Опытный некромант (СИ)

Да, это я просто ною. Потому что мне больно: рука, залатанная малым исцелением, всё ещё болела, повреждения грудной клетки тоже не позволяли о себе забыть, а три таблетки кетанова ещё не подействовали. Рёбра я собрал, предварительно скрепил, но нужна квалифицированная помощь, чтобы всё срослось правильно и без тяжёлых последствий.
Самолечение не принесло мне опыта, потому что, как я понимаю, ничего серьёзного я не устранил и награждать меня не за что.
— Ага, ясно. Начинай собирать лагерь, — приказал я Пападимосу. — А я пойду поднимать остальных…
Гнетая лежала в неудобной позе, распластавшись на ящике с медицинским инструментарием. Пробуждаю её парой оплеух и поднимаю на ноги. В себя она пришла лишь спустя десяток секунд стояния.
— Иди помогать Пападимосу, — приказал я ей.
В ходе беглого осмотра заметил, что в неё попало несколько пуль, но броня их не пропустила — вероятно, пули это были рикошетные, отразившиеся от твёрдых объектов местности. Потому что я точно знаю, что ни один тип доспехов, которые у нас есть, не выдержит прямого попадания пули 7,62×54 миллиметра.
Кстати, в юности, когда читал про патрон 7,62×54 мм R, думал, что «R» — это «Russian», типа, иностранные басурмане так называют наш патрон, но оказалось, что это означает «rimmed», то есть «рантовый». И этот рант означает выступающую закраину, расположенную на жопе гильзы. Как можно заметить, современные патроны выступающей закраины не имеют, потому что под безрантовые патроны гораздо удобнее делать автоматическое оружие и проще конструировать магазины. Взять, например, мою СВТ-40…
Я подошёл к месту, где меня нехило так шарахнули, и поднял свою винтовку, сразу же отсоединив магазин. Вот, яркий пример того, о чём я говорю. (1) Чуть трапециевидная форма магазина свидетельствует о том, что конструктору нужно было куда-то девать эту закраину, доставшуюся от царя. Резоны делать фланцевый патрон у царских конструкторов тоже были, но время шло, условия менялись и патрон создал некоторую порцию проблем для конструкторов будущего. Впрочем, с проблемами успешно справились… выпустив промежуточный патрон для штурмовых винтовок и ручных пулемётов. А на станковых пулемётах решили полностью отказаться от магазинов, которые так и не удалось довести до приемлемой надёжности, перейдя на ленточное питание, как дед Максим завещал.
Самозарядная винтовка отлично перенесла падение, ну, не зря она с достоинством пережила Великую Отечественную. Повесив её на плечо, я пошёл приводить в сознание остальных.
Лебедякис, когда я его обнаружил, уже стоял на четырёх костях и потерянно тряс головой.
Пару раз шмякнув его ладонью по щекам, я привёл его в чувство и отправил помогать грузить наш лагерь.
И остальных тоже нашёл, в разном состоянии.
Потрепало нас, конечно. Немёртвые ходят потерянные, в полусомнамбулическом состоянии, я тоже хреново перенёс ритуал и чувствовал слабость пополам с болью от ран. Жаль, что нихрена не дали за всё это…
Но хорошие дела редко вознаграждаются, поэтому хрен бы с ним. Я это делал для высшей цели, я как Бэтмен, нет, как Супермен!
Ведь высший героизм — это тот, о котором никто не узнает. И никто не скажет мне спасибо за то, что я сделал. Но зато я буду знать. Я самодостаточная личность, поэтому мне будет достаточно сказать себе мысленно: «Лёха, ты хороший человек!» и успокоиться.
— Трупы мутантов-ниндзя в прицепы! — распорядился я. — С паршивой овцы хоть шерсти клок…
Узнаю, что там у них внутри, может, получу какие-нибудь ценные сведения. А нет — просто тщательно задокументирую всё увиденное и узнанное, для будущих поколений.
