Проклятие

У них оставался только этот единственный способ. Найти свои тела, снять проклятие. Да, они сильно рискуют, и, даже если все получится, Эрлкинг, скорее всего, выследит их и притащит обратно. Но Серильда просто не могла сидеть сложа руки, притворяясь королевой темных и оплакивая свою судьбу. Она должна была попробовать сделать хоть что-то, а ничего другого выдумать она не могла.
Вот только времени на поиски у нее было слишком мало. Эрлкинг большую часть времени держал Серильду при себе, выставляя ее напоказ перед двором и вынуждая изображать влюбленную невесту. Только Злат мог в любое время свободно передвигаться по замку.
И он побывал почти везде. Заглядывал всюду, пробирался в любое помещение, от личных покоев до винных погребов, кладовых и арсеналов, часовен, подземелий и гробниц. Серильда начала бояться, что они так ничего и не найдут, но потом вспомнила, насколько огромен и запутан замок. Настоящий лабиринт. Должно быть, он хранит еще немало тайн, с которыми не спешит расставаться.
– Никакие рыбы тебя не сожрали, – уверенно заявила она, крепче сжимая меч и выхватывая зажженный факел из подставки на стене. – Я уверена, что наши тела здесь, и не хочу искать их еще триста лет, когда они могут лежать прямо здесь, в конце коридора. Идем, Злат. Мы должны успеть до того, как вернется Охота.
  
Глава 12
 
Сжимая свой золотой меч, Серильда шагнула в темноту. Но не успела она сделать и шага, как Злат, ловко обогнув ее, оказался впереди.
– Эй, – прошипела она. – Я в состоянии себя защитить.
Злат покосился на нее с раздражением.
– Меня учили фехтованию. А тебя?
– Учили? Ты же ничего не помнишь из прежней жизни. Откуда тебе знать?
– Всех принцев учат сражаться, – ответил он с самоуверенной ухмылкой. – И какой бы, интересно, из меня вышел принц, если…
Его прервали визг и хлопанье крыльев.
Серильда попятилась назад. Не успела она даже вспомнить о своем мече – боевом или нет, – как Злат бросился на нападавшего. В мигающем свете факела Серильда увидела сверкнувшее золото и блеск когтей. Она слышала, как отчаянно бьются кожистые крылья. Друда.
Взмахнув мечом, Злат отбросил тварь к стене. Та, завывая, рухнула на пол.
Воздух прорезал пронзительный крик второй друды.
Серильда завертелась на месте, но так и не смогла понять, откуда доносится звук.
А в следующий миг оказалось, что чудовище у нее над головой. Разинув пасть с острыми зубами, друда рухнула на девушку с потолочной балки. Серильда завопила, но тварь миновала ее и вцепилась в руку Злата, разрывая когтями рукав. Злат зарычал от боли. Его меч со звоном упал на пол.
Первая друда расправила крылья. Шипя, она подпрыгнула и приземлилась Злату на другое плечо. Острые когти распороли ткань и кожу. Раззявив челюсти, друда испустила леденящий кровь вопль прямо Злату в лицо.
Злат отшатнулся и врезался спиной в стену. Обезоруженный, он тщетно пытался стряхнуть с себя друд. По его лбу каплями бежал пот, лицо исказилось – кошмары уже завладели его разумом.
Серильда услышала крик третьей твари. Как она ни всматривалась, друда оставалась невидимой в темноте.
Воткнув факел в ближайшую подставку на стене, девушка подняла меч. Повинуясь какому-то первобытному инстинкту, она согнутой в локте рукой захватила шею одной из друд, напавших на Злата, а потом полоснула ее лезвием по горлу.
Голова чудовища откинулась назад так далеко, что ее глаза-щелки смотрели прямо на Серильду, а морда была перевернута вверх ногами. Острый язык вывалился из пасти, в горле что-то заклокотало.
Тварь ослабила хватку. Крякнув, Серильда оторвала ее от Злата и швырнула на пол.
Злат уже не сопротивлялся. Слезы заливали его лицо, руки безвольно свисали вдоль тела. Первая друда продолжала цепляться за его плечо, напитывая разум кошмарами. Он истекал кровью.
С гортанным кличем Серильда бросилась на них и всадила меч твари в спину, точно между крыльями, на которых бугрились вздутые вены. Серильда рванула меч вверх, едва не попав Злату в плечо.
 
