Поцелуй на краю ночи (СИ)
Она быстро пролистала сообщения от белокожей бесстыдницы: «не терпится повторить», «готовлю наше любовное гнездышко», «увидимся ночью?». Номер не был записан в его адресной книге, но видимо это и есть та самая Триша, которой Лютер якобы внушил мысль о любовной связи. То ли он сделал это очень хорошо, то ли врет как сивый мерин и держит ее, Рокси, за дуру.
Он целовал ее этой ночью, и это было так волшебно, а потом просто пошел к другой.
Хотелось отбросить телефон прочь как ядовитую змею, но Рокси залезла в другую переписку, с Джессикой. В последнем сообщении был адрес, по которому они и приехали. А потом телефон вдруг зазвонил прямо в ее руках и включился.
На Рокси с изумлением уставилась полноватая блондинка лет пятидесяти с ярко-алыми губами и внушительными бровями над кукольно-голубыми глазками.
— Роксена Медоу? — пробормотала она.
— Простите, я случайно ответила, — выпалила Рокси. — Лютер ушел и… А откуда вы меня знаете?
***
— Откуда я вас знаю? — переспросила собеседница, сохраняя невозмутимость. — От Лютера, разумеется.
— А вы его мама? — спросила Рокси и тут же отругала себя за несдержанность.
Какая еще мама? Он же вампир. Впрочем, и вампиров кто-то родил. Наверное. Но вряд ли он подписал бы маму просто Джессикой.
— Я его очень близкий человек, — многозначительно и как будто слегка агрессивно сообщила женщина. — Лютер говорит мне все-все-все. Поэтому я и узнала вас, девушка. По особым приметам. Где он? Передайте ему телефон.
— Вышел.
— Вы в его машине, — она вытянула шею, как будто так могла рассмотреть салон получше. — Почему вы в его машине?
— А почему вы спрашиваете?
— Понимаете, — Джессика покусала ярко-алые губы, и помада отпечаталась на ее передних зубах. — Я его психолог. На данный момент Лютер проходит сложный процесс самоидентификации. Я бы не рекомендовала ему общаться с новыми людьми. Поэтому и ему, и вам будет лучше поставить на паузу то, что у вас происходит… А кстати, что там у вас происходит?
— Думаю, это не ваше дело, — с холодной вежливостью ответила Рокси.
Широкие брови Джессики уползли вверх, под светлую челку.
— Послушайте, девушка…
— Вы ведь знаете мое имя. Рокси.
— У Лютера стойкая ремиссия.
— А что у него? Зависимость?
— Вот именно. Алкоголизм.
Ах вот оно что… Значит, Лютер наплел этой блондинке, что он алкоголик, и лечит свою жажду крови беседами по душам.
— Однако есть риск сорваться, — трагически закончила Джессика.
— Вы ведь не думаете, что я начну его спаивать?
— Романтические встречи часто проходят под бокал вина.
Рокси подобралась, как кошка перед прыжком.
— Значит, Лютер рассказывал, что испытывает ко мне романтические чувства? — с обманчивым равнодушием уточнила она, хотя сердце так и подпрыгнуло.
— Это конфиденциальная информация, — опомнилась Джессика.
— А о другой женщине он говорил что-нибудь? — полюбопытствовала Рокси.
— О какой еще другой? — возмутилась психолог, сдвинув тяжелые брови к переносице. — Чем он там вообще занимается?
Выходит, белогрудая Триша осталась вне внимания психолога как нечто не имеющее значения. Или же Лютер предпочел не рассказывать о слишком личном, раз уж его психолог не в курсе, что он вампир, а не запойный алкаш.
— Думаю, ваши опасения беспочвенны, — сказала Рокси. — У Лютера все хорошо. А новые знакомства наоборот помогут ему с этой вашей идентификацией.
— Скажите ему, чтобы перезвонил мне, — бросила Джессика. — Срочно.
— Захочет — позвонит, — ответила Рокси. — Но он вполне может поговорить с кем-то другим и бесплатно.
— С вами, что ли? — Она так искренне удивилась, что эта короткая фраза прозвучала насмешкой.
— Почему бы и нет, — пожала Рокси плечами. — Обещаю, мы обойдемся без вина. Алкоголь вовсе не обязателен для романтики. Всего доброго, Джессика, была рада поболтать. К слову, у вас помада на зубах.
