Рубиновый маяк дракона

Озирис стоял у невысокого столика со стеклянным стаканом руке.
– Иди сюда, – приказал он. Я медленно подошла. – Пей.
Он поднес к моим губам стакан. В нос ударил резкий тяжелый запах. Глоток обжигающей жидкости ободрал горло и упал в желудок. Я закашлялась.
– Чтобы согреться, – пояснил он, наполняя стакан заново, теперь для себя. И уж точно я не ожидала от него последующего: – Прости.
От удивления я лишь коротко кивнула.
– Ты влила слишком много. Туман взволновался. Он услышал черные потоки. И я услышал, – негромко произнес Озирис с нажимом, а потом как рявкнул, заставив меня снова вздрогнуть: – Хочешь, чтоб донесли Крэйгу? Так он заберет тебя как диковинную зверушку. Будет всем на пирушках своих показывать. А в дурном настроении и не только показывать, а и поразвлечься гостям позволит. Только тебе такие развлечения вряд ли понравятся. Этого хочешь?
– Н-нет.
Озирис выжидательно смотрел на меня. Я чувствовала его цепкий взгляд, но не шелохнулась, головы не подняла.
– Он выжмет из тебя всю магию, – вновь прозвучал его голос. – Заставит совершать мерзкие поступки, угодные ему и его власти.
– Я не стану…
– Ты-то? Еще как станешь. Пытки, знаешь ли, ломают людей.
Я непроизвольно передернула плечами.
– На Ките закон – сила, а пока лишь Крэйгу удалось худо-бедно договориться с Сердцем Грозы. И я не собираюсь давать ему еще больше власти… Черной власти, понимаешь?
– Не совсем, – тихо прошептала я, рассматривая его льняную рубашку.
– Сердце Грозы не признало Крэйга истинным хозяином. Он довольствуется лишь крохами этой магии, насильно выкачивая ее остатки из мертвого кристалла. А власть ведь надо удержать. Он будет использовать все средства. Ведьминскую силу тоже, раз она сама идет в его лапы.
– Да не иду я! Просто помочь хотела Кайле.
– Слишком громко помогала! – рыкнул он, пальцами сжал мой подбородок, приподнимая и вынуждая схлестнуться взглядами. – Кайла просила взять ее в ямы, знала, на что шла. Это ее выбор. Иногда потери нужно принимать. Я на своей чешуе знаю, как это трудно. – На его и без того суровое лицо набежала тень. – Мой дракон погиб.
– О, – удивленно выдохнула я, ощущая, как внутри просыпается жалость.
– Но я не сдаюсь. Возможно, когда-нибудь мне удастся это исправить, ведь Сердце Грозы еще может проснуться, сделать свой выбор. И мой дракон…
Озирис замолчал, видимо, осознал, что чересчур разоткровенничался. Отпустил меня и повернулся к столику, наполняя еще один стакан для себя, словно ему нужно было время, чтобы тщательно взвесить каждое слово.
– Не тебе решать за других, – наконец произнес он. – Мы сами делаем свой выбор. Кто-то принимает смерть, кто-то нет.
– Прекрасно понимаю, о чем вы: я вот не приняла, – горько усмехнулась я и, по его примеру, опять сделала небольшой глоток из стакана. Жидкость вновь опалила язык и горло. Я провела рукой по шее. – В день, когда Ноар вывалился из портала в академии, он не только проклятие Роха приказал снять. Он душил меня, вынуждая провести ритуал обмена душ.
– Вот как? – бровь Озириса выгнулась вверх. Похоже, мне удалось удивить этого непробиваемого дракона. – И как? Провела? У всех на глазах?
Я кивнула.
– Умирать-то не хотелось.
Озирис задумался, нахмурившись, и я начала жалеть, что упомянула обмен. Почему-то в его присутствии у меня постоянно случались приступы откровенности. Глупо.
– То-то Ноар вчера так странно себя вел, – наконец задумчиво протянул Озирис. – Нес что-то непонятное, словно умом повредился.
– Вчера? Ноар? – настал мой черед удивляться. А на душе сразу потеплело.
«Так Фабиана меня искала, не бросила!»
– Так выходит, не он это был? – уточнил дракон. – И кто же тогда? С кем ты его поменяла?
– С маирой Фабианой Сотье, – призналась я. – Из Сивеллы.