Друда завыла, извиваясь и дергаясь.
Серильда вытащила клинок. На руки ей брызнула вязкая, воняющая гнилью кровь, и тварь рухнула вниз.
Развернувшись и выпустив когти, умирающая друда поползла к девушке. Ее раздвоенный язык мелькал в воздухе. Из уголков пасти сочилась слизь.
Сделав шаг назад, Серильда наблюдала, как силы оставляют чудовище. Наконец, друда осела на пол и забилась в конвульсиях.
– Злат, – шепотом позвала Серильда, перешагнув через друду, и взяла его за руку. Льняная рубашка была сплошь пропитана кровью. Зрачки у него так расширились, что глаза казались черными, а невидящий взгляд метался по коридору. Злат дрожал всем телом так сильно, что Серильда едва сумела удержать его в объятиях. – Злат, это я!
Шипение заставило ее смолкнуть на полуслове.
Третья друда, больше двух первых, стояла в начале коридора, распахнув крылья.
Прерывисто вздохнув, Серильда нащупала рукоять меча и покрепче сжала ее в кулаке.
Хлопая крыльями, друда тяжело поднялась в воздух. Она приземлилась на канделябр, а оттуда перескочила на стену, царапая когтями каменную кладку. На ковер дождем посыпались осколки камня, а тварь устремилась вперед. Вверх по стене, потом по потолку, словно гигантский паук.
Серильда попыталась встать в стойку, которую подсмотрела у Злата. В ладонь врезались драгоценные камни рукояти.
Друда кинулась на нее.
Серильда взмахнула мечом. Она промахнулась, но все же ее выпад заставил друду отскочить. С размаху ударившись о дверь, тварь повисла на ней, вонзив когти в дерево.
Дрожа всем телом, Серильда попятилась. Она отважилась убрать одну руку с эфеса меча и принялась шарить по стене. Она искала…
Издав вопль, друда снова бросилась в атаку.
Не к Серильде – к Злату, все еще стоящему в оцепенении. Заблудившемуся в кошмаре.
Серильда нащупала холодный металл. Отодвинула щеколду и распахнула дверь.
А потом она изо всех сил стиснула меч, замахнулась и метнула его в чудище, точно копье. Меч прорвал друде крыло и со звоном упал на пол. Тварь взвыла.
Обняв Злата одной рукой, Серильда втащила его в открытую дверь и захлопнула ее пинком. Отпустив Злата, она трясущимися руками заперла дверь изнутри. Щеколда встала на место с громким дзынь. У Серильды вырвался возглас облегчения.
– Ха! – воскликнула она, наполовину победно, наполовину растерянно. – Ну и кто из нас лучше умеет фехтовать?
Она обернулась, и ее улыбка погасла.
Злат сидел на корточках, закрыв глаза руками.
Серильда смотрела на него. Он застонал – почти всхлипнул. Это стон казался жалобным, испуганным, полным отчаяния.
Кошмары еще не отпустили его.
Резко выдохнув, Серильда опустилась на колени рядом с ним.
– Злат, – заговорила она негромко, как говорила с детьми, когда они просыпались в слезах, увидев во сне нахткраппа и адских гончих. – Я здесь, Злат. Это всего лишь кошмар. Пора просыпаться.
Он снова застонал, но через мгновение его взгляд начал проясняться. Взгляд блестящих, широко открытых глаз неуверенно сосредоточился на ней. Злат тяжело перевел дух.
– Злат. Это я. Все хорошо.
Золотисто-рыжие ресницы дрогнули несколько раз, как будто движение век стирало с глаз остатки видений.
Потом он протянул к Серильде руки и обнял ее, прижав к груди. Девушка ахнула – от неожиданности, но еще и от силы его объятия. Она ощущала шеей его судорожное дыхание.
– Серильда, – сдавленно пробормотал Злат. – Ты была… у тебя был меч. И ты могла убить Эрлкинга. Он был прямо там. Но вместо этого ты повернулась и ударила мечом меня. И лицо у тебя было такое… как будто ты меня ненавидишь. И всегда ненавидела. – Его передернуло. – Это было ужасно.
– Это было не по-настоящему. Это все друды. – Серильда уткнулась лицом в спутанные волосы у него на виске. Злат отстранился от нее – настолько, чтобы он мог обхватить ее лицо ладонями. Чтобы видеть ее. Целую. Невредимую. Всмотреться в золотые колеса в ее глазах. Смотреть на ее впалые щеки. Ее рот…