Поцелуй на краю ночи (СИ)

Он промокнул лоб салфеткой и посмотрел куда-то в окно, и взгляд у него стал испуганный, как у потерявшегося ребенка. Лютер такой видел не раз. 
Дверь участка хлопнула, и к ним уверенной походкой промаршировала мадам Изабель. 
— Снова вы, — недовольно сказала она и остановилась, многозначительно нависая над Лютером. 
Он надел темные очки и поднялся, уступая ей место. 
— Мне нужен выходной, — уведомила она, садясь на стул напротив Джея. 
— Вперед, — разрешил шеф и пожаловался: — В дурдоме день открытых дверей? 
— Не для себя, а для Перси. Он не придет на работу в ближайшие… Сколько там до полнолуния? 
— Пойдем, — тихо сказал Лютер и, взяв Рокси за руку, повел к выходу. 
— Что это за полицейский такой, которого с работы отпрашивает бабушка? — Голос Джея о’Коннела снова гремел уверенно и на весь участок. 
— Мы же ничего не узнали, — заметила Рокси. 
Узнали, и еще как. Джей не смог назвать имя. Он хрипел, давился и краснел, но мог только мычать. Вампирский блок, надежный и крепкий. Стоит годами. 
— Один вопрос, если можно, — Лютер обернулся к шефу. — Вы давно носите эти усы? 
— Я не отмечаю день, когда отрастил их, как праздник, — огрызнулся Джей и вновь обратился к женщине: — Ладно, Изабель. Хочешь провести выходные с внуком — я не против. Он может вообще не выходить на работу, полиция в его лице не потеряет ровным счетом ничего! 
Шеф полиции Танорока производит правильное впечатление, но и только. Кто-то управлял им как марионеткой. Заставлял прятать оборотня за решетку при полной луне, приказал замять дело Луизы. Кто-то пил его кровь, иногда, не слишком часто — и это была не Корделия. 
— Вот же срань, — выругался Лютер, когда они вышли на улицу. 
— Да, погода говно, — согласилась Рокси и, поежившись, ускорила шаг. — Открой машину, я промокну! 
Она уселась на пассажирское сиденье, включила обогрев. 
— Я вот думаю про бабушку, — вздохнула она. — Надо ее предупредить. Возьмем ее с собой на озеро? 
Вот только бабули им и не хватало! 
— В ситуации с вампирами важно не делать резких движений, — многозначительно ответил Лютер. — Он не должен ничего заподозрить. Я сейчас человек и не так силен. Будем ждать подкрепления. А пока что мы просто влюбленная пара, которая решила провести время наедине. Если пригласим и бабулю — сама понимаешь… 
— Уверен, что Корделия не причинит ей вреда? 
— Абсолютно, — ответил Лютер. 
— Что ж… — Рокси кивнула. — Значит, едем вдвоем. 
Лютер тронулся с места и вырулил на дорогу к парку, тайком поглядывая на свою спутницу. Рокси вроде не против перевести их отношения на новый уровень и даже сама проявляет инициативу. Иногда даже слишком активно, на его взгляд. Лютер потер саднившую шею и покосился на девушку, которая вновь листала тетрадку Перси. 
Все осложняется тем, что у нее это в первый раз. Значит, он должен сделать все особенно хорошо, чтобы ей захотелось повторить. 
— Перси максимально упоротый, — пробормотала Рокси. — Он выписал все происшествия в полнолуние в Танороке. С Крисом вообще странно получилось. Выходит, шеф знал, что он не такой как все? Может, он в сговоре с Корделией? 
— В сговоре с вампиром — наверняка, — согласился Лютер. 
Но расколоть Джея ему не под силу. Разве что дождаться отката и укусить его морщинистую шею, а потом снять чужие блоки и поставить свои. Но это значит отказаться от того, что ждет его с Рокси, а сделать это Лютер не мог. 
Он чувствовал себя подростком. Все гормоны шарашили с ядерной силой, и он только и думал, а вдруг Рокси ему не даст. 
— Слушай, — смущаясь, сказала она. — А вампирам не надо предохраняться? Ну, ты понимаешь… 
— Не надо, — ответил Лютер и надавил на газ сильнее. 
*** 
Рокси тайком наблюдала за Лютером. 
Он изменился. Да, его сердце забилось, но и в мелочах он тоже стал другим, более оживленным: раздраженно побарабанил пальцами по рулю, когда пришлось постоять на светофоре, откусил свою шоколадку и поморщился.
