Я – наложница для Прайма (СИ)

– Но как тут ходить, когда у меня вроде бы одна уже дома завелась. Подозрительно слишком. Праймы так не делают. В итоге я не выдержал и поехал на аукцион за настоящей айли. И так появилась ты...
Он слабо улыбается.
– Марита на меня конечно всех собак спустила. Но это не ей решать.
Дез замолкает. Я тоже молчу, обдумывая услышанное. Рассеянно веду пальцами по его груди. И вздрагиваю от резкого стука в дверь. Не дожидаясь разрешения, в дверном проёме появляется каштановая макушка Мариты.
– Дез, снижаемся. Заканчивай ласкаться. Ещё неизвестно, что у Гельмута ждёт. Я оружие нашла в ящике в грузовом. Иди посмотри.
Прайм тут же подскакивает и снимает меня с себя.
– Иду.
  
39.
 
– Пусть тут лучше останется, – говорит кошка, наблюдая за тем, как Дез подает мне руку, помогая вылезти из шаттла. На улице глубокая ночь, редкие гелевые фонари едва освещают тихий переулок и высокие заборы задних дворов, за которыми скрываются дома-кубы, – Мало ли что там? Да и вообще...
Марита щурится и добавляет тише.
– Нечего ей уши греть...
– Я уже всё рассказал. Ничего нового Ри не услышит, – равнодушно произносит Дез и проходит мимо остолбеневшей сестры к невзрачной калитке. Нажимает на коммуникатор, но в ответ лишь тишина.
– Что? – вскидывается Марита на брата, разрываясь между желанием заорать и боязнью привлечь чьё-нибудь внимание.
– Прямо всё? Всё? Это вообще-то не только твоя тайна! Ты права не имел!
Дез переводит на неё морозный взгляд, очевидно означающий приказ заткнуться и не шуметь, и нажимает на кнопку коммуникатора ещё раз.
– Я никому не скажу, – решаю робко подать голос.
После услышанного мне сложно ненавидеть кошку, будь она хоть тысячу раз стерва. Мне её бесконечно жаль. Но, видимо, именно в этом и дело, потому что Марита даже не поворачивается теперь в мою сторону, делая вид, что я вообще существовать перестала.
Дез третий раз долго жмёт на коммуникатор, начиная оглядывать высокий забор и прикидывая, похоже, как через него нам всем перелезть. Но тут прибор разражается треском, а затем до нас доносится старушечий голос.
– Это кто? – недоверчиво и зло хрипит коммуникатор.
– Фрай Дезире Виг, – откликается Дез.
Пару секунд лишь треск, а потом старушка почему-то произносит поговорку.
– Ночью все кошки серы.
– Но живы, – отвечает прайм.
И через мгновение калитка распахивается. Марита проскакивает первая, а Дез крепко хватает меня за руку.
– Пошли.
Я поспешно семеню за ними. Перед нами предстаёт дом-куб, практически такой же, как у Деза. Похожая лужайка, засаженная такими же бордовыми кустарниками. Ощущение, что мы в том же квартале, где живёт прайм, богатом и однообразном. Несмотря на то, что нам ответили, свет нигде не горит. Большие окна зияют черными провалами. Кажется, что дом спит вместе со своими хозяевами. Неприметная дверь сбоку от основного входа открывается, и на пороге появляется статная старушка.
– Сюда, фрай, – машет нам. Мы торопливо идём ей навстречу.
– Зря вы прямо так, у дома, шаттл посадили, – сетует бабуля, ведя нас по узкой лестнице куда-то вниз в подвал, – Кто ж так делает-то...
– Сейчас уже улетим, фрая Вилма, – отрезает Дез, – Гельмут готов?
– Вот прямо сейчас? – старуха удивленно вскидывает седую бровь, – Нет, ну Гельмут ждал вас конечно после того, как узнал, что пропали вы. Но чтобы прямо сейчас...
– Значит должен быть готов, – перебивает её Дез.
Лестница заканчивается, и мы оказываемся в зоне отдыха с большим бурлящим бассейном. Стены украшены мраморной мозаикой, по углам обтегаемые диваны и изящные столики для напитков.
– Неплохо старик устроился, – фыркает Марита, осматриваясь, – Я уж думала, в какой-нибудь тёмной каморке сидит – дрожит, а тут...
– Фрай Гельмут – уважаемый оборотень, девушка! Не крыса – по каморкам жаться! – резко вскинулась старушка, продемонстрировав желтые клыки, я даже вздрогнула от неожиданности. А Марита озадаченно залепетала.
– Да я не хотела...
– Всё в порядке, Марита, – слева послышался низкий бас, и мы разом обернулись, – Марита, ведь верно? Великая луна! Девочка, да тебя не узнать!
 
