Поцелуй на краю ночи (СИ)
Один взгляд на цветы — и он узнал и про Криса, и где тот живет, и в остальных предположениях тоже не ошибся. Специальный агент Фосберг явно проницательнее местных ленивых копов, которые не видят ничего дальше своего носа. С одной стороны — это хорошо: есть надежда, что он докопается до правды. А с другой… Некоторые секреты ей бы хотелось оставить при себе.
Рокси тряхнула головой, так что мокрые волосы рассыпались по плечам. В конце концов, он обычный мужчина. Все они одинаковые. Пара улыбок, взгляд из-под ресниц, быть может, поцелуй, и он будет у нее на поводке. Ее сердце сжалось и забилось быстрее, стоило лишь представить, как они с агентом Фосбергом окажутся наедине в салоне его роскошной серебристой машины, в которой все стекла так кстати тонированы.
Рокси протерла зеркало ладонью и посмотрела на отражение, пытаясь найти в своих глазах ответ: приятное это волнение, или она все же боится.
***
Номер в отеле был сносным: широкая кровать, плотные шторы, просторный душ. Все чистое и безликое. Бросив сумку с вещами возле шкафа, Лютер разделся догола, вышел на балкон и посмотрел на город, который давно спал. Моргала неоном одинокая вывеска бара, острый шпиль церкви целился в узкий рожок месяца, а вдали виднелась черная гладь озера, мерцающая звездами.
Лютер сжал перила сильнее, а потом его тело раскололось на части, рассыпалось, и стая ворон, хлопая крыльями, взмыла в ночное небо и разлетелась над городом.
Глава 2. Напарники
Открыв дверь полицейского участка, Лютер сходу окунулся в свежий скандал.
— Вы должны приструнить ее, шеф! — требовала тощая женщина, указывая ярко-розовым ногтем на Рокси, которая расслабленно покачивалась на стуле. — Она перешла все границы!
— И вот из-за этого, Джей, я должна была тащиться в участок? — с брезгливой высокомерностью вопрошала другая дама, в элегантном костюме цвета сирени. — Подумаешь — клумба. Это не повод мокнуть под дождем. В моем возрасте в такую погоду лучше сидеть дома.
В Танороке снова моросило, но Лютер был этому рад.
— Ты ведь знаешь мою внучку с рождения, — продолжила дама и, положив руки на спинку стула, слегка нажала, так что Рокси перестала качаться. — Она хорошая девочка.
Лютер мог бы с этим поспорить, но, конечно, не стал. Прислонившись к стене, обшитой деревянными панелями, он решил остаться молчаливым наблюдателем.
— Хорошие девочки не пишут дурные слова! — возразила первая. — Пусть даже и цветами!
Видимо, это мать мудака. А дама в сиреневом — бабушка Рокси, та самая Сесилия Медоу, которую сперва нашла в базе Джессика. Грузный мужик, что с печальным лицом слушает их вопли, определенно шеф полиции, что подтверждают три верных признака: значок, форма и густые седые усы, излучающие спокойствие. Был еще мелкий рыжий коп, которому в отличие от Лютера не хватило ума держаться подальше от спора.
— Вообще-то надо сперва доказать, что клумбу посадила Рокси, — заявил он.
— А кто ж еще! — взвизгнула тощая женщина, брызжа слюной. — Она домогается моего мальчика! Звонит и дышит в трубку…
— Помехи на линии, — предположил рыжий, вытирая щеку.
— Преследует его!
— Танорок — маленький город, — степенно напомнила Сесилия Медоу, смахивая несуществующую пылинку с сиреневого пиджака. — Я бы могла заявить, что меня все тут преследуют.
— А теперь эти гнусные цветы! — женщина бессильно упала на свободный стул и прикрыла глаза рукой с истошно розовыми ногтями.
— А мне понравилось, — пробормотал рыжий. — Нет, не слово, но в целом. Надо добавить красок в наш город. Цветы гармонизируют пространство.
— Так, — шеф полиции хлопнул раскрытой ладонью по столу. — Давайте к сути.
— Давайте, — всхлипнула тощая. — Посадите ее за решетку. Или в психическое отделение для буйных. Она опасна для окружающих.
— Если к сути, то мы пойдем, — спокойно ответила дама в сиреневом. — Никакой закон не нарушен. Рокси, милая…
— Сидеть! — рявкнул шеф, и Рокси, вздрогнув, выпрямилась на стуле, а Лютер быстро прошел вперед, сам удивляясь иррациональной потребности защитить эту девушку.
