Аксиома Эскобара: вес не имеет значения (СИ)

Помочь девушке? Или не надо? Так-то ему это ничего стоить не будет…
Варгас была гораздо красивее его любовницы из той жизни. Но Вирджиния, правда, брала харизмой и обаятельностью больше, чем особенной красотой. Лине этого, конечно, пока не хватало. Зато если наберётся… Это будет королева.
Другое дело, что сейчас свое эго Пабло предпочитал придерживать в узде. Он получит своё, надо только потерпеть. Уж в этом все три основные части его души были в гармонии. Действовать из тени было правильным решением.
Хотя, к сожалению, не всегда получалось. КГБ, якудза…Что дальше — опять ЦРУ? Или, может, ещё кто? И так он собирается полезть к ИРА, а это почти гарантированно очень вероятная встреча с МИ-5 или МИ-6…
А Лина…пожалуй, можно потихонечку превращать её в звездочку. Как все повернется в этот раз знает только Создатель, так что пусть у неё будет вариант обеспечить себе достойную жизнь и без Пабло.
— Итак, это будет большой проект? — журналистка, закончив писать, подняла глаза на собеседника. — И у вас уже есть сбыт?
— Безусловно, верфь «просто так» строить я бы не стал, — кивнул Пабло. — Начнем с относительно простых вещей, от рыболовецких траулеров и простых лодок, к прогулочным яхтам и разнообразной мелочевке. Например, хочется сделать лодку с большим количеством иллюминаторов в подводной части, чтобы можно было в рамках развития туристического кластера Картахены и островов добавлять самые разные туристические активности.
А отсюда — плавно перейдем уже к большегрузам. Я мечтаю, что когда-нибудь в будущем у Колумбии будет очень мощный флот контейнеровозов, танкеров и прочих балкеров…
— Которым будете владеть вы…сеньор Эскобар? — коротка заминка не осталась незамеченной Мигелем, вошедшим в кабинет к боссу.
Телохранитель прекрасно понимал, что тут происходило — в конце концов, его «пост» находился у входа в апартаменты. Но, понятное дело, держал он свое понимание при себе же. В конце концов, хотя Мария ему и нравилась, Варгас в том числе ему жизнь спасла.
— Да, — было непонятно, ответил Пабло журналистке или спросил у Мигеля, чего тот пришел.
— Там братья Очоа приехали, — Мигель пожал плечами, отвечая на незаданный вопрос. — А вы говорили, чтобы никто не отрывал от…интервью.
— Кто? Все трое?
— Нет, старшие.
— Хуан и Хорхе, — пробормотал Пабло. — Ладно. Сейчас встречу.
Повернув голову к терпеливо случающей журналистке, Пабло развел руками:
— Простите, сеньорита, но видимо заканчивать нам придется в другой раз. Дела не ждут.
— Я всё понимаю, материала у меня и так достаточно, — Варгас щелкнула по лежащей рядом папке с несколькими документами, чуть раньше выданными ей Эскобаром. — На статью, а то и две. Огромное спасибо, сеньор Эскобар, что уделили мне время. Буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи. Законченный вариант для согласования я пришлю по факсу в течение нескольких дней.
Мигель, уже идущий к двери, закатил глаза. Так как и к журналистке, и к боссу он был повернут спиной, они этого не увидели.
«Кого они пытаются обмануть? Очевидно же всё», — мелькнувшая мысль заставила телохранителя поморщиться.
«Надеюсь, не спалились, — одновременно с этим подумал Эскобар, прощаясь с Варгас. — А то как-то неудобненько вышло».
А ещё минуту спустя в кабинет вошли оба брата Очоа, практически столкнувшись в дверях с выходящей девушкой. Вежливо её поприветствовав, Хорхе уселся на диван и, закинув руку на спинку, подмигнул Эскобару.
Сделав вид, что не понял, к чему это всё, Пабло внутренне поморщился. В этой жизни ему почему-то не очень хотелось выставлять свою личную жизнь напоказ.
— Итак, — дождавшись, когда Мигель покинет помещение, а братья удобно устроятся, Пабло начал разговор. — В чем срочность?
— Да не так, чтобы прямо срочно, — Хуан неопределенно махнул рукой. — Но нам так-то надо понимать результаты по Японии.
