болеть ухо, которым она прижималась к кружке, и она притиснулась к нагретому донышку вторым, чтобы не пропустить ни слова.
— В-общем, каждые две недели в лагерь прибывает поезд, — сипло говорил Хэнк. — Привозит припасы, материалы, а самое главное — деньги на плату рабочим… Смекаешь, о чем я?
— Продолжай. — Впервые за весь разговор в голосе Брайана прорезался интерес.
— Нам частенько приходилось разгружать товары. И мы между делом немного осмотрелись. Охраны там всего ничего — человека четыре в грузовых вагонах, и двое — в головном, возле сейфа с деньгами. В-общем, закралась у меня мыслишка, что этот поезд будет легко грабануть.
— Так уж и легко?
— Ну, не то чтобы совсем легко, но вполне возможно. Мы тут с Фрэнки проехались вдоль рельсов, понаблюдали… Апчхи!
— Будь здоров!
— Спасибо. Так вот, возле скалы Чинук есть одно местечко, где на крутом повороте поезд замедляет ход. А каньон там настолько узкий…
— … как дырка у китаянки, — влез Фрэнк.
— … что со скалы можно спрыгнуть прямо на крышу вагона. Охранники вряд ли что-то заметят, и их легко будет вырубить по одному.
— А сейф? — поинтересовался Брайан. — Как вы собираетесь его взломать?
— Взорвем динамитом. Мы припрятали несколько шашек, когда нас поперли с работы.