Озирис поперхнулся пойлом и громко закашлялся:
– BRiT Mun KRO? OM ti GRAVuuN SUVULaaN?.. [21]
Я не поняла урчащих слов. Но раз уж призналась, то решила тоже кое о чем спросить:
  
– Вы ведь что-то знаете про этот ритуал?
– Что-то да, знаю, – не стал он отрицать.
– Я выяснила, что его нельзя проводить, если объект находится в состоянии алкогольного опьянения. Какие еще есть ограничения?
– Почему ты спрашиваешь? – Видя мои сомнения, Озирис надавил: – Сибель, договаривай. Ноар точно не был пьян в тот момент, неужели благородная маира…
– Нет-нет, дело не в этом… – Я вздохнула, набираясь смелости. – Как я уже говорила, дроу заставил меня сделать обмен. Хотел, чтобы я поменяла их с умирающей девой-дроу местами. Он готов был умереть вместо нее.
– Две жизни – дроу и ведьмы, в счет одной. Неужели Силль того стоила? – Озирис покачал головой. – Ноар – такой пройдоха, и вдруг самопожертвование. Удивил…
– Ну и так вышло, что… – Я снова вздохнула, а потом словно в омут с головой прыгнула. Призналась: – Сперва я случайно призвала душу из другого мира.
Температура воздуха вокруг резко снизилась, пришлось сделать еще глоток согревающего пойла.
– Продолжай.
– Совершенно посторонний парень попал в тело Ноара. Я не хотела! Но… Его зовут Ярро. Он сказал, что, покидая собственное тело, видел на нем расползающиеся черные символы. Думаю, проклятие Роха ушло в его мир, и тело Ярро погибло. Скорее всего, вместе с настоящим Ноаром. Почему вообще так вышло?
– Тот самый Ярро? Друг, который дал в морду инквизу?
Я кивнула, а Озирис окинул меня цепким оценивающим взглядом.
– Призвать душу из другого мира очень сложно. – Он задумчиво потер подбородок. – Заклятия такого уровня зачастую требуют и жизнь, и смерть. А еще правильное положение звезд, высокий дар ведьмы, трещины в гранях миров и тому подобное. Но более подробно тебе могли бы ответить истинные ведьмы. Лет двести-триста назад.
– И жизнь, и смерть… – задумчиво повторила я, а потом резко дернулась. – Дева-дроу! Проклятье убивало ее – это смерть.
– Тут не поспоришь.
– Но после обмена она внезапно стала беременной. Ее живот раздулся, и она кричала так, словно рожает. Это, получается, жизнь?
– Ты настолько неискушенная? – хмыкнул Озирис.
– Что?
– Девочка, внезапно стать беременной невозможно. – Он усмехнулся и накрыл мою ладонь своей. – Скорее, она уже была в положении. Допустим, на раннем сроке. И допустим, именно сей факт затмил Ноару разум, и он решился на портальный поиск ведьмы, бросив всех… хм… все свои дела.
Я покраснела, а Озирис, не обращая внимания, продолжил строить предположения:
– И не стоит исключать вероятность того, что тело иномирянина погибло пустым и проклятым, а вот душа Ноара вошла в рождающегося младенца. Поэтому-то и ускорились роды.
– Жуть какая! – скривилась я.
– Это суть черная магия, Сибель. Она опасна и коварна. Запрещена. – Озирис снова нахмурился. – Но как в теле Ноара оказалась благородная маира? Бездна, а я ведь врезал ему… ей от души!
– Фабиане?
– Ноару, как я полагал. Так что?
Пришлось рассказать и про вторичный обмен душ. Так странно было вываливать все это постороннему человеку, и знать, что с его рук точно не сорвется магическая удавка.
Озирис присел со стаканом на край кровати и сделал несколько крупных глотков. Задумчиво посмотрел куда-то в сторону окна и вдруг изрек:
– Рори уберет ту девку.
– Фабиану? – встрепенулась я.
– Кайлу, – отчеканил он, возвращая меня в реальность. – У нее был шанс выжить, но ты его отняла. Рори отпустит ее душу в бездну. А что было в прошлом – забудь. Теперь у тебя началась новая жизнь.
– Но…
– Она слышала твои заклинания. Она угроза тебе.
– Нет-нет, – помотала я головой. – Кайла была без сознания. Она не могла ничего слышать. Пожалуйста, Озирис!
– У тебя такой вид, будто ты готова броситься передо мной на колени.
– А это поможет?
– Сомнительно.
Я решительно шагнула к Озирису и опустилась перед ним.