— Интересные результаты, — ответил Пабло, круча в руках длиннющий карандаш. — Договорился по всем, практически вопросам. Но почему-то им гораздо интереснее наш вторичный продукт.
 
Братья переглянулись. Действительно, не самое ожидаемое решение.
— Большие объемы?
— Достаточно, чтобы нам потребовалось гораздо раньше ожидаемого инвестировать в расширение производства, — Эскобар подбросил золотой крюгерранд, вытащенный из ящика стола, посмотрел, что именно ему выпало, а затем начал подбрасывать монетку с методичностью метронома.
— А не кинут? — младший из присутствующих Очоа прищурил глаза. Одно дело здесь, в Колумбии. Здесь обманывать Эскобара было изощренным способом самоубийства. В Штатах и Мексике, впрочем, тоже — просто носило более отложенный характер. А вот в Японии…там «исполнителей» особо не было, их надо было искать. Да и гарантировать хоть что-то там было — на текущий момент — практически невозможно.
— Могут, — флегматично ответил Пабло, даже не пытаясь скрывать риски. — Тогда будем искать других партнеров.
— Но потери…
— На общем фоне — смешно, — перейдя от подбрасывания монетки к её катанию по столу, Пабло тона не изменил. — Сами подумайте. Партии будут оплачиваться отдельно. Если вдруг не заплатят — ну сколько там будет. Миллион? Десять? Даже не интересно…
Подумать только. Десять миллионов долларов — это были для него уже и не совсем деньги. Так, мелочь…
— Хорошо, тут не особо поспоришь, — согласился Хорхе. — От нас что потребуется? Масло?
— Да, надо озаботиться, — природный прекурсор для изготовления экстази требовал выращивания нужного дерева, Сассафраса. Правда, Пабло уже задумывался о том, что надо переходить на синтетику — уже больно не нравилась ему привязка к обширным посевам и плантациям.
— А какие объемы планировать? — Хуан Очоа, тяжело вздохнув, достал блокнот, для пометок. Сказал бы ему кто, что работать придётся в разы больше, чем раньше. И это когда он стал на порядок более богат…
— Большие, — неопределенно ответил Эскобар. — Очень большие.
— Ты уверен? Вроде эту штуку неплохо принимают, — братья переглянулись, — но серьезные инвестиции в это делать?
— Не только в это. Надо расширять… номенклатуру, — и Пабло улыбнулся. — Потому что чем больше всего разного, тем сложнее будет нам противостоять. Как другим группировкам, так и правительству.
— Ага, «подход, ориентированный на клиента», — засмеялся Хорхе.
— На самом деле, — Пабло вернулся к своему флегматичному тону, — мы время от времени будем что-то из этого выключать. Регулируя предложение и цены. Надо наши яйцеголовым дать задание похимичить, чтобы мы могли оторваться от использования только и исключительно натурального продукта.
— Снимая ограничения по сырью… — понятливо закивали братья.
— Именно. В любом случае, именно на ваших землях мы будем разворачиваться. Сначала.
— Есть прогнозы по выручке? — Хорхе Очоа не занимался этим бизнесом для души или, как нынешний Эскобар, с далеко идущими планами политического характера. Он просто был бизнесменом. — В Японии, в смысле.
— Два миллиарда в год, к восемьдесят пятому. Это минимум.
— А максимум, — чуть хрипло поинтересовался Хуан. Старший из братьев расстегнул рубашку, потому что ему резко как-то стало жарковато.
— Непонятно. Но, думаю, в районе пяти-шести.
— Только на таблетках?
— В целом, — отрицательно качнул головой Эскобар.
— Только Япония, пусть средний сценарий…четыре миллиарда? А сколько же будет всего, по миру?
— Понятия не имею, — Пабло снова ухмыльнулся. — Но нам, думается, хватит. А пока давайте предварительно обсудим схемы, по которым будем с ними работать. А затем обсудим их с Густаво и Роберто.
«Надо будет запустить в действие план по Кали, — подумал Эскобар, наблюдая за братьями Очоа, бурно обсуждающими распределение долей в очередном их „белом“ предприятии. — В конце концов, пора бы их уже сдать, пока начну строить потоки в другие регионы. Пусть американцы расслабятся. И пора уже перебираться в Наполезе, в поместье. А то предчувствие какое-то не очень хорошее. Хотя пара недель, наверное, роли не сыграет».