Спасти дракона, или как влюбить истинную (СИ)

– Ты почти угадал, –кровожадно улыбаюсь ящеру.
– Мне интересно будет послушать, но сначала я должен тебя намазать этой мазью. Дай сниму перевязку.
Дракон тянет ко мне свои руки с явным намерением оголить меня. Ну уж нет! Перехватываю его ладонь и говорю:
– Ты не можешь этого сделать.
  
Глава 12. На пути к доверию
 
Бровь Эйдена ползёт вверх, а я смотрю на него, насупившись, и тяну одеяло к подбородку.
  
– Ты не думаешь, что уже немного поздновато для стеснения? И, наверное, забыла, но я уже видел то, что ты так старательно пытаешься спрятать.
От напоминания дракона краснею, сдаваться не намерена.
– А ты говорил, что не рассматривал, – с моих губ срывается упрёк.
Эйден закатывает глаза и ставит миску на стол.
– Так и есть, но я же не слепой, в конце концов! Убери эту тряпку. – Кивает он на одеяло. – Тебе нужно нанести мазь, рёбра будут срастаться быстрее.
Упрямо поджимаю губы, но хватку не ослабляю. Понимаю, что веду себя как ребенок. Мне нужно быстрее встать на ноги, ведь неизвестно, в какой момент сюда ворвётся Энтони.
– Отвернись, – прошу я дракона.
Эйден вздыхает, но отворачивается.
– Повязки ты тоже сама развяжешь? – слышу смех в его голосе.
Но вот беда, Эйден оказался прав: ткань мне не развязать. Я не смогу приподняться.
– Обещай не рассматривать! – Здравый смысл побеждает стеснение.
– Я постараюсь, – усмехается ящер.
Конечно, кто бы сомневался.
Эйден аккуратно развязывает ткань и ещё бережнее вытягивает её из-под спины. Как только прохладный воздух касается голого живота, по коже начинают ползти мурашки. Я сразу накрываю руками грудь, но взгляд дракона всё равно за неё цепляется.
Без слов Эден наносит на рёбра мазь, то и дело задевая прикрытую грудь. От его прикосновений становится неловко и жарко.
– Ну вот и всё. – От хриплого голоса дракона я вздрагиваю. – Нужно перевязать. – Эйден отворачивается, пряча затуманенный взгляд.
Понимаю, что мне надо убрать руки, но не шевелюсь. Ладно, чего уже он там не видел. Резко, чтобы не передумать, я убираю руки.
Слышу рваный вдох. Эйден кладет ткань на живот и туго стягивает. Как только добирается до груди, он замирает. Время словно замедляется. Я вижу, как дракон тянет свою руку вверх по моему телу и легонько касается меня.
– Идеальная. – В тело впивается словно тысячи иголок.
Сердце колотится, но я почему-то не протестую.
– Прости. – Эйден резко убирает руку и быстро меня перевязывает.
Дракон встаёт с намерением уйти.
– Ты так и не ответил, – напоминаю дракону. – Кто эта девушка?
Дракон замирает, а я затаиваю дыхание в ожидании ответа.
– Это Лилиан.
И это всё? Просто Лилиан? Не знаю, кто она, но она мне явно не нравится. Изнутри грызёт ревность. Он с таким трепетом произнёс её имя.
– Она мой друг. В этом я уверен, а остальное не помню. – С этими словами Эйден выходит.
– Лилиан, – произношу вслух это имя и на языке чувствую неприятный привкус горечи. Эйден явно к ней что-то испытывает.
Устало прикрыв глаза, я незаметно засыпаю.
Несмотря на беспощадный ветер, мне хорошо. Чувство полёта ни с чем не сравнимо. Но, кроме этого, внутри колотит от ярости и страха. Я куда-то то спешу.
Внезапно всё меняется. Я оказываюсь в гуще какого-то сражения. В воздухе серый дракон бьётся с каким-то крылатым существом. Издав дикий рёв, мчусь туда. Это отвлекает соперников, и я чувствую на себе тёмный взгляд.
Это существо с виду напоминает человека, только с крыльями и рогами. Вернее, с рогом, второй сломан.
Выпускаю струю огня на это чудовище. Он уворачивается, но я задеваю его когтями. Мы с другим драконом нападаем на крылатое существо. Оно измотано, но вдруг крутится и впивается ядовитыми когтями в грудь.
Слышу пронзительный крик, оборачиваюсь и встречаюсь с испуганным взглядом Лилиан.