Быть может, ему просто не хотелось отдавать лакомство, которое он даже не успел попробовать?
— Лютер! — обрадовалась Рокси и обернулась к даме. — Бабуль, я тебе рассказывала, это специальный агент Лютер Фосберг.
Шеф бросил на него хмурый взгляд из-под бровей.
— Мы уже обо всем договорились, — торопливо заявила ему Рокси. — В качестве наказания я буду работать на благо города. С агентом. Ему ведь понадобится помощник.
— Я бы мог… — неуверенно начал рыжий.
— К сути, — повторил шеф полиции. — Я правильно понимаю, что ты, Рокси, вчера, посреди ночи, отправилась одна на край города и посадила там цветы в форме слова, унижающего честь и достоинство Кристиана Прайса?
— Я раскаялась, — сказала она без малейших признаков сожаления в голосе.
— Одна, — веско произнес шеф. — Ночью. На безлюдной окраине. И это всего через неделю после того, как погибла Луиза?
Тон его голоса все повышался, и к концу фразы шеф рычал на весь участок.
— Ты сдурела, Рокси? — рявкнул он, и она вжалась в стул. — А ты, Сесилия? — он поднял взгляд на даму, которая вцепилась в спинку стула обеими руками. — Где твои мозги? Отпускаешь свою единственную внучку посреди ночи! И это после всего…
— Я не знала, что она затеяла… — пробормотала миссис Медоу. — Джей, я бы ни за что…
— Плевать мне на клумбу, — сказал шеф спокойнее, повернувшись к тощей женщине. — Если Крису не нравятся те цветы — пусть идет да вырвет. Можно подумать, мне больше заняться нечем.
— Ну, знаете, — оскорбилась та.
— А ты, Рокси, — шеф прикрыл глаза и устало потер виски, — просто заноза в заднице…
— Следи за языком, Джей, — строго приказала миссис Медоу.
— Я за ней присмотрю, — неожиданно для самого себя пообещал Лютер и протянул свое удостоверение шефу.
Конечно, помощница из Рокси никакая. Похоже, ее максимум — это не мешать. Но когда из бюро придет разрешение, лучше бы она была рядом. Он чувствовал жар ее тела так остро, словно после долгой и затяжной зимы оказался на берегу южного моря. Солнце, горячий песок и тропические коктейли — так он ощущал Рокси Медоу, и оставалось только удивляться, как остальные не замечают, что ею одной можно отапливать целый город. Хмурый день как будто стал ярче, когда она посмотрела на него своими теплыми глазами.
— Спасибо, — произнесла Рокси одними губами.
Не за что. Он даст ей то, что она хочет, а взамен получит ее горячую кровь. Зря Джессика волновалась. Он не станет пить Рокси до дна. Распробует, не торопясь.
Шеф тщательно рассмотрел его удостоверение, а после нехотя приподнялся со стула и протянул руку.
— Джей о’Коннел, — представился он, и его рукопожатие было предсказуемо твердым. — Пустая трата времени, агент Фосберг. Обычный несчастный случай.
— Я предпочту убедиться в этом самостоятельно, — сказал Лютер.
— Разумеется, — холодно бросил шеф. — Но зачем вам Рокси? Чем она поможет?
Рокси вскочила со стула и встала рядом с Лютером, как будто они уже одна команда. Ее сердце забилось чаще, и он слышал его разгоняющийся стук: та-дам, та-дам, та-дам, как будто поезд, набирающий ход.
— Покажет город, — обманчиво равнодушно произнес Лютер. — Сделает кофе. Заполнит формы отчетов. Они у нас довольно простые.
— Я могу, — с готовностью подтвердила она.
— Так-то у меня еще парочка заявлений на тебя, Рокси, — вздохнул о’Коннел, перебирая бумаги, лежащие на столе. — То, первое от Криса. И миссис Фишер жалуется, что ты каждую субботу стрижешь газон в непотребном виде.
— Ты же знаешь Маршу Фишер, — тут же бросилась на защиту внучки Сесилия Медоу. — У нее все или проститутки, или наркоманы. Вот твой помощник с ее слов, простите, торчок.
Рыжий коп встрепенулся от внезапного оскорбления и поджал губы.