Вздернув верхнюю губу, Рокси ткнула пальцем в передние зубы, а потом отключила звонок и положила телефон на место.
— Коза бровастая, — вырвалось у нее.
— Вот сучка! — воскликнула Джессика.
Включив на телефоне фронтальную камеру, тщательно вытерла зубы салфеткой.
Надо что-то делать. Вызвать Лютера назад, отменить задание, сообщить про предполагаемый риск срыва наверх… А еще это разрешение. Обойдется он без свежей крови! Двадцать лет без срывов — это двадцать лет премий ей, Джессике. А деньги ей не лишние: Роберту осталось учиться еще два года, потом станет полегче.
В конце концов, она знает Лютера как никто другой и может решить сама, что для него будет лучше. Да и что он вообще нашел в этой девке? Нахальная, развязная и поверхностная. Лютер еще спасибо скажет за то, что Джессика вовремя отреагировала.
Она повернулась к ноутбуку и принялась строчить отчет.
***
— Джессика звонила, — сказала Рокси, когда он сел в машину. — Ты врешь психологу, что алкоголик?
— Да, — не раздумывая, подтвердил Лютер.
Знать бы точно, что наплела ей Джессика.
— А еще Триша скинула свои голые фотки, — обвиняющим тоном добавила Рокси.
Лютер машинально потянулся за телефоном, но отдернул руку — поздно, теплые глаза Рокси потемнели.
— Триша красивая, — обманчиво спокойным тоном сказала она, но ее сердце отчаянно билось и цветочный запах тела усилился. — Ты кусаешь только тех, кто тебе нравится, Лютер? А может, ты все врешь про то, что якобы внушил ей про секс?
Она явно злилась, но Лютер не мог понять — почему.
— Сперва целуешь меня, потом идешь к этой Трише, а если надо поговорить — звонишь Джессике, — ее голос стал резче. — Как удобно устроился! Только вот непонятно, зачем тебе я.
Она поджала губы, и Лютер недоверчиво спросил:
— Ты что, ревнуешь?
Рокси закатила глаза.
— Какие глупости ты говоришь, — ответила она. — Казалось бы, с таким жизненным опытом… Ведь ты явно прожил немало, да? Сколько тебе лет?
— Довольно много.
— Знаешь, это даже правильно, — рассудительно сказала Рокси. — Раз уж мы напарники, то всякие романтические отношения между нами под запретом. Это лишнее, и не надо все усложнять еще больше.
Ее сердце застучало быстрее, а глаза подозрительно заблестели.
— Я могу уволить тебя, если ты считаешь романтику между коллегами недопустимой, — предложил Лютер.
— Вообще-то это как раз и есть классический харассмент, — заметила Рокси. — Угрозы и использование служебного положения, чтобы добиться секса.
— Это рациональное предложение, — возразил он. — Потому что наши с тобой зарождающиеся отношения у меня в приоритете.
Уголки ее губ дернулись вверх.
— У нас нет никаких отношений, Лютер, — тем не менее отрезала она. — А что ты рассказал психологу обо мне?
— Что хочу тебя, — ответил он, заводя машину.
Во всех смыслах.
Рокси порозовела и явно смутилась. А весь этот разговор подтолкнул Лютера к очевидной мысли: поцелуи Рокси возвращают его к жизни, и чтобы она дарила их ему регулярно и добровольно, логично было бы влюбить ее в себя.
— Что ты узнал у моего папаши? — спросила она, явно желая сменить тему.
— Дерек Тосси — обычный человек, и твои суперспособности унаследованы не от него, — ответил Лютер. — Сходим куда-нибудь вечером?
— В смысле? — не поняла Рокси.
— На свидание, — пояснил Лютер. — Я могу забрать тебя после работы.
Она неопределенно пожала плечами, отвернулась к стеклу, но после паузы все же сказала:
— Ладно.
***
Он отвез ее домой, а сам отправился в полицейский участок, где рыжий Персиваль ринулся ему навстречу с энтузиазмом домашнего песика, соскучившегося по хозяину.
— Агент Фосберг, вы должны это увидеть! — воскликнул он, размахивая картонной папкой.
Статистика по погоде и правда выходила занятной. Резкое ухудшение аккурат пятнадцать лет назад, незадолго до гибели Анны Медоу.