— Гадость! 
— Слушай, может, заедем сперва перекусим? — предложила она. 
 
— Точно, — согласился Лютер как будто бы с облегчением. — Ты ведь, конечно же, голодна. Да и мне пора разнообразить свой рацион. 
— В «Розовом пони» неплохое обеденное меню. Сегодня должен быть суп с лапшой. Возможно, он понравится тебе больше чем кровь. 
— Попробую, — сказал Лютер и свернул на перекрестке в сторону от парка. 
— Боишься? — выпалила Рокси. 
— Вот еще! — оскорбился он. — То есть… А о чем именно ты спрашиваешь? 
— Ты знаешь, — сказала она. — Я о том, что может произойти между нами. О том, чего ты был лишен целую вечность. 
— Сто лет — не вечность, — возразил Лютер. — Пролетели — глазом моргнуть не успел. 
— А я немного боюсь, — призналась она. 
— Я тоже, — нехотя сказал Лютер. — Но мне кажется, главное — начать, а там все пойдет само собой. Раз уж мы говорим откровенно, то… почему я, Рокси? 
— Ты ведь сам сказал, что я не могу спасти весь мир, но зато могу спасти тебя, — напомнила она. 
— Ты идешь на это из чувства долга и из-за ответственности супергероя? 
Он нахмурил брови, и Рокси потянулась и разгладила их пальцем. 
— Нет, — прошептала она. — Меня к тебе тянет, Лютер. С самой первой встречи. 
Он вздохнул и облизнул клыки, которые стали заметно меньше. Кто-нибудь посторонний может решить, что это просто виниры. 
— Инстинкты самосохранения обычно заставляют людей держаться подальше от вампиров. 
— Ты ведь уже в курсе, что я неправильная, — улыбнулась Рокси, пожав плечами. — Слушай, а вдруг я стала такой именно потому, что где-то рядом вампир? Вроде как во мне пробуждаются силы, чтобы победить вампира любовью. 
— Так и есть, Рокси. Только немного в другом ключе. Антитела в твоем теле могли выработаться от того, что тебя долго и регулярно поили вампирской кровью. 
Она вытаращила глаза, и Лютер быстро добавил: 
— Совсем по чуть-чуть. По капельке. 
— Корделия частенько угощает нас пирогами, — мрачно пробормотала Рокси. — Чтоб я еще съела что-нибудь из ее рук! 
— А больше никто? — поинтересовался Лютер. — В твоем фитнес клубе ты пьешь какие-нибудь коктейли? 
— Зеленый чай, — ответила Рокси. — Администратор постоянно его делает. Но она никогда не приходила ко мне домой, так что я не писала ее имя в тетрадку. Но, Лютер, мы ведь уже все выяснили! 
Он покивал, но как-то не слишком уверенно. 
В кафе они сели за тот же столик, и официантка обслужила их как старых знакомых. Суп и правда был недурен, и Рокси поняла, что успела проголодаться. Она съела полтарелки, подняла взгляд на Лютера и застыла. 
Он смаковал каждую ложку, прикрыв глаза от удовольствия, и слегка покачивался, будто в нирване. 
— Еще немного, и я буду ревновать к этому супу, а не к Трише, — усмехнулась она. 
— Восхитительно, — выдохнул он. — Такой богатый вкус. А мой желудок точно уличный котенок, которого обогрели и взяли в дом. 
— Мурчит от удовольствия? — догадалась Рокси. 
— Можно мне еще? — повернулся Лютер к официантке. 
Рокси доела свою порцию, отодвинула пустую тарелку и глянула на Лютера, который сидел, откинувшись на спинку и закрыв глаза. Снова наслаждается? Ловит приход от бульона? 
Она подождала минуту, потом испуганно потрогала пульс на его запястье — бьется. 
— Заснул, — констатировала официантка, подойдя к ним. — Принести чай? 
— Да, — ответила Рокси. — И что там у вас на десерт. 
Женщина принесла чашку чая и большой кусок шоколадного торта. Минутой позже вернулась с пледом и аккуратно укрыла им Лютера, который слегка сполз на диванчике и, подложив ладонь под щеку, спал сном младенца. 
Такой трогательный, беззащитный. Но Рокси испытывала к нему совсем не материнские чувства. 
Она рассматривала его с жадным любопытством собственницы: тень от ресниц, ямку над верхней губой, щетину. Ей хотелось потрогать его, поцеловать, лизнуть, точно как кусок торта, который она не заметила как съела.