А если подумать, то вендиго для этого ритуала не обязателен… Ведь этот ритуал изначально служит для кратковременного пробоя канала в параллельное измерение с научными целями, но смекалистые некроманты использовали его для избавления от вендиго. И от вендиго мы отличненько избавились, но получили в нагрузку десять трупов потусторонних существ. И очень хорошо, что были использованы «нулёвки», то есть люди, просуществовавшие в нашей хреновой реальности менее трёх суток. А ещё лучше, что не использовались люди, достигшие высоких уровней. Если в телах «нулёвок» эти мутанты чуть не накидали мне на орехи, то страшно представить, что будет, если потусторонние твари получили бы тела персидских солдат, как я изначально планировал… Сам того не планируя, Московых, вероятно, спас мне жизнь.
 
Зарычали движки «Тульчанок» и мы рванули в обратный путь.
Тряска меня практически убивала, бередя раны, но отлёживаться я себе позволить не могу, потому что за городом всегда небезопасно.
//Фема Фракия, г. Адрианополь, 31 августа 2021 года//
— Запирайте ворота! — скомандовал я, когда последний квадроцикл заехал в город.
Наконец-то дома… Ну, наконец-то как дома…
Проезжаю к городской площади, затем на улице Равноденствия направо, а там прямая до моего нового дома.
— В холодильник уродов, — приказал я, указав на трупы иномирных чудовищ. — Потом все на осмотр, будем вас латать.
Войдя в дом, начал искать Эстрид. Некромистресс нашлась на третьем этаже, в нашей спальне.
Она смотрела какой-то фильм на ноутбуке, лёжа на двуспальной кровати, с полноразмерными наушниками на голове. Картина прямиком из XXI века, ха-ха…
— Привет! — поздоровался я с ней.
— Здравствуй, Алексей, — отложила она ноутбук. — Как всё прошло?
— Долго рассказывать, — вздохнул я. — Но могу рассказать, если ты поможешь мне с переломами и синяками.
— О-о-о, всё настолько серьёзно? — встала она с кровати.
— Да не то, чтобы серьёзно, — ответил я. — Но пришлось подраться и пострелять.
Мы спустились на кухню, где Скучной уже готовил ужин. Я снял доспехи, а Эстрид открыла коробку с медикаментами, после чего начала меня латать.
— Переломов очень много, — оценила она повреждения. — Тебя сбила машина?
Насмотрятся фильмов всяких, ха-ха…
— Хуже, — усмехнулся я. — В общем, началось всё с того, что мы действовали по инструкции…
Рассказ вышел не таким долгим, как мне казалось, потому что впечатлений у меня было с запасом, а описать произошедшее, если успокоиться, можно в трёх-четырёх предложениях.
— И ты привёз потусторонних чудовищ прямо сюда? — с неодобрением спросила Эстрид.
— Они точно мёртвые, — ответил я. — Мне дали по ноль опыта за каждого.
— Будто «нулёвок» убивал? — хмыкнула Эстрид. — Ну, да, исходные тела ведь у них были от твоих соотечественников.
— Думаю, как чуть-чуть передохну, займусь вскрытием тел, — сказал я. — Вдруг будет что-то полезное?
— Едва ли, — покачала головой Эстрид. — Хотя, если они настолько сильны…
— Вот из-за этого я и тащил их сюда, — произнёс я.
Дальше некромистресс занималась залечиванием моих ран.
«Малое исцеление» — это не всё, что есть у нас из медицины. Есть ещё и «Среднее исцеление» — заклинание, требующее существенно больше некроэнергии, а также времени на исполнение. «Большое исцеление» некромантам недоступно, так как магические каналы должны быть приспособлены к прогону витаэнергии, а не чего-то прямо противоположного. И даже предыдущие типы заклинаний у нас получаются гораздо хуже, чем у специализированных магов. Например, «Малое исцеление» от мага жизни, скорее всего, срастило бы мне поломанные кости, а не просто скрепило их неустойчивыми костными образованиями.
Спустя десяток минут, я начал чувствовать себя гораздо лучше. Раны срослись, не оставив даже шрамов — магия, м-м-мать её…
— Нам надо поговорить, Алексей, — заговорила вдруг Эстрид.
Ой-ой. Такие же интонации в этом «нам надо поговорить, Алексей» я слышал от одной своей бывшей девушки, которая решила, что наши отношения больше не могут продолжаться, ведь ей надо жить дальше, а студент-медик третьего курса — это не тот человек, который обеспечит ей жизнь в том понимании, которое она подразумевает.
— Только не говори мне, что нам надо расстаться, — вздохнул я.