Резко вскакиваю на кровати.
–А теперь, может, ты мне расскажешь, как вторгаешься в мои сны?
– О чём ты? – Прихожу в себя после кошмара и не совсем понимаю, что спрашивает Эйден.
Он изучает меня и смотрит настороженно.
– Мне снятся сны, обрывки из прошлого. И каждый раз я вижу рядом тебя. Ты будто наблюдаешь исподтишка. Вот и сегодня в разгар какой-то битвы увидел тебя.
Я пришел тебя проведать и слышу бормотание во сне. Ты звала меня и просила остерегаться однорогое чудовище.
Меня прижали к стенке. Гляжу на дракона и не знаю, что делать. Стоит ли мне признаться в том, что вижу его прошлое? Могу ли ему довериться в том, чего и сама не понимаю? Я не знаю, что со мной творится. А ещё эта брошь, с которой всё и началось.
И в этот раз решаюсь сказать полуправду.
– Иногда я вижу сны, вернее, твои воспоминания.
– Когда это началось? – Всматривается в меня Эйден.
Мне становится неуютно под его пристальным взглядом.
– После нашей встречи.
– Ты просто так видишь моё прошлое? – удивляется дракон.
Нервно перебираю одеяло. Я ведь и правда не понимаю, почему это вижу.
– Андреа, здесь всё не так. Просто так человеку не подвластно видеть прошлое. Либо ты провела какой-то ритуал, либо ты непростой человек.
– Ничего я не проводила! – шиплю с возмущением.
– Тогда остаётся одно: узнать, кто ты на самом деле.
«Твоя мать была не совсем человеком», – в памяти всплывают слова бабули.
Кем же она была? И кем являюсь я?
Неизвестность страшит.
– Всё хорошо, мы обязательно во всём разберёмся, – говорит мне Эйден, мягко сжимая мою ладонь.
– Спасибо. – Его забота трогает.
Ведь, по сути, кроме бабушки и Джанет обо мне никто не беспокоился. Но я не позволю себе расслабиться. О драконе мало, что знаю. Конечно, хочется верить в правдивость его слов, но лучше не надеяться, чтобы в случае чего не разочароваться.
Я всегда считала себя разумной, не идущей на поводу у своих чувств, но этот дракон выворачивает мою душу наизнанку. Глядя в его огненные глаза, попадаю под их влияние.
Он – балагур, охотник за женскими прелестями, любитель меня вывести из себя. Но если смотреть на дракона под другим углом, то вся эта смешливость кажется какой-то маской. Но для чего? Возможно, под ней скрывается такое же израненное сердце?
Я привыкла судить людей по их поступкам. А Эйден ни разу не подвёл. Он спас меня, вытащил из змеиного капкана. Выхаживает, поддерживает и не пользуется моей беспомощностью.
– О чём ты задумалась, душа моя? – В то время, когда я размышляла о нём, он изучал меня.
Как много дракон сумел прочесть по моему лицу?
Но самое страшное, что только что поняла: кажется, я начинаю влюбляться. Вижу, как мы тянемся друг к другу. Этого нельзя допустить. Я не имею права на любовь. По крайней мере, до тех пор, пока не разберусь со всеми бедами, свалившимися мне на голову.
– Не твоя душа и никогда не буду, – шикаю я и отодвигаюсь.
Мне не нравится ему грубить. Вижу, как Эйден удивляется моей резкости. В этот миг ненавижу себя. Но если дам слабину, то потом пожалею об этом.
– Как ты себя чувствуешь? – Дракон пропускает мимо ушей мою грубость. – Можешь пошевелиться?
Немного кручусь в стороны и с удивлением замечаю, что рёбра не болят. На мой вопросительный взгляд Эйден усмехается.
– Это всё мазь. Раярах постарался.
– Раярах?
– Так зовут сумасшедшего дракона, – поясняет Эйден.
Кое-что не вяжется.
– Эйден, как дракон сделал эту мазь? Ведь, явно, не драконьими лапами.
Эйден подавляет ухмылку, наверное, представляя, как Раярах колдует над мазью в облике дракона.
– Нет, он может менять ипостась, и он не совсем сумасшедший.
Что-то подобное я и подозревала.
– Кстати, он еще кое-что интересное сообщил.
Я сжимаюсь, догадываясь, что мне скажет Эйден.
– Кто-то пытается сломать границу…
От слов Эйдена моё сердце падает вниз. Как много видел Раярах?