Дородный оборотень в домашнем халате заулыбался , внимательно разглядывая её. Потом взглянул на прайма.
– Дезире, очень рад видеть. Как узнал, что пропали, очень уж переживал. Думал, не случилось ли чего... – причмокнул губами, поглаживая живот, и добавил вкрадчиво, – Непоправимого. Ну и сразу к Вилме подался, как условились. Но, кажется, на меня пока не вышли...
– Завещание здесь? – поинтересовался Дез.
Толстяк лишь прищурился, продолжая улыбаться, и не ответил.
– Да, простите. Это ваше дело – как прятать. Но мне надо спрятать вас. Вы готовы прямо сейчас уехать? Вилма говорит...
– Готов, конечно готов. Куда скажете, – перебивает Гельмут, активно тряся головой, – Вот переоденусь только, не в халате же...
Он красноречиво разводит руками, демонстрируя свой неподобающий вид.
– У вас пять минут, – произносит Дез, не ответив на улыбку, – И мне необходимо позвонить. Здесь это возможно?
– Да, конечно, фрай Виг, – толстяк Гельмут тоже моментально становится серьёзным, – Вон над тем столиком переговорный коммуникатор, а я сейчас.
И скрывается за неприметной дверью в нише стены. Марита плюхается на диван, устало прикрыв глаза. Вилма кивает нам и исчезает, а я остаюсь стоять посреди комнаты, не зная, чем себя занять. То и дело исподволь кошусь на Мариту, разглядывая вальяжно развалившуюся на диване кошку. Так она недавно пару потеряла? Бедная... И Дез сказал, что тот первый её жених, Аскольд, её изнасиловал...Марита перехватывает мой скорбно-любопытный взгляд и с вызовом изгибает бровь. Мол, что уставилась. Я тут же начинаю с увлечением рассматривать спину Деза, возящегося с коммуникатором.
– Алло, Дилан? Это Дез Виг, – говорит прайм в трубку.
Кошка тут же подскакивает с дивана, словно ошпаренная, и возмущенно рычит.
– Дилан? Дилан???О, только не говори, что О'Брайт!
– Тшшш, – шипит на неё Дез, прикрывая рукой трубку и тут же продолжает, – Дил, помнишь, долг за тобой?Да... да...Так вот, мне бы на спутник твой, только по-тихому...Да...Месяца на три...Да...
– О нет, это точно он, – стонет Марита обреченно, – Да ты с ума сошел! Он же уголовник! Псих несчастный!
Дез машет на неё рукой и как ни в чем не бывало продолжает.
– Да вот прямо сейчас, но если точно, то часов через пять буду...Систему отключить? Успеешь?...Ок, там встретимся...Нет, не один...Да...Давай.
Кладет трубку, поднимая светящиеся глаза на Мариту.
– Он тебя сдаст, – твердо и как-то обреченно произносит кошка, – Ради денег. Сдаст.
– Меня бы может и сдал, но тебя нет, – медленно тянет Дез, разглядывая Мариту, – Он тебя слышал. И прилетит лично отключить систему безопасности спутника. Похоже мечтает с тобой увидеться, сестра.
– Терпеть его не могу, – фыркает Марита, хмурясь, – Самовлюбленный, наглый, непрошибаемый...
– Неважно, – пожимает плечами Дез, – Придется быть вежливой.
Кошка хотела ещё что-то сказать, но тут на пороге нарисовался фрай Гельмут в черном строгом дорожном костюме и с огромным чемоданом на колесиках.
– Я готов, полетели?
– Да, пора, – согласно кивает Дез.
***
Стоит мне оказаться на борту шаттла, и на меня сразу наваливается невероятная усталость. Слишком длинный насыщенный день. Бесконечный. Глаза сами собой смыкаются, и голова отказывается держаться ровно.
– Риана, спать иди, – ровный безэмоциональный приказ.Но мне так приятно, что прайм заметил моё состояние, что подумал обо мне. Я уже понимаю, что эмпатия – не сильная его сторона. И проявлять её – осознанное желание, а не естественное действие, как у людей.
 
– А ты пойдёшь...со мной? – аккуратно интересуюсь у Деза.
– Нет, – коротко бросает он и переводит всё своё внимание